Щит Спэрроу

Перри Девни

Но я не позволю страху быть пойманной помешать мне осуществить мой план. Может, я и не великая шпионка, принцесса или воин, но у меня была некоторая практика в том, как незаметно выбираться из дома.

Бриэль была моей невольной сообщницей. Мы решили не втягивать Джоселин в это, чтобы она могла заявить, что ничего не знает, если — когда — нас поймают.

— А что, если вас съедят лайонвик или бэарвульф? — спросила она.

— Тогда ты сможешь вернуться домой.

— Ваше высочество. — Она

вздрогнула. — Не говорите так. И не делайте этого. Это слишком рискованно.

Я грустно улыбнулась ей.

— Я должна. Должна попытаться.

Она на мгновение заколебалась.

— Почему?

Потому что, если я сейчас опущу руки, каким человеком я стану после этого?

Мой отец, возможно, и не отличался нежностью. Он был жестким и непреклонным. Но он был справедлив, и служба своему народу была для него превыше всего. Своей короне. Своему королевству.

Возможно, я не знала всех деталей, но я верила, что он дал мне это задание по уважительной причине. Я верила, что он не убийца и не завоеватель. Что если он и пошлет свои войска в Туру, то не для того, чтобы жестоко убивать невинных.

Он не говорил, что планирует войну. Он сказал, что ему нужно найти Аллесарию. Что ему нужен способ проникнуть в город. Что он хотел найти способ разрушить «Щит Спэрроу» и освободить меня.

Если бы я была лучшей принцессой, самоотверженной принцессой, понятие свободы не было бы таким привлекательным.

Что бы я сделала, если бы моя жизнь принадлежала мне? Что бы я сделала, если бы могла разорвать этот брак с Завьером? Если бы ключ к спасению моего народа не лежал на моих плечах?

Кем бы я стала, если бы не была во власти людей?

Искательницей приключений? Путешественницей? Писательницей? Художницей, которая путешествует по миру и никогда не беспокоится о том, что кончики ее пальцев испачканы углем или краской?

Ни разу в жизни я не позволяла себе мечтать о таких возможностях. Ни разу мне не была предоставлена роскошь мечтать. Если бы я могла стать кем-то в этом мире, кем бы я стала?

Я хотела это выяснить.

Поэтому я покину Трео сегодня. Я найду дорогу в Аллесарию. Я узнаю, что происходит в Туре с этими больными монстрами и горящими книгами.

И, возможно, поступив так, я освобожу себя.

Больше никаких призовых невест и никаких Спэрроу.

Потерплю ли я неудачу? Возможно. Но, может быть, только может быть, я найду способ. Для себя. И для следующей принцессы, которая захочет иметь выбор.

Я оказалась способнее, чем ожидала моя семья. Я была сильнее, чем позволяла себе верить. Во мне жила девочка, которая когда-то нашла в себе мужество спрыгнуть с обрыва. Эта девочка была подавлена. Ее скрывали, за исключением тех украденных мгновений храбрости.

Пришло время позволить ей расправить крылья и взлететь.

Я бросила расческу на кровать рядом с Бриэль.

— Возможно, они этого и не говорили,

но моя семья ожидает, что я потерплю неудачу. Есть причина, по которой мой отец выбрал Мэй на роль Спэрроу, а не меня. И я думаю, что в глубине души, когда я уезжала из Росло, я тоже ожидала неудачи. Я устала от того, что меня отодвигают на второй план. Устала от того, что со мной не считаются. Я хотела бы доказать им и самой себе, что я — нечто большее, чем просто то, кем можно торговать.

Взгляд Бриэль смягчился.

— Вы хотите их любви.

— Я не знаю, способны ли они любить. — Вероятно, не так, как Бриэль любила ее семья. — Я бы согласилась на их доверие. Может быть, немного веры в то, что я не совсем бесполезна.

Что, возможно, я могла бы стать королевой.

— Как бы то ни было, я не считаю вас бесполезной или неудачливой, — сказала Бриэль. — И я доверяю вам.

Это было мило.

— Спасибо. Я тоже тебе доверяю.

Достаточно того, что за последние четыре дня я рассказала ей о своем плане шпионажа. Как отец поручил мне проникнуть в Аллесарию. Как он попросил меня узнать о способностях Стража. Когда я рассказала ей, что он попросил меня убить Стража, Бриэль была достаточно любезна, чтобы не рассмеяться.

Между нами все еще оставались секреты. Я не сказал ей, что Завьер может говорить. Не рассказала об Эви. Но я рассказала ей обо всем остальном.

— Вы уверены, что не хотите подождать? — спросила она. — Они все еще могут отвезти нас в Аллесарию.

Я покачала головой.

— Они этого не сделают. Мы будем в Эллдере во время миграции. И Страж уже подозревает, что я шпионю для отца.

— Но так и есть.

— Так и есть. — Приближается развязка. Если бы у нас были годы, я бы придумала другой план. Но, возможно, у меня больше не будет такого шанса.

Я подошла к маленькому зеркалу, висевшему на стене рядом с ванной, и полюбовалась своими буйными локонами. Красные и оранжевые спирали ярко светились под окнами в крыше, пряди быстро высыхали от полуденного тепла.

За исключением Бриэль и Джоселин, все в Трео знали меня как шатенку. И, за исключением Бриэль и Джоселин, все в Трео, кто знал меня лучше всех, ушли.

Завьер покинул лагерь четыре дня назад вместе с Эванджелиной и Луэллой. Тиллия и Холстон сопровождали их, куда бы они ни направлялись, выступая в качестве охранников.

Страж тоже исчез.

Даже Кэтлин покинула лагерь и его пустую библиотеку. Бриэль было поручено прибраться в своем пустующем домике на дереве.

Они все уехали четыре дня назад, после того как Страж вернулась с охоты на «больных» монстров.

Возможно, они посчитали, что Эви будет в большей безопасности в другом месте. Возможно, Завьер удивил свою дочь, отправив ее на отдых в Перрис. Возможно, они заарканили крукса и отправились на нем к двум лунам.

Все, что я знала, это то, что они уехали, даже не помахав на прощание.