Развод. Бумерангом по самые я...

Шевцова Каролина

Я перебираю складки на платье, всякий раз ненароком касаюсь руки Влада на своем колене. Владлен тоже видит это. Он еще пытается сохранить лицо. Но пальцы, которыми он вцепился в подлокотники кресла, выдают мужа.

– Не нужно делать вид, что ты меня ревнуешь, - говорю я, нарочито скучным тоном.
– Мы ведь оба знаем, что ты только рад избавиться от обузы в виде меня. Хотя...
– делаю театральную паузу, - ты уж слишком зациклен на материальном для человека, обретшего настоящую любовь. Или может... снова не то?

–

Я счастлив!
– рычит Владлен, но его глаза яростно сверлят руку Влада, лежащую на моем колене.
– Просто не хочу быть посмешищем и носить рога!

Замечаю, как его взгляд скользит к двери - проверяет, закрыта ли она. Хорошо. Значит, он уже боится.

– А как девочки отнесутся к тому, что ты уже нашла мне замену?
– бросает он, пытаясь перехватить инициативу.
– Ты о детях подумала?

– А ты?
– моментально парирую.

– Я думаю о них постоянно!

– В какой момент?
– поднимаю бровь.
– Когда планируешь лишить Тимофея наследства? Или когда пытаешься отжать у девочек мой подарок?

– НАШ!
– он вскакивает, опрокидывая стул.
– Этот подарок был НАШИМ! Как и всё, что мы вместе нажили! Ты - ты - ты - кругом ты, Карина!

Его лицо становится багровым, жилы на шее набухают. Именно этого я и добивалась - чтобы он потерял контроль.

– Наш дом! Наши счета! Наш ресторан! Наши салоны! Наша школа! Всё наше, и ты поделишь это со мной!

Я медленно выдыхаю, наслаждаясь моментом.

– А вот тут обломишься, - сладко улыбаюсь.
– Школа - добрачное имущество. Она вообще не подлежит дележу.

– До брака там была халупа на пять парт!
– он бьёт кулаком по столу.
– Ремонт ты делала, когда уже была моей женой!

– Но не на твои деньги, милый, - торжествующе подаюсь вперёд.
– Единственное, что ты приобрёл в браке - хроническую болячку и пивное пузо. И я не претендую ни на то, ни на другое. Что касается моей школы, я делала ремонт на доходы от нее же плюс личные сбережения.

– Какие, Карина?! Кому ты лечишь? У тебя не было ни копейки, когда мы сошлись!

– Отчего же? Все у меня было. И голова на плечах, и деньги. Я, знаешь ли, удачно вложилась после проданного мотоцикла.

Яшин вдруг облокачивается через подлокотник и легко целует меня в висок. Так естественно, будто делал это тысячу раз.

–

Нашего Харлея?
– его губы растягиваются в ухмылке.
– Ты моя белочка запасливая! Чудо, а не женщина - всё в дом, всё в дом!

Владлен выглядит так, будто его ударили. Грубо, наотмашь. Я вижу, как в его глазах мелькает понимание.

– Представляешь, - продолжаю я, - ты всё время пенял мне, что я ушла от первого мужа ни с чем? А на продажу того самого "ничего" я смогла организовать школу, которая кормила тебя все эти годы. Смешно, да?

Яшин саркастически обводит взглядом кабинет:

– То есть всё это больше моё, чем Казанского. Ну, сиротка, ну учудил...

Лицо Владлена становится каменным. В его глазах - что-то страшное, неживое. Он, кажется, даже перестает дышать, отчего еще больше походит на статую.

Я встаю, плавно поправляю складки на платье. Каждый жест - отточенный, безупречный.

– Запомни, Владлен, - говорю медленно, наслаждаясь каждым словом, - ты можешь сколько угодно сражаться со мной, но все равно проиграешь. Не знаю, кто тебе внушил, что ты что-то из себя представляешь. Ты ничтожество, ноль без палочки! И все - от коллег на твоей работе до лечащего врача, к которому тебя водила я, - знают правду. А главное...
– делаю паузу, - ты знаешь её сам. Теперь живи с этим.

Разворачиваюсь и выхожу, оставляя дверь открытой. Уже в коридоре слышу, как Влад говорит моему бывшему:

– И кстати...
– его голос звучит почти ласково, - если вдруг задумаешь обидеть мою Карину... Сибирские шавки кусаются очень больно.

Тихий рык, который следует за этими словами, заставляет меня ускорить шаг. Смешно. И... чертовски страшно. Прислоняюсь к стене и закрываю глаза. Сердце бешено колотится. Мы сделали это. Игра сыграна.

Из кабинета доносится грохот - похоже, Владлен в ярости швырнул что-то тяжёлое. Я улыбаюсь. Пусть ломает. Это только начало.

Я резко хватаю Влада под локоть и тащу к себе, пока тот не успевает добавить что-то еще более едкое.

– Пока, Катенька!
– бросаю на ходу секретарше, даже не обернувшись.

Сердце бешено колотится, в груди бушует странная смесь ликования и адреналина. Получилось. Владлен сорвался. Сейчас он начнет метаться, совершать глупости – как делал всегда, стоило ему выйти из себя. А уж я знаю, как воспользоваться его следующей ошибкой.