Развод. Бумерангом по самые я...
Шрифт:
Шаг.
– Шутки дебильные?
– он пожимает плечами. – Но ты же с них хохочешь.
Шаг.
– Сигареты? Я сегодня же бросил курить и готов жевать с тобой унылые авокады по утрам.
– Авокадо, - поправляю его.
– По хер.
Последний шаг.
И вот я уже прижата к стене.
– Опоздания...
– он наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание.
– Да, Карина, я опаздывал. На свидания. К ужину. Даже в загс.
Его руки упираются в стену по бокам от моей головы.
–
Я замираю.
– И, наконец, успел.
И...
Он целует меня.
Нежно. Почти невинно. Будто спрашивает, можно ли? И я отвечаю согласием. Мои руки сами находят его плечи, пальцы впиваются в ткань рубашки, притягивая ближе.
И да, я все еще верю, что нельзя войти в одну воду дважды. Но помочить ножки, посидеть на бережку, просто посмотреть на рыбок! Неужели нельзя? А если очень, ну просто очень хочется!
А завтра... завтра будет новый день, и мы оба обязательно забудем, что сделали сегодня!
Глава 26
Сколько ни приходила к Владлену на работу – каждый раз это место вызывало во мне нездоровое желание пасть ниц. И даже потом, когда я поняла, какие оболтусы работают с моим мужем – все равно не смогла отделаться от странного трепета, от необъяснимой тревоги.
Всегда.
Но не сегодня.
В тот единственный раз, когда потревожиться все-таки стоило.
Дубовые двери с глухим стуком разъезжаются в стороны. Тяжелые, монументальные - они созданы специально, чтобы каждый входящий задумался: "А точно ли мне сюда надо?"
Смотрю на Влада, будто спрашиваю, все ли мы делаем правильно, и, поймав ответный взгляд, переступаю порог администрации.
– Карина Викторовна, - улыбается охрана, пока Яшина осматривают на входе. Папки, содержимое сумок, паспорта. Небрежно машу бланком с печатью, объясняю, что Владлен, растяпа, опять забыл важные документы.
– Это на него похоже, - добродушно улыбается Семен, самый молодой из охранников.
За последний год, я даже имена их выучила. А они запомнили, что по средам я захожу за Казанским, чтобы вытащить его на обед и легкую прогулку.
Сегодня как раз среда.
Думаю, даже в другой день наше появление здесь не вызвало бы ни у кого вопросов – настолько все ко мне привыкли.
Пока поднимаюсь, здороваюсь с коллегами Владлена, отмечаю заинтересованные взгляды на Яшине. Еще бы. В костюме, с короткой стрижкой и фирменной ухмылочкой он похож на киллера, который сопровождает меня – главу корейской мафии.
Сегодня мы оба в черном. И оба выглядим безупречно.
– Карина Викторовна, как вам идёт это платье!
– восторгается секретарша мужа.
– Просто мечта!
– Спасибо, Катенька. Никто, кроме тебя, не заметил, - кокетливо поправляю прядь волос.
–
Я не питаю иллюзий. Все эти "Катеньки", улыбки, комплименты - всего лишь маска. Роли, которые мы обязаны играть.
Только вот сегодня я решила переписать сценарий.
– Мой у себя?
– Звонил, что задерживается. Вот-вот подойдёт, - улыбается Катя.
– Можете подождать в кабинете.
– Что ты!
– машу руками.
– Лучше здесь. У Владлена такой бардак, что я по привычке начну убирать и всё испорчу.
Мы с Катей понимающе переглядываемся - как сообщницы, делящие одну тайну. О беспорядке, который может организовать Казанский, уже слагают легенды, но сейчас мне плевать, даже если он превратил свое рабочее место в хлев.
На самом деле я не пойду к Владлену, потому что не хочу получить обвинения, что стерла какие-то данные или украла что-то ценное. Контейнер из под еды, к примеру, или таблетки от поноса. Нет, я продумала каждый шаг и не могу проколоться на такой мелочи как неуместный скандал.
Мы с Владом устраиваемся на диване прямо под кабинетом Казанского. Пьём кофе. Время от времени я бросаю взгляды на золотую табличку с фамилией бывшего мужа.
Как вдруг появляется он.
Владлен выглядит... обычно.
Чёрт, даже злорадствовать не получится - без моей заботы он не подурнел, не полысел, не посерел. Лена неплохо справляется. Кормит. Даже галстуки подбирает в тон. Ма-ла-дец.
Когда Казанский замечает нас, он напрягается. Кадык резко дёргается вниз, а его мощная фигура становится будто немного ниже. Но и только. Я-то мечтала, что при виде нас с Яшиным у бывшего отпадет челюсть, а вслед за ней отвалится пиписька. Не вышло.
– Владлен, дорогой!
– мой голос звенит так сладко, что самой противно. Я специально говорю громко, чтобы все в коридоре слышали. – До тебя совсем не дозвониться!
Казанский бледнеет. Его пальцы судорожно сжимают портфель.
– Зайдём в кабинет?
– сквозь зубы предлагает он.
– Конечно, милый!
Мы вальяжно проходим за ним, и как только дверь закрывается, Владлен меняется в лице.
Бам!
– портфель летит на пол. А сам он плюхается в кресло, даже не взглянув в нашу сторону.
Я с Яшиным переглядываюсь и мы оба опускаемся на удобный диван, так и не дождавшись приглашения от мужа. Осматриваю кабинет, все выглядит так, будто здесь прошёл ураган.
– Ну и бедлам...
– невольно вырывается у меня.
Владлен нервно дёргает ногой:
– Кажется, мой бедлам больше тебя не касается. Зачем ты пришла, Карина?
– Деловое предложение, - улыбаюсь я.
– Раз твои адвокаты так ничего и не решили…
– Может потому, что ты так и не ответила на их звонки?!