Пятьсот пять
Шрифт:
— Что…. — не выдержала, наконец, Лас, но Рэнд ее перебил:
— Сообщение я отправил, твой отец с посылкой разберется. Ласси, — он встал перед ней взял за обе руки, вот только у девушки внутри снова похолодело от плохого предчувствия, — чтобы ни случилось, чтобы ты не услышала или не увидела, не выходи из этой комнаты.
— Что происходит, Рэнд? — спросила она в ответ.
— Ты же знаешь, скоро сюда прибудут еще несколько участников заговора и их главарь в том числе, — гард усиленно пытался делать вид, что говорит правду, но Ласси было уже не провести.
— Есть еще что-то, что ты не хочешь мне
— Они прибудут раньше моих товарищей, поэтому мне некоторое время придется сдерживать их в одиночку.
— Но почему? Заговорщики же не отбудут обратно в тот же момент, — сразу же нашла слабое место в его ответе девушка. — Почему ты не можешь дождаться своих гардов и затем задержать заговорщиков?
— Потому что с заговорщиками тоже прибудут гарды, — выдохнул он ей в макушку.
— Но…. — Ласси поняла, что ничего не понимает. — Какие гарды? Гарды же дают присягу Его Величеству, — это она точно знала. — Как они могут участвовать в заговоре?!
— Его Величеству или его братьям, — поправил ее Рэнд. — У них тоже есть свои гарды. И они давали присягу принцам.
— Вот в чем дело. Значит, главарь — один из принцев, — сделала вывод Лас, но ту же ее мысли перескочили на другое: — Тебе придется с ними драться? Они не могут приступить через присягу? И ты…. тоже? — она вдруг подумала, а что если Рэнду тоже когда-нибудь отдадут какой-нибудь противоестественный приказ, который, несмотря ни на что, тот будет вынужден исполнить?!
— Присяга подразумевает не рабское послушание, а верность, — покачал головой тот. — Они будут защищать своего сюзерена, которого я должен буду арестовать.
— Но неужели они не понимают, что вместе со своим принцем станут преступниками?!
— Почему, не понимают? Понимают, и либо им все равно, либо у них есть в этом свой интерес. Гарды — тоже люди, — с невеселой усмешкой произнес Рэнд, поглаживая ее по спине. В правдивости последнего заявления Ласси на его примере уже успела убедиться. Однако тревоги это отнюдь не убавило.
— Тогда тем более нужно дождаться подмогу!
— Нет, Ласси, — мужчина обхватил ее предплечья и как-то слишком легко отстранил от себя. — Они меня почуют, как я уже чувствую их. Прятаться бесполезно. Для меня главное, чтобы рядом со мной не нашли тебя.
— Но…. — непроизвольно вырвалось у нее, хотя она даже не знала, что можно на такое возразить.
— Обещай, что не выйдешь отсюда, пока все заговорщики не будут арестованы и за тобой кто-нибудь не придет!
— Кто-нибудь? — слабо повторила Ласси. Рэнд не сказал, что придет за ней сам, он сказал «кто-нибудь»!
— Я сам или отправлю кого-нибудь из своих, — в нетерпении мотнул головой он. — Обещай, что бы ты ни увидела, что бы ни услышала, не выйдешь! — Лас же, чувствуя подвох, давать подобное обещание не торопилась. —
— Да…. — начала она, но, захлебнувшись гневом, не успела добавить «что ты себе позволяешь?!», как тот выпалил: — «Договорились!» и просто-напросто исчез!
«Нахал! Обманщик! Бесстыдник!» — кажется, она это уже про него говорила, но не возмутиться Ласси не могла. В свою очередь измерив несколько раз шагами комнату, она остановилась у кровати и схватилась за письма. Едва сдержав первый порыв их смять, а то и вовсе разорвать — в конце концов, они были написаны не ей, и не Рэндом — Лас сложила их обратно в книгу, а ту запихнула в уже привычный тайник под курткой. Эти простые манипуляции позволили успокоиться, прийти в себя и осознать бесполезность своих порывов. Нет, Ласси совсем не стремилась выйти из пока еще надежного убежища и столкнуться с наемниками или чужими гардами. Но до чего же было тревожно! Ведь она прекрасно поняла, что Рэнд не рассчитывал выйти из столкновения с противниками победителем. И знала, что уже ничем не может ему помочь.
А ждать?! До чего же тяжело! Лас то ходила по комнате, то всматривалась в окно, каждый раз надеясь, что увидит за пределами поместья пустую дорогу. Она от души надеялась, что у экипажа принца — кто это был, средний или младший, ей было не важно — сломается колесо, кончится топливо, взорвется котел. А еще лучше, если бы тот внезапно все осознал и передумал, или заболел, покрывшись оспинами размером с перепелиное яйцо. Все, что угодно, лишь бы оттянуть момент прибытия этого главаря, а с ним и его гардов.
Впрочем, сколько бы выдуманных препятствий не ставила она на пути предводителя заговорщиков, тот все-таки прибыл. Пусть не желая верить в то, что видела, Ласси заворожено смотрела, как открываются большие ворота, и к особняку подъезжает кавалькада из шести экипажей — недостаточно даже для малого выезда, но принц же наверняка путешествовал инкогнито. И сердце ее, казалось, замерло в тот момент, когда из второй по счету самоходки выскользнули два черные тени, а за ними из третьей еще две, и первыми устремились внутрь. После этого она даже не обратила внимания на неожиданно возникший конфликт между новоприбывшими и хозяевами дома. Некоторые слова даже долетали до уха девушки — голос у младшего королевского брата оказался неожиданно громким и высоким — но ее беспокоили не они, а то, что в этот момент происходило внутри дома. Очевидно, что это беспокоило и принца, так как вслед за черными тенями в особняк двинулись еще с дюжину вооруженных личностей. А через несколько минут туда же соизволил пройти и принц со своей небольшой свитой.
«Почему?!» — Ласси прильнула к окну, но ничего нового более не происходило. За пределами особняка остались охранники с собаками, экипажи со снующими около них водителями и их помощниками, но ничего, что свидетельствовало бы о том, что творится в самом доме.
«Неужели….?!» — нет, об этом было даже страшно подумать. Ведь он обещал! Обещал за ней прийти, запереть в башне, наконец! И бабушка уверенно говорила о том, что он может выстоять против сотни. Тогда почему же в особняк вошел и принц, как будто с Рэндом уже покончено?!