Пьяный батя
Шрифт:
Я осматриваю её с любопытством.
— Эх, была бы ты нормального размера… Почему меня вечно окружают красивые дамы, которых нельзя обнять? То женщина-лев, которая могла бы разорвать в клочья в постели. То мёртвая аристократка, которая слишком холодная. А теперь ты, миниатюрная принцесса.
Полуросличка хмыкнула.
— Вы, надеюсь, знаете мадам Мурену? Сам капитан не может подойти, но он послал меня.
Я лениво пожал плечами.
— А чем докажешь?
Она достала кусочек бумаги с печатью.
Я
Морен.
— Ладно.
Я протягиваю письмо.
Она прячет его, но я решаю добавить немного комедии.
Наклоняюсь ближе, ухмыляюсь, почти шёпотом:
— Ну раз ты не девочка… Может, пососёшь у меня конфетку?
Её глаза сверкнули.
Я заметил блеск стали.
Кинжал?
Вот же нехорошо.
Она делает движение — быстрое, резкое.
Я инстинктивно хватаюсь за грудь, уже думаю о плохом.
Но боль… другая.
Я смотрю вниз.
У меня на груди конфета.
Сосательная.
Полуросличка хохочет, уходит в темноту, на ходу бросая:
— Сам пососи, умник!
Я стою, тупо глядя на конфету, и понимаю:
Ну, по крайней мере, письмо доставлено.
Глава 24. Ночной визит
Я вернулся в «Солёную Сирену», плюхнулся на кровать и мгновенно вырубился. После дня, наполненного стрельбой, загадочными посыльными и пиратскими безумствами, спать казалось лучшим решением.
Но, конечно же, спокойно поспать мне не дали.
Я проснулся от едва слышного скрипа. В темноте комнаты кто-то был.
— Если ты один из дружков того громилы, что лишился лица, то можешь сразу разворачиваться. Его череп всё равно уже частью интерьера стал.
— А если я не дружок? — раздался знакомый голос.
Я прищурился. У двери стояла та самая "маленькая девочка", которая оказалась миниатюрной полуросличкой.
Я вздохнул, потёр лицо, сел на кровати.
— Ну что, передумала? Решила-таки пососать конфету?
Она склонила голову, улыбнулась, но в глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение.
— Я наслышана о ваших способностях.
Я почесал затылок.
— Всё время пердеть и храпеть одновременно?
Она закатила глаза.
— Нет. Мадам Морена сказала, что вы можете разобраться с одной… проблемой.
— Ну давай, удиви меня.
Она сделала шаг вперёд, сложила руки на груди и прошептала:
— Проклятый галеон.
Глава 25. Проклятый корабль и цена вопроса
Я нахмурился.
Проклятый галеон.
Это название гуляло по слухам среди пиратов, как злая байка. Говорили, что команда исчезает без следа. Что корабль то появляется в порту, то исчезает. Что никто не слышал криков, но все, кто заходил на борт, больше не возвращались.
— Найти его в порту, устранить команду… или уничтожить сам корабль, — продолжила полуросличка. — Хотя, если
Я прищурился.
— А платят сколько?
Она улыбнулась.
— Десять тысяч золотых.
У меня в горле пересохло.
Десять. Тысяч. Золотых.
С такой суммой можно купить приличную жизнь в Султанабаде, открыть свою таверну, или даже прикупить пару рабов с аристократической кровью, чтобы они каждый вечер уговаривали меня не напиваться до смерти.
Но тут же закралось другое чувство.
Морена — хитрая дама.
Она точно меня где-то хочет обвести.
Я сжал зубы, хитро улыбнулся:
— Половину суммы сразу.
Полуросличка наклонилась чуть ближе, посмотрела на меня испытующе.
— Если не справитесь?
Я усмехнулся:
— Я справлюсь.
Она кивнула, сделала шаг вперёд, поднялась на цыпочки и поцеловала меня в уголок губ.
— Хорошо. Но обязательно справьтесь. Мадам Морена умеет хорошо вознаграждать… и ещё лучше наказывать.
Я проводил её взглядом.
Где-то внутри меня появилось очень неприятное чувство, будто я только что поставил свою голову на плаху.
Глава 26. Утро в Шаркхольме и рынок шепчущихся
Утром я вышел из таверны под аккомпанемент похмельных воплей.
Где-то у стены блевал пират.
Где-то над головой, на втором этаже борделя, какая-то женщина в чулках кричала на капитана, который вылезал через окно.
— Скотина! Я же сказала, что ночь стоит ТРИ монеты, а не одну!
— Я думал, скидки для капитанов! — возмущался тот, ловя баланс на верёвке.
Внизу звучали крики торговцев, предлагающих всё, что только можно продать в таком грешном месте.
— Свежая рыба! Пахнет морем, а не твоей женой!
— Каменные амулеты от проклятий! Не хочешь быть жабой — покупай!
— Пиратские карты! Точно укажут, куда плыть за сокровищами, если у тебя есть половина мозга!
— Жрица любви за половину цены! Сегодня скидки на блондинок!
Я прошёл сквозь толпу в направлении "Рынка шепчущихся".
Так называли небольшой чёрный переулок, куда стекались информаторы, контрабандисты и люди, у которых не слишком чистые руки, но очень длинные уши.
Здесь торговали не вещами, а знаниями.
Стоило тебе войти в переулок, как со всех сторон за тобой начинали шептаться.
— О, гляди-ка, этот уже кого-то убил?
— Что-то ему нужно… Ох, аура у него такая, будто в
от-вот вляпается в неприятности.
— Кто-то спрашивал про проклятый корабль?
— Ага, недавно. Двое. Один не вернулся. Второй — тоже.
Я хмыкнул.
Ну, теперь хотя бы точно знаю, что делаю глупость.
Я шагнул глубже в переулок, к нужному человеку.