Путь Строителя 10
Шрифт:
Мальчишки спали, и это уже хорошо. Младший свернулся калачиком на шкурах и тихонько посапывал, прижимаясь к старшему, который даже во сне не разжимал рук, обнимая брата. Привычная картина, разве что обычно они так спят, когда на улице гроза, а не осада.
Дагна подвинула котелок ближе к краю очага, помешала деревянной ложкой и покосилась через плечо. Больд сидел на прежнем месте, там, где она его усадила еще полтора часа назад, и даже поза не изменилась, привалился спиной к бревнам, подтянул колени к груди и замер. Вот только замер он не от спокойствия, а от усилия, потому что по тяжелым кулакам то и дело пробегали короткие
Дагна быстро отвернулась, чтобы он не поймал ее взгляд, и принялась переставлять плошки на полке. Картошка в очаге давно испеклась, новая порция доходит на углях, мясо в горшочке томится с утра и вот-вот будет готово. Еда на месте, и пока она на месте, Больд сидит.
Гундар был на удивление убедителен, когда отдавал ей этот приказ. Командир стражи вообще не из тех, кто повторяет дважды, но тут остановился перед ней, заглянул в глаза и проговорил каждое слово так, будто вколачивал гвозди в доску.
Любой ценой, так он сказал…
И ведь Гундар не шутил, это она видела по его лицу. Командир вообще шутить не умеет, но тут чуть ли не упрашивал. Странное зрелище, если подумать, самый жесткий мужик в деревне просит маленькую кузнечиху не выпускать на волю здоровяка, который выше любой двери в деревне и шире иного дверного проема.
Только вот в это до сих пор с трудом верится. Больд, конечно, крушит все подряд, когда на него накатывает, и в курсе об этом вся деревня, и Дагна в первую очередь. Но ведь он при этом самый добрый человек из всех, кого она встречала за свою жизнь.
Добрее Больда нет и, пожалуй, быть не может, потому что так не бывает, чтобы в одном теле уживалась сила, от которой земля трескается, и сердце, которое переживает из-за случайно раздавленного жука. Плакал ведь, настоящими слезами, когда наступил на кошку соседа, и кошка в итоге выжила, только хвост стал немного короче. Уж скорее это самого Больда надо защищать от жестокого окружающего мира, а не наоборот.
Дагна тряхнула головой и снова помешала в котелке. Не время для таких мыслей, за стенами продолжает грохотать, и к этому грохоту Больд прислушивается куда внимательнее, чем хотелось бы. Разряды на костяшках становились ярче каждый раз, когда снаружи прилетал особенно громкий удар, и Дагна видела, каких усилий ему стоит не думать о том, что происходит по ту сторону бревен.
Впрочем, несмотря на шум сражения, в их углу деревни стояла относительная тишина. До стены отсюда недалеко, но жители ближних домов перебрались к центру, мужики ушли на стены, а женщины с детьми подальше от укреплений. Переулок опустел, и если бы не приглушенный гул сражения, можно было бы поверить, что ничего особенного не происходит.
Дагна подбросила в очаг пару поленьев и потянулась за тряпкой, чтобы снять горшочек с мясом, когда все разом закончилось.
Грохот обрушился на деревню без предупреждения, и земля вздрогнула так, что посуда на полках подпрыгнула и котелок съехал с очага, едва не опрокинувшись. Следом ударили крики, и шум приближался, нарастал с каждой секундой, а потом раздался рев, от которого массивные бревна стен мелко задрожали. Младший проснулся первым, вскинулся и заплакал, прижимаясь к старшему, а тот обхватил его обеими руками и уставился на мать круглыми глазами.
Дагна бросилась к детям, прижала обоих к себе и зашептала что-то успокаивающее, хотя какое тут может быть спокойствие, когда пол под ногами ходит ходуном и за окном орут так, что закладывает уши.
— Остановите его! — крикнул кто-то совсем близко, прямо
Дагна подняла голову и посмотрела на Больда, и в ту же секунду поняла, что опоздала.
Взгляд у него потух, будто кто-то вывернул фитиль и задул огонек, который делал Больда Больдом. Лицо исказилось жуткой гримасой, в глазах сверкнуло красноватое свечение, а по коже побежали уже не редкие разряды, а сплошные всполохи Основы, от которых волоски на руках у Дагны встали дыбом даже на расстоянии пяти шагов. Перед ней сидел другой человек, и знакомство с ним ей не доставляло удовольствия.
Больд вскочил, и потолочная балка хрустнула от удара макушкой. Шагнул к стене, вырвал топор одним рывком, и за лезвием из бревна выдернулся здоровенный кусок древесины с торчащими щепками. Дверь он открывать не стал, да и вряд ли вспомнил, что двери для этого существуют, просто ударил плечом и вылетел наружу вместе с косяком, дверными петлями и доброй четвертью стены, оставив за собой грудку щепок и облако пыли.
Дагна хотела броситься за ним, вскочила и даже сделала шаг к пролому, но все внутри заорало, что догонять его бесполезно, а пытаться остановить опасно для жизни. Не потому что Больд хочет ей навредить, а потому что он сейчас не различает, кто перед ним.
Зато через выломанную дверь открылся вид на улицу, и увиденное заставило Дагну замереть.
Через деревню напролом несся зверь, которого она прежде не встречала. Здоровенная туша на четырех толстых ногах, покрытая складчатой серой шкурой, с массивным рогом на передней части головы, и размером эта тварь была примерно с дом Больда, если не крупнее. Носорог, подсказала память, потому что охотники рассказывали о таких, но в этих краях их никто не видел, они обитают глубже в лесу.
Тварь каким-то образом разобрала частокол и пробилась через завалы у стены, а теперь носилась по улицам, врезаясь во все подряд. Каждое столкновение заканчивалось одинаково: бревна разлетались, крыша складывалась, и на месте дома оставалась груда переломанного дерева, а носорог мчался дальше, не замедляя хода. Два дома уже лежали в руинах, третий накренился и медленно оседал, подпертый обломками соседнего.
Стрелы отскакивали от толстой шкуры, не оставляя на ней даже царапин. Копья тоже не помогали, их наконечники просто скользили по складкам и уходили в стороны. Даже один из охотников, Дагна не разобрала кто именно, нанес по спине усиленный Основой удар, и лезвие лишь слегка процарапало кожу, оставив белесую полоску на серой шкуре. Зверь от этого пришел в еще большую ярость, крутанулся, топнул ногой, и охотник едва успел отскочить в сторону, а рог пропорол пустое место и тварь по инерции снесла еще несколько построек, подняв тучу пыли и щепок.
А вот Больд уклоняться не собирался.
Дагна увидела, как здоровяк сорвался с места и побежал навстречу этой махине, и на фоне носорога он выглядел скорее подростком рядом со взрослым быком. Топор в его руке полыхал красными всполохами Основы, и по земле за каждым шагом оставались вдавленные следы, кажется, будто с Основой Больд весит втрое против обычного.
Зверь оценил встречное движение и наклонил голову, набирая разбег.
Они столкнулись посреди улицы, и Дагна инстинктивно закрыла глаза, но это не помогло, потому что взрыв ударил по всему телу разом. Основа вырвалась с такой силой, что ударная волна прокатилась по окрестным домам, несколько мужиков, оказавшихся поблизости, просто смело с ног и отбросило на шаги, а крыша соседнего дома накренилась и начала заваливаться.