Путь Дзэн
Шрифт:
191
— Кипарис во дворе! [5-3:13]
Заметьте, как вышибает Чжао-чжоу из монаха логику, с которой тот подходит к
его словам. Когда Тун-шаня спросили: “Что такое Будда?”, он ответил: “Три
фунта льна!” Юань-ву следующим образом комментирует этот ответ: На вопрос “Что такое Будда?” разные учителя давали различные ответы. Однако ни
один из
проницательность отрезает всякую возможность спекулятивного мышления.
Некоторые считают, что Тун-шань в это время взвешивал лен и потому дал такой
ответ… Другие полагают, что, поскольку вопрошающий не сознавал, что сам он — Будда, Тун-шань указал ему на это таким косвенным путем. Такие люди подобны
трупам, ибо обнаруживают полную неспособность понять живую истину. Находятся
даже такие, что считают Буддой “три фунта льна”. Каких только диких и
фантастических замечаний они ни делают![74 с.71-72]
Учителя решительно обрывают всякое теоретизирование и спекуляции по отношению
к таким ответам. “Прямое указание” достигает прямо противоположной цели,— если
оно требует или стимулирует концептуальные комментарии.
Фа-ен спросил однажды монаха Сюань-цзы, почему тот никогда не задает ему
вопросов о Дзэн. Монах ответил, что получил разъяснение по этому поводу от
своего прежнего учителя. Фа-ен попросил, чтобы он изложил свое понимание, и
монах рассказал, что на вопрос “что такое Будда” он получил такой ответ: “Пин-тин Тун-цзы пришел за огнем”.
— Хороший ответ,— сказал Фа-ен.— Но я уверен, что ты его не понял.
— Пин-тин,— объяснил монах,— это Бог огня. Искать огня для него — то же самое, что для
192
меня — искать Будду. Я и так Будда, и не о чем спрашивать.
— Так я и знал,— рассмеялся Фа-янь. — Ты этого не понимаешь.
Монах так обиделся, что ушел из монастыря. Но через некоторое время он
раскаялся и вернулся, смиренно прося у учителя наставлений.
— Спрашивай,— сказал Фа-янь.
— Что такое Будда?— спросил монах.
— Пин-тин Тун-цзы пришел за огнем! [2-25]. Смысл этого мондо, возможно, раскроется полнее с помощью двух четверостиший, которые Ип-пен Сонин, буддист
Школы
изучал Дзэн с целью найти точки соприкосновения между Дзэн и школой Чистой
Земли, которая практиковала повторение Имени Амитабхи. По-японски эта формула
звучит так:
“Наму Лмида Бутсу!”. Сначала Иппен предложил следующее стихотворение: Когда произнесено Имя,
Ни Будды, ни “я” не существует.
На-му-а-ми-да-бу-тсу—
Слышен один только голос.
Однако его учитель Хото счел, что это отражает суть недостаточно точно, и
тогда Иппен сочинил другой вариант, который и был одобрен Хото: Когда произнесено Имя,
Ни Будды, ни “я” не существует.
На-му-а-ми-да-бу-тсу,
На-му-а-ми-да-бу-тсу! [74, т.2. с.263].
У По-чана было так много учеников, что пришлось открыть новый монастырь. Чтобы
193
подобрать подходящую кандидатуру в руководители этого монастыря, он собрал
всех своих монахов, поставил перед ними кувшин и сказал: — Не называя это кувшином, скажите, что это такое.
Старший монах сказал: “Куском дерева это не назовешь”. А монастырский повар
поддел кувшин ногой и, перевернув его, вышел из комнаты. Повара назначили
главой нового монастыря.
Здесь же стоит привести слова из одной лекции Нань-цюаня: На протяжении всего периода (кальпы). до того, как произошло проявление мира, названий не существовало. Как только Будда является в мир, возникают названия, и таким образом мы цепляемся за форму. В великом Дао нет абсолютно ничего ни
мирского, ни священного. Там, где появляются имена, все расчленяется на классы
в своих границах и пределах. Поэтому старик Запада Реки (т.е. Ма-цзу) говорил: “Это не ум, это не Будда, это не вещь”. [5-3:1 2].
В этом, конечно, отражается принцип Дао Дэ Цзин, согласно которому: Безымянное — источник происхождения неба и земли, Именование — мать десяти тысяч вещей.
Но “безымянное” Лао-цзы и “кальпа пустоты” Нань-цюаня не предшествуют по
времени конвенциональному миру вещей. Они представля ____________
[11-40] Однако, как замечает У-мэн, он попался в ловушку, расставленную
По-чаном, ибо променял свою легкую работу на гораздо более трудную!