Путь Дзэн
Шрифт:
и логическими противоречиями с одной стороны, и психоневрозами — с другой, в
книге Reusch & Bateson, Communication: The social matrix of psychiatry, особенно главу 8. (Norton; New York, 1950) 206
дествлять себя с центром информации. Как мы видели, в тех случаях, когда печь
слишком близко связана с термостатом, он не может включиться без того, чтобы
тут
существом, с его умом, когда потребность в уверенности и безопасности толкает
его к отождествлению ума с его собственным образом себя. Такой ум не может
себя “отпустить”. Он чувствует, что не должен делать то, что делает, а должен
делать то, чего не делает. Он чувствует, что не должен быть тем, чем является, а должен быть тем, чем не является. И усилие, прилагаемое к тому, чтобы всегда
оставаться “хорошим” или “счастливым”, подобно попытке установить термостат на
70 градусах, сделав его нижнюю границу равной верхней.
Таким образом, отождествление ума с его собственным представлением о себе
действует парализующе, потому что представление само по себе неизменно, оно
создано раз и навсегда. Ведь оно является неизменным представлением о “я”, которое все время меняется! Ясно, что цепляться за него — означает находиться
в постоянной борьбе и противоречии с самим собой. Отсюда слова Юнь-мэна: “Идешь — просто иди. Сидишь — просто сиди. Прежде всего, не суетись”. Иными
словами, сознание не может действовать, если не откажется от безнадежной
попытки бесконечно себя контролировать. Оно должно себя “отпускать”, а это
значит, во-первых, доверять своей собственной памяти и размышлениям, а
во-вторых — действовать спонтанно, бросаясь в неизвестность на собственный
страх и риск.
Вот почему Дзэн часто как бы становится на сторону действия вместо
размышления; вот почему он описывает себя как “не-ум” (у-синъ) или
207
“не-мысль” (у-нянъ), а учителя демонстрируют свой Дзэн, мгновенно и не
задумываясь отвечая на вопросы. Когда Юнь-Мэня спросили, что является
величайшей тайной буддизма, он ответил: “Клецка!” Японский наставник Дзэн
Такуан писал по этому поводу:
Когда
конца вопроса, воскликнуть: “Цветущая ветка сливы” или “Кипарис во дворе”.
Суть в том, чтобы ум ни на чем не “застревал”, и реагировал бы мгновенно, не
раздумывая над тем, удачен ли ответ [80, с.80].
Это и означает предоставить уму действовать на свой собственный страх и риск.
Но размышление тоже представляет собой действие, и Юнь-Мэнь мог равным образом
сказать: “Действуешь — просто действуй. Думаешь — просто думай. Главное — не
суетиться попусту”. Иными словами, если ты хочешь думать — думай, но не думай
над своими мыслями. Впрочем, Дзэн согласится и с тем, что размышление над
размышлением тоже является действием — при условий, что, размышляя о нем, мы
заняты именно этим, а не втягиваемся в бесконечную цепь попыток, каждый раз
стараясь отделиться или возвыситься по отношению к уровню, на котором
действуем. Таким образом. Дзэн представляет собой избавление от дуализма мысли
и действия, ибо он мыслит с такой же непринужденностью, конкретностью и
самоотдачей, как и действует. Принцип у-синъ не исключает мышление и не
означает анти-интеллектуализма. У-синь — это действие, происходящее на любом
уровне, физическом или психическом, — но без попытки в то же самое
208
время наблюдать или контролировать его со стороны. Попытка действовать и
одновременно размышлять о действии как раз и есть отождествление ума с его
представлением о себе. Она порождает такое же противоречие, что и предложение, содержащее заявление о себе самом, например, “Это утверждение — ложь”.
Все вышесказанное верно также и для взаимоотношений между чувством и
действием. Ибо чувство блокирует действие или себя само как разновидность
действия, как только втягивается в цепь бесконечного наблюдения за собой и
анализа собственных ощущений. Это происходит, если в разгар наслаждения я