Прятки
Шрифт:
Я невольно фыркаю от смеха.
— Да, без шуток. Я бы подумал, что ты федеральный агент или тайный агент, если бы ты не тратил время на то, чтобы наблюдать за мной.
Его смех низкий и немного хриплый, и что-то в моей груди вспыхивает, как небольшой всплеск адреналина.
— Мы близко к хижине, — говорит он. — Вот почему я знаю, где мы находимся, без компаса.
— Здесь есть хижины? — Я не исследовал большую часть обширных лесов, но, когда я только приехал сюда, я посмотрел топографические карты в школьных архивах. Ни на одной из них не было хижин или зданий.
— Пойдем, — говорит
Мои ноги все еще немного дрожат, но я иду за ним, пока он ведет меня через деревья. Мы идем всего около двадцати секунд, когда перед нами как будто из ниоткуда появляется постройка.
Это хижина, точно такая, как он и говорил.
— Что это за место? — спрашиваю я, осматривая ее.
В темноте трудно разглядеть много деталей, но здание квадратное и приземистое, с остроконечной крышей, высокой трубой и ставнями на окнах. Очевидно, оно стоит здесь уже давно, но снаружи выглядит в хорошем состоянии, а территория вокруг ухожена. Перед зданием находится кострище с темным пеплом, а рядом с ним — небольшой сарай, в котором, судя по толстому шнуру, соединяющему сарай с домиком, вероятно, находится генератор. С одной стороны здания аккуратно сложена стопка дров, что говорит о том, что домик не заброшен и либо использовался недавно, либо будет использоваться в ближайшее время.
Леса, окружающие школу, обширны, а граница школы находится в нескольких милях от границы кампуса. Я не мог пробежать такое расстояние, поэтому это должно принадлежать школе. По крайней мере, нам не нужно беспокоиться о том, что местные жители с легким курком застрелят нас за вторжение.
— Она используется для домашних дел, — говорит он своим сексуальным голосом, от которого у меня в животе все переворачивается.
— Для дел дома? — Я смотрю на него. Он имеет в виду одно из братств?
Странно говорить об этом с парнем, который только что трахнул меня до потери сознания после того, как преследовал меня по лесу в игре в прятки с рейтингом X, но в то же время это кажется совершенно естественным.
Он кивает, и тогда я замечаю, что края его капюшона не двигаются вместе с его движениями. Я не могу быть уверен, потому что темно, но похоже, что материал укреплен, чтобы сохранять форму. Это объясняет, почему он не соскользнул и не упал назад.
Стараясь быть как можно более незаметным, я пробегаю взглядом по его телу, как по лифту. Его худи облегает тело, подчеркивая широкие плечи и крепкие руки, а материал настолько матовый, что не отражает лунный свет, падающий на него. Его брюки облегают фигуру, и мой желудок слегка трепещет, когда я прослеживаю взглядом его упругую попку и крепкие бедра. Хорошо очерченные бедра всегда были одной из моих слабостей, как и упругие, круглые ягодицы, которые случайно прикреплены к хорошо очерченным бедрам.
Я отрываю взгляд от его ягодиц и устремляю его на домик.
— Когда ты сказал, что она принадлежит одному из домов, ты имел в виду одно из братств? — осторожно спрашиваю я.
Он снова кивает и машет мне, чтобы я следовал за ним, когда он возвращается по тому же пути, по которому мы пришли.
— Эта принадлежит «Королям»? — спрашиваю я, шагая рядом с ним.
Он качает головой.
— Мятежникам.
— Мятежникам? —
— Это не территория Кингов.
— Нет?
— Ты действительно не представляешь, как далеко ты убежал, да? — Он звучит развеселенно. — Мы на территории Мятежников.
— Правда?
Он кивает.
Боже, я действительно далеко убежал, и в противоположном направлении, чем думал.
Слава богу, один из нас знает, где мы находимся, и я делаю для себя заметку, что в следующий раз, когда мы будем это делать, нужно взять с собой компас, на всякий случай.
При этой мысли я чуть не спотыкаюсь о торчащий корень. Что за черт? Его сперма еще даже не высохла, а я уже думаю о следующем разе?
Вместо того, чтобы анализировать эту безумную мысль, я устремляю взгляд на землю и смотрю, куда наступаю. Сейчас темно, как в полночь, и я должен быть осторожным, чтобы не упасть лицом вниз и не пораниться.
Тишина, которая царит, между нами, не напряженная и не неудобная, и я стараюсь не слишком задумываться о том, что произошло с тех пор, как я вышел из своей комнаты.
Прогулка оказалась короче, чем я думал, и мы дошли до края леса гораздо раньше, чем я ожидал.
— Ты знаешь, где мы? — спрашивает он, когда мы входим на территорию кампуса.
Я оглядываю окрестности и киваю. Мы находимся примерно в четверти мили от Бун-Хауса.
Не говоря ни слова, он снова скрывается в лесу, его темная одежда сливается с фоном, пока он не исчезает из виду.
Моя грудь сжимается от чего-то, что я не могу назвать, когда я бегу к дому Буна и осматриваю свое тело, теперь, когда я не так отвлечен его присутствием.
Заметная боль и тупая ломота в заднице напоминают мне, что сегодня я лишился девственности, а запястья болят от ожогов, которые я глупо нанес себе веревкой. В остальном я чувствую себя хорошо и быстро оглядываюсь через плечо, чтобы проверить, нет ли в темноте каких-либо признаков его или кого-либо еще, стараясь не думать о том, как плохо все могло закончиться.
Сегодняшний вечер был ошибкой, и мне чертовски повезло, что в качестве сувениров я получил только ожоги от веревки и боль в заднице.
Разумнее всего было бы списать эту ночь на временное помешательство и вернуться в свою комнату, чтобы уничтожить камеры.
Жаль, что я знаю, что не поступлю разумно, и волнение, и предвкушение, которые уже зарождаются во мне при мысли о том, чтобы сделать это снова, говорят мне, что я, черт возьми, не усвоил урок.
Глава шестнадцатая
Джекс
Я поднимаю глаза, когда Джейс распахивает дверь нашей комнаты и входит внутрь.
— Что с тобой, черт возьми, случилось?
Он пожимает плечами и улыбается мне своей фирменной ленивой улыбкой.
— Ничего.
— Ага, — сухо говорю я. — И поэтому ты выглядишь, как будто тебя растерзала рысь?
Он отмахивается и направляется к своему шкафу.
— Пустяки.
— Если ты так говоришь. — Я провожу взглядом по его спине, пока он открывает тяжелые деревянные двери и достает чистую футболку с одной из полок.