Противостояние
Шрифт:
- Вы не видели, как они передвигаются в лесу? – спросил Эгорд. – Им просто не нужны дороги. Гном впервые за долгое время вступил в разговор.
- Да и то, правда, – в голос согласились гномы.
Спорить с этим действительно было трудно. Гномы самолично убедились, как темные умело передвигались в лесу не испытывая при этом никаких проблем. Они напоминали в этом своем умении своих сородичей с запада, для которых их Местальэ был родимым домом и помогал во всем. Поэтому, построй ушастые какие-либо дороги, этим они скорее могли помочь появившемуся в просторах Фларлана врагу, чем облегчить жизнь себе. Лес, могущественный Фларлан, являлся их родной стихией и точно так же, как для человека и гнома были привычны тропы, вытоптанные тысячами ног и копыт, так и для темных были привычны пути, вилявшие меж деревьев в самой чаще леса. Так было всегда, и Тунда был убежден, что так и останется, если конечно меч Императора рано
Но не разделял гном и радости своих бойцов. Выйдя из священного леса, им придется точно также искать себе пути по необжитым местностям, кото-рыми естественно будут только леса и степи. Места, где не будет застав и прочих барьеров, которые бы помешали добраться им до заветной цели. Гном прекрасно помнил, что в Империи действовал указ Императора, по которому запрещалось любое, даже внутреннее передвижение в границах государства. Поэтому, чтобы не найти лишних проблем, стоило десять раз перестраховаться и не сталкиваться с заставами, которых наверняка будет просто пруд пруди. Тунда не сомневался, что почти на всех из них будет выставлена обычная стража и большая часть ее новобранцы, привлеченные на службу по рекрутским спискам, но устраивать погромы на каждой из застав было бы крайне не разумно. Через чур большой путь предстояло пройти гномам через территорию Торианнской Империи, и путь этот они должны были пройти незамеченными. Поэтому, самыми благоприятными Тунда видел те варианты, при которых им удастся миновать заставы незамеченными. Гном был уверен, что маги, бросившие все силы на борьбу с Черной смертью, вряд ли выставят своих людей нести дозор и ловить перебежчиков. На это у Арканума, при всем его могуществе, просто не хватит сил. Но вот если они допустят неосто-рожность… Об этом Тунде даже не хотелось думать. Если они допустят неосторожность, тогда пиши пропало, его отряд окажется под прессом врага на его же территории. В том, что Арканум бросит свои лучшие силы на их поимку, сомневаться не приходилось.
Тунда прекрасно помнил разговор между магами о том, что гномы инте-ресны стихийным башням как возможность разрешить беду Чумы. Отсюда можно было сделать вывод, что их ищут. Другой вопрос, что найдут ли… Каким-то образом кристаллический шар, раздобытый Тундой, не позволил даже такому сильнейшему магу как Горлан мгновенно определить их местоположения, что уж говорить об обычных магах. Шар защищал их. Теперь в этом не оставалось никаких сомнений. А след, оставленный Тундой и тянущийся до самого Фларлан, теперь потерян, если конечно верить рассуждением той же четверки магов о разрыве следа при использовании заклинания телепортации. Телепортировавшись там, на опушке, Горлан порвал с ними связь и потерял след и из этого можно было предположить, что Арканум сейчас просто напросто не знал о том, где сейчас искать беглецов. Впрочем, у бедолаг хватало своих проблем, нужно было доставить в башни тела той несчастной троицы, что полегла на опушке от рук головорезов Гекта и привести магов в себя, попросту говоря, оживить. Гном знал, что умерев первичной смертью, потеряв жизнь, маг не умирал, он лишь погружался в нечто подобное коме, бессознательному сну, из которого его можно было вытащить заклятиями, буквально впрыснув в чародея Силу. Убить мага могла лишь вторая смерть, смерть души, поглощение чародея потоками Силы.
Не покидала Тунду и уверенность в том, что их уже ищут, может быть еще не бросив на это достаточное количество сил, не задействовав всех кого надо, но ищут. И Тунде, почему-то казалось, что маги Арканума рано или поздно дадут о себе знать. Единственной возможностью избежать этого, было идти, минуя заставы и населенные пункты, все те места, где их могли бы узнать (гнома не покидала уверенность, что грамоты с их описаниями уже распространились в округе) или понять, что гномы нарушают приказ Императора «О передвижении в Империи». Хотя один раз все же придется рискнуть. Не имея лошадей, они очень не скоро доберутся до Янтарных рудников, и здесь уже не поможет никакое зелье неутомимости.
Мысли Тунды прервали слова Кирква.
- Смотри, Вер, как под заказ тебе, разве что специально построили, – сказал гном.
Только сейчас Тунда, погрузившийся в свои мысли с головой, заметил, что мягкую изумрудную листву под ногами сменила протоптанная пыльная дорога, с каждым шагом расходившаяся в ширь. Он удивленно осмотрелся. Отряд действительно вышел на широкую, хорошо утоптанную дорогу, стелющуюся прямо среди могучего священного
- Откуда она здесь, интересно мне знать, – то ли спросил, то ли озвучил свои мысли вслух Эгорд.
- Да и какая, прям, скачки можно устраивать, – Верму почесал макушку, поглядывая по сторонам.
- Вам не угодишь. Дороги нет - не нравится. Есть - тоже не такая, – съязвил Булдук.
- Да говорит, что не такая, еще какая такая, – Верму всплеснул руками.
Гномы начали спор, а Тунда внимательно, не упуская ни одной детали из виду, оглядывался по сторонам. Похоже, это был вход в священный лес. Здесь Фларлан брал свое начало, и здесь эта дорога соединялась с сетью тех путей, что расстилались паутиной по всему Ториану, выстроенные ни одним поколением хумансов. От могучего леса в этом месте осталась лишь одна только память. Все чаще на глаза гномов попадались просторные опушки, тут и там возвышались холмы, текли ручьи с кристально чистой водой. Лес кончался, и гномы выходили к Восточной границе Торианской империи. Тунда уже не чувствовал даже тех былых толчков Силы Фларлана, окатывавших его с ног до головы с необычайной мягкостью первоприродным теплом. Теперь он чувствовал лишь мимолетные оттоки Силы, чуть касающиеся его сознания, когда отряд пробирал очередной порыв ветра. И все. Сила Фларлана здесь угасала, или же могучий лес просто отступал, уступая место другим природным стихиям. Не чувствовал гном и никаких опасностей. Молчали его амулеты, глаз скользил по деревьям, опушкам и холмам, замечая лишь движения животных и птиц, которых здесь заметно поубавилось и которые, к удивлению Тунды, теперь шарахались из стороны в сторону при виде гномов. Ничего подозрительного не улавливали ни слух, ни обоняние Тунды. Здесь не было чужой магии, чужого присутствия, ничего того чего стоило бы остерегаться. Совершенно спокойны были и его бойцы.
Наконец могучий Фларлан остался позади, и Тунда, обернувшись, проводил взглядом необъятную зеленую гладь священного леса. Впереди расстилалась широкая дорога, ведущая к Тарибору. Где-то далеко на горизонте садилось солнце, озарив землю своими прощальными лучами, и уже можно было разглядеть полумесяц, застывший с солнцем на одном небе и ждавший своей очереди, словно стражник. Солнце слепило глаза, но Тунда все же видел развернувшийся перед его глазами красивый пейзаж раскинувшейся степи. Дорога уходила под уклон, и можно было разглядеть горизонт на многие мили вперед. На западе и на востоке в нескольких десятках миль гном видел очертания небольших каменных хребтов тянущихся на милю к северу, будучи достаточно узких в ширину. Можно было говорить о неком ущелье, если бы хребты не были отдалены друг от друга на почтительное расстояние. По всей видимости, это были остатки древних гор, что когда-то возвышались здесь. Одиноко в степи росли деревья, казавшиеся совсем маленькими по сравнению со своими братьями из Фларлана. Даже зеленая трава, ковром устилавшая степь, казалась здесь какой-то не такой живой и сочной, как в священном лесу не подпитываясь магией темных эльфов. Тунда, рассматривающий этот пейзаж некоторое время, думал стоит ли им сворачивать с дороги здесь или продолжить путь по утоптанной тысячами ног поверхности, что намного ускорит ход, и решил пока идти по дороге дальше.
- Идем, все равно никого здесь нет. Похоже, никто из хумансов не хочет жить рядом с ушастыми, – сказал он.
- Одно дело ушастые, а другое дело Гект и его головорезы. Думается мне, что он занимается подобным промыслом и грабит людские деревушки, – добавил Эгорд.
- Так им и надо, – фыркнул Верму.
Гномы, не замедляя шаг, продолжили путь по утоптанной дороге. По всей видимости, гордецы эльфы следили за тем, чтобы во всех их делах был порядок, и тратились даже на поддержание в отличном состоянии такой не нужной им вещи, как этот путь. Мало ли кто мог заглянуть сюда и что подумать потом об их гордой расе!
- Здесь и воздух другой, – Кирква постучал себя кулаком по груди.
- Да, что ни говори об ушастых, а лес у них чудесный. Идешь, да диву даешься, – сказал Верму. – Полной грудью дышишь, красотами любуешься.
- Оно тебе вот надо красотами этими любоваться, на оленей смотреть? – Булдук покачал головой. – По мне, лучше бы да с троглодитом с каким сцепиться, да башку ему гаду открутить, чем вот этим оленем любоваться. А то, что воздух у них так это тебе кажется! Что, хуже, чем у нас?
- Ну, ты сравнил!
- А то, чего говоришь всякое. Лишь бы вот это - языком почесать, – Булдук явно соскучился по родным местам и тяжело вздохнул.
- Ничего, бойцы, я обещал вам, что выпьем эля? Значит, будет так! – подбодрил своих наемников Тунда.
- За твой-то счет, командир? – хитро прищурился Верму.
- Ну, эль то за мой, а с тебя - чем брюхо набить. Пойдет? – подмигнул Тунда единственным глазом.
- Ха! А с чего бы с меня вдруг. Вон Булдук ноет пусть и платит! – Верму, шутя, хлопнул гнома по плечу.