Противостояние
Шрифт:
Булдук ответил затрещиной, от которой Верму не успел увернуться.
- Ах, ты…
- Щас еще получишь!
Верму врезал Булдуку в бок с полсилы, а Булдук ударил Верму в плечо.
- Ладно, так и быть, уговорил, угощу тебя бараном, а всем остальным полный стол! – Верму засиял, считая, что подколол Булдука лучше некуда, и гномы снова сцепились.
К удивлению Тунды, обсуждать предстоящую пирушку в одной из таверн Янтарных рудников принялся и Эгорд. Гном выглядел нечета тому, что было с ним во Фларлане, не говоря уже о тех часах, которые они провели у Хребта Смерти рядом с Рубиновой скалой, когда Тунда только достал артефакт. Исчезла бледность и синяки под глазами. Теперь Эгорд был похож на самого себя, когда они только пустились в путь. Свежего, полного сил и энергии. И, что еще больше радовало Тунду, гном оживленно вел разговор, не замыкаясь в себе. Это могло значить, что его не беспокоило что либо, и Эгорд чувствовал себя достаточно уверенно. Оставшийся в целостности артефакт
«Оно и к лучшему» - подумал Тунда.
Отряд горячо спорил о том, как они проведут время, вернувшись с задания, а Тунда лишь горячо вздохнул. Не хотелось портить настроение гномам и говорить, что впереди их ожидает не менее трудный, а быть может гораздо сложный путь, нежели тот, который они преодолели раньше. Путь через Торианскую империю на запад через Тарибор, возможно в обход, как и в предыдуший раз, а возможно и через Местальэ, лес светлых эльфов, минуя по пути множество имперских застав. Если повезет, и Арканум окажется не столь бдительной, ввиду разгула Чумы, можно будет срезать через вольные земли аллодов выслужившейся знати, и протиснуться между Местальэ и Бешгаром, а там, на Севере, вдоль границы Империи, добраться до Янтарных рудников, по сути, сделав обратный ход, но хоть и верить в то, что придется рассчитывать на такие ошибки Арканума хотелось, но вряд ли приходилось. Маги были через чур хитры и не могли допускать таких серьезных оплошностей. Гильдия Огня серьезно ошиблась тогда во Фларлане и вряд ли допустит повторения подобного, потому что чародеи огневики не из тех, кто не учится на собственных ошибках…
Ночь быстро сменила день, и полумесяц уже сиял на небе на правах полноправного хозяина, освещая землю мягким бархатистым светом. Фларлан давно скрылся за горизонтом, оставшись далеко позади. Теперь вокруг простиралась одна только степь, расстилавшаяся, как могло показаться гномам, в бесконечность. Каменные хребты, которые видел Тунда вечером, теперь покоились всего в нескольких милях от начавших уставать путников. Действие зелья Неутомимости постепенно сходило на нет, и Тунда чувствовал, как в мышцы начинала закрадываться усталость, хотя ноги по-прежнему послушно несли его вперед.
Примерно через час отряд поравнялся с небольшими каменными хребтами, некогда формировавшими горный массив. Застыв в ночи, словно два решивших прилечь в степи титана, хребты располагались в достаточном удалении от дороги. Тот, что находился по правую руку гнома, был отдален на целую милю или даже две, а тот, что замер по левую руку, располагался чуть ближе. Взгляду Тунды предстал голый камень. Кое-где свили свои гнезда прямо на утесах каменного хребта какие-то птицы, скорее всего орлы, но половину гнезд было заброшено своими хозяевами и пустовало. Лунный свет, падавший на голый камень, делал хребет каким-то мрачным и даже зловещим. Тунда, не желая больше рассматривать каменные глыбы, вернул взгляд на дорогу, по-прежнему неуклонной прямой стелившуюся вдаль. Однако теперь дорога начинала постепенно уходить в гору, закрывая перед гномами дальнейший кругозор. Чтобы не рисковать и не нарваться на ненужную встречу или заставу в пути, Тунда дал команду сворачивать в степь. Гномы воспри-няли приказ с разочарованием, но, побурчав, свернули с утоптанной и гладкой дороги на холмистую неровную поверхность степи.
- Ноги тут все попереломаем, – забубнил Кирква себе под нос.
Действительно, идти степью было гораздо труднее, чем в лесу. Одна воз-вышенность меняла другую, что давало серьезные нагрузки на мышцы ног. Ступни то и дело так и норовили провалиться в норки, вырытые кротами и прочими зверьми, устроившими под землей подземные ходы не хуже, чем тарлинги, прокладывающие свои тоннели с необычайной скоростью. Но ничего не оставалось, как идти дальше вперед, преодолевая трудности и препятствия на своем пути. Горло Тунды превратилось в самую настоящую печь, и когда он пытался сплюнуть, слюна буквально застревала в горле, прилипая к небу. Гном чувствовал, как бурчит в его животе. Несмотря на то, что эликсир Неутомимости предавал сил, вплескивая в тело энергию прямым уколом адреналина, он не мог подавить тягу к естественным потребностям. Тунда мог бы поставить что угодно на кон, утверждая, что за последнюю неделю у него поубавилось несколько фунтов веса. По крайней мере, он несколько раз подтягивал ремешки на доспехах, которые начинали болтаться. Благо доспехи изготавливались на заказ и предусматривали такую возможность в отличие от многих стандартных наборов, скованных под определенный размер. Дешево и сердито. Ни чета для наемника, но обычному стражнику подойдет.
Время от времени гном оглядывался назад, словно не веря, что из Фларлана Гект, не найдя след, не мчится за ними в погоню, но никого позади отряда гномов не было. Верму и Кирква поймали прямо на ходу несколько ящериц зеленого цвета с желтыми пузиками, которые показались весьма аппетитными гномам, и участники похода, поотрывав тварям головы и выпотрошив кишки, кое-как утолили голод. Перекусив на ходу, они спокойно прошагали всю ночь под безоблачным звездным небом, выпив еще по несколько капель зелья Неутомимости, и на рассвете взобрались на большую возвышенность.
- Вот это другое дело, видят Подземные боги, ох как надоело мне на ногах миля за милей грести, – с облегчением выдохнул Кирква.
- Думаешь, у них тут найдется пару гнедых? – с недоверием спросил Верму.
- Я б такой, что и на коровах, айда, все чтобы не пешком землю мерить, – ответил Кирква.
- Я бы отдал за любую скотину, будь то ишак, сотню солидов и даже глазом не моргнул, – согласился с Верму Булдук.
Тунда, молча, слушал развернувшийся между бойцами разговор. Можно было положиться на зелье Неутомимости и идти дальше, не останавливаясь в этой деревушке, чтобы не искать себе новых неприятностей, если-бы не одно но. Гном видел, в каком состоянии находится обувь его бойцов. На Тунде, единственном из всего отряда, были одеты прочные с металлическими пластинами сапоги, скрепленные чарами рунной магии, которые просто не могли износиться в пути. Подобного нельзя было сказать об обуви его бойцов. Ботинки всех до единого гномов представляли жалкое зрелище. У Эгорда оторвался правый носок, и торчали пальцы, разбитые в кровь. Кирква стер в пыль подошву. Не лучше состояние обуви было и у Верму с Булдуком. Про-блема была в том, что если они не найдут замены этим ботинкам или же дальше не пересядут на лошадей, очень скоро гномы сотрут свои ноги не просто в кровь, а до кости, и не смогут идти. Единственное, что держало их сейчас – зелье Неутомимости. Но доводить до крайнего тоже не хотелось. Хотя Тунда и понимал, что загляни они во вроде бы вполне безобидную деревушку и… Словно прочитав мысли командира к нему повернулся Эгорд.
- Я думаю, что не стоит нам туда соваться, командир.
Тунда посмотрел на гнома.
- Есть выбор?
- Выбор есть всегда.
Тунда ничего не ответил. Да уж, прекрасный выбор, ничего не скажешь. Рискнуть возможностью посадить к себе на хвост магов из Арканума или застрять где-то на полпути из-за того, что кто-то из его отряда будет просто не в состоянии двигаться дальше. Как быть тогда. Своих Тунда не бросал никогда. Эгорд снова будто бы прочитал его мысли.
- Ты всегда сможешь уйти дальше сам, командир, и выполнить задание до конца.
Тунда покачал головой.
- Ты плохо меня знаешь, я не бросаю своих.
- Но тогда ты рискуешь провалить задание советников.
- Я рискую своей шкурой и шкурой тех, кто мне доверился. А так же неплохой сумой в имперских триенсах и мешком самоцветов, что обещали ваши советники, – ехидно ответил Тунда. – Если ты не понял, гноме, твой Царь с его болванами советниками для меня пустой звук.
Эгорд не отвел глаз, что весьма удивило Тунду, который думал, что прямое оскорбление Царя гномов заставит себя гнома повести по-другому. Это он, Тунда, чихать хотел на него, но остальные гномы чтили и уважали своего правителя больше всего на свете, считаясь с его властью и будучи убежденными, что эта власть законна и неоспорима.
- Но ты же должен понимать, командир, что это может быть ловушкой? В Аркануме только и ждут, когда мы дадим о себе знать на территории Торианской Империи, – спокойно сказал Эгорд.
Тунда прекрасно понимал это без всяких слов. Да все было именно так. Башни, возможно, потеряв их след, теперь жаждали его поскорее восстано-вить. Почему бы не поверить тем четверым магам, которые говорили, что Тунда с его отрядом важны для Арканума. Значит, маги захотят вернуть их любыми силами, бросив на это все доступные средства. Но что оставалось им, если, собственно, другого выхода нет? Не зайди они в эту маленькую деревню на своем пути, чтобы попытаться купить, украсть или на худой конец забрать у сельчан лошадей, что тогда? Тогда ближе к вечеру кто-нибудь из бойцов свалится на землю вовсе не от усталости. Нет, зелье Неутомимости будет по-прежнему готово гнать его вперед, и он не будет чувствовать никакого утомления в ногах. Но сами ноги уже просто не смогут идти, оказавшись стертыми о землю точно так же, как стерлась обувь. Тунда понимал, что не пересядь они на лошадей, и этого рано или поздно не миновать.