Прощай, Бобров

Акперов Интигам

Бобров и не думал скрывать своей обиды и попытался захлопнуть слегка приоткрытую дверцу машины, но Северцев не дал ему это сделать, схватившись за ручку.

– Зачем же когда-нибудь? Можно и сейчас! Давай сейчас! В этом городе добрый десяток подонков, которые мечтают, как бы отправить полковника на тот свет. Вот теперь и ты…

– Заткнись! – Бобров дёрнул дверцу на себя и Северцев освободил ручку. – Я не подонок и ни что на свете не заставит меня желать чьей – либо смерти. А ты просто пьян, жлоб! Иди и проспись, алкоголик чёртов! – крикнул Бобров на прощание.

Не желая окончательно разругаться с Северцевым, он резко подал машину вперёд и кинул прощальный взгляд в зеркало на размахивающего

руками пьяного полковника. Он уже завернул за угол, сбавил скорость и медленно выезжал на ночную, почти безлюдную трассу, как вдруг услышал несколько характерных хлопков, напоминающих выстрелы, потом две короткие автоматные очереди. Сомнений быть не могло. Там, откуда он только что отъехал, стреляли.

Бобров даже не раздумывал, развернул машину и рванул её обратно. Из-за угла, прямо на него, включив дальний свет, на полной скорости выскочил автомобиль. Бобров еле успел увернуться. Он затормозил у самого бара. Северцев лежал на снегу, лицом вниз недалеко от машины. А джип горел и Бобров сообразил, что он может бабахнуть. Вокруг никого не было, он хотел забежать в бар, чтобы позвать на помощь, но почувствовал, что может не успеть. Подбежав к лежащему без сознания Северцеву, он схватил его за ноги и потащил подальше от горящей машины. Полковник был тяжёлым, но по снегу Боброву удалось оттащить его достаточно быстро и достаточно далеко. Северцев не приходил в себя. Взрыв Бобров почти почувствовал, бросив тащить Северцева, он сжал голову в плечи и почти упал на него. Он ощутил горячее дыхание взрывной волны, но страха не было, а в голове крутилась мысль о пальто, которое он купил в одном из лучших магазинов Парижа прямо перед приездом в Россию. Почувствовав безопасность, он огляделся вокруг и, встав на колени, несколько раз слегка ударил Северцева по щекам, но тот даже не подавал признаков жизни.

Площадь перед баром уже кишела людьми, выли сирены, взрывом рвануло ещё несколько машин, стоявших рядом с джипом Северцева. Машине Боброва повезло. Подъехала скорая помощь, они быстро уложили полковника на носилки и затолкали в свою карету. Он даже не шелохнулся. Боброву тоже предложили помощь, но он отказался и на своей машине последовал за скорой помощью.

Через некоторое время в приёмной больницы уже толкались милицейские чины и Бобров не смог остаться незамеченным. Медсестра провела его в туалетную комнату и помогла привести себя в относительный порядок. Только он вышел оттуда, как к нему подошёл человек и, представившись сотрудником прокуратуры, попросил рассказать о случившемся. Немного смущаясь от того, что невозможно было скрыть слегка хмельное состояние, Бобров всё же рассказал в двух словах о том, что произошло. Тот его внимательно выслушал, потом тяжело вздохнул и очень серьёзно, почти шёпотом сказал:

– Он ещё не приходил в себя, но врачи делают всё возможное и если нужно будет, то мы отправим полковника Северцева в центр. – Он многозначительно посмотрел на Боброва и добавил, – Вы ведь понимаете, что всё может случиться, мы уже сообщили его семье. Вы друзья с полковником? Я вас раньше не видел.

– Да, как вам сказать, – замялся Бобров, – знакомые, в какой-то степени. Мы вместе решили просто поужинать. А тут такое…

– А где вы живёте? – не отставал сотрудник прокуратуры, внешний вид Боброва настораживал его. Он чувствовал значимость неизвестной ему персоны, и это сдерживало его от привычного повышенного тона.

– Я живу в Авиньоне, если вам это о чём-то говорит – спокойно ответил Бобров.

– А где это?

– Недалеко от Марселя, во Франции.

– Так вы что – иностранец?! – с уже почти нескрываемым интересом спросил сотрудник прокуратуры. – В смысле, приехали из-за границы?

– Так выходит. Остановился я в гостинице, не помню её

названия, но я там зарегистрировался, если вас это интересует. И прошу вас, отложите допрос хотя бы до утра, я неважно себя чувствую. Вы же чувствуете, что я немного пьян.

– А это не допрос,– досадно ответил ему сотрудник прокуратуры, – но если возможно, подождите здесь ещё пару минут, я только запишу ваш адрес…

Открывшаяся дверь реанимационного отделения спасла Боброва от дальнейших вопросов, но он, конечно, понимал, что если с Северцевым что-то случится, то он влип. Просто так не отделаться, как минимум, он потеряет время. Бобров тоже подошёл поближе.

Врач тяжело вздохнул, снял очки и стал их медленно и тщательно протирать.

– Случай очень тяжёлый, но мне кажется…– доктор остановился, бросил протирать очки, надел их, важно обвёл взглядом всех присутствующих и продолжил, – что вашего полковника надо было вести не в больницу, а в вытрезвитель. Он просто пьян и спит непробудным сном, я бы сказал, богатырским. Скорее всего, во время нападения полковник поскользнулся и, ударившись головой о машину, потерял сознание. Наверное, нападавшие подумали, что он убит или их кто-то спугнул, но это уже ваша епархия. Травма головы незначительная, мы сделали перевязку, можете его забрать. Но лучше дать ему выспаться, пусть проснётся сам, заберёте утром.

Мужчины сдержанно улыбались, напряжение спало, потихоньку стали расходиться. Но тут распахнулась дверь и в полутёмную приёмную быстро вошла Мария. К ней навстречу сразу же вышел сотрудник прокуратуры. Чувствовалось, что они хорошо знают друг друга. Он даже не дал ей что-то сказать и опередил её:

– Всё нормально, Мария Александровна. Сергей абсолютно невредим, но до утра врачи рекомендуют оставаться здесь.

– Но если он абсолютно невредим, то почему нельзя сейчас забрать его домой? – резонно спросила она.

– Нельзя, Мария Александровна, – повторил врач, – потому что небольшая травма головы. Мы сделали всё необходимое и сейчас он спит. Мы дали ему немного наркоза.

– Вот видите, – обрадовался солидной поддержке сотрудник прокуратуры, особенно по части наркоза, – он был с другом, они вместе ужинали, так что нам не составит большого труда раскрыть истинную картину происшедшего. Когда на них напали…

– С каким другом? – перебила его Мария, оглядываясь по сторонам.

Сотрудник прокуратуры посмотрел в глубину приёмной, где в уютном кресле старался остаться незамеченным Бобров. Следом развернулась и Мария, она сразу узнала его и, не скрывая своего удивления, спросила:

– Сева? Это ты?

Он встал с кресла, переминаясь с ноги на ногу, как незадачливый, провинившийся школьник.

– Как видишь, Мария. Добрый вечер.

– С тобой всё нормально?– взволнованно спросила она.– На вас напали?

– Вообще-то, напали на него, я уже отъехал, но ты не волнуйся, с Сергеем тоже всё нормально. Думаю, что всё обойдётся. Я потом тебе всё объясню.

Она ещё хотела что-то спросить, но замолчала, оглядевшись по сторонам. Ей было неудобно говорить, а присутствующие и не думали скрывать своего любопытства. Боброва они видели, естественно, впервые и он вызывал у них профессиональный интерес.

– Значит, утром? – Мария повернулась к врачу.– Я смогу заехать за ним?

– Да, конечно. Впрочем, утром он и сам сможет приехать.

– Спасибо, доктор. Это, действительно, не опасно? Я могу побыть рядом с ним.

– Этого не стоит делать. Он в безопасности проспит всю ночь, уверяю вас. Поезжайте домой, уверяю вас, что всё будет хорошо.

– Хорошо. Тогда я поеду. Спасибо, доктор.

– Мария Александровна, – услужливо вырвался из группы сотрудник Северцева, – пожалуйте в автомобиль, вас отвезут.