Проповедник
Шрифт:
Он ведёт себя, как загнанный зверь, напуганный. Его поведение откровенно подозрительно.
— Да, кстати, я не буду вас больше задерживать. Хорошего вам дня, шериф, — восклицаю я, поворачиваюсь на каблуках и продолжаю свой путь.
За спиной его взгляд пронзает меня, но я заставляю себя не оборачиваться.
Если я обернусь — он поймёт, что я знаю.
***
В начале вечера улицы пустеют. День выдался долгим. Измождённая, я решаю зайти в бар. Едва войдя, мои носовые пазухи
Фу... Воняет тестостероном и мёртвым табаком.
С отвращением скрываю гримасу и направляюсь к стойке. Несколько клиентов смотрят на меня косо или с интересом. Совершенно отстранённая от атмосферы, я избегаю их, как призрак, и продолжаю свой путь, оглядывая довольно мрачный интерьер.
Прямо как в старом вестерне.
Деревянная обшивка повсюду, паркет из красного дерева, мебель с тёмно-красной обивкой, приглушённый свет. Динамики вдоль стен изрыгают «Alabama Song» Doors. У цели я опираюсь о барную стойку. На дальнем конце тот, кого я предполагаю управляющим, мужчина с жирными волосами, в расстёгнутой на груди рубашке, кивает мне, приближаясь.
— Что вам налить, мадам? — предлагает он с сильным техасским акцентом и гнилыми зубами.
— Пиво, — лаконично заказываю я, подражая клиентуре.
Он выполняет. В ожидании мой взгляд блуждает. Справа я замечаю старый телефон, висящий на стене в углу комнаты. Мужик возвращается, сняв пену с моего пива.
— Он работает? — спрашиваю я, указывая пальцем на аппарат.
— Насколько мне известно, да, но если будут проблемы, у меня есть частная линия в кабинете, — отвечает он с похотливой улыбкой.
Его предложение ясно как божий день. Я швыряю ему доллар, игнорируя.
— Я лучше попробую удачу, спасибо, — говорю я, поднимая кружку.
С напитком в руке я удаляюсь, чтобы позвонить Уоллесу. Взяв трубку, я на мгновение колеблюсь. Она такая отвратительная, что боюсь подхватить заразную болезнь.
Холеру? Чуму?
Это не входит в профессиональные риски, но я решаюсь взять её и обязуюсь быть как можно короче. После двух гудков Уоллес снимает трубку.
— Это я, — уточняю я ему.
— Ты где?
— В тупике, — сокрушаюсь я.
— Ничего подозрительного?
— Есть. Шериф.
— Объясни.
Я мгновенно вспоминаю нашу встречу и рассказываю об этом Уоллесу.
— Я столкнулась с ним. Моё присутствие, казалось, причиняло ему сильный дискомфорт. Думаю, он знает, кто я, и его совесть нечиста.
— Продажный?
— Тебе разбираться. Это лишь догадки, но у меня серьёзные подозрения. Его поведение было странным, и мне кажется невероятным, чтобы маленький провинциальный шериф разгуливал с дорогими часами. Узнай о его зарплате, о его семье. Постарайся выяснить, не получал ли он крупную сумму недавно: наследство, премию, выигрыш в лотерее, что угодно.
— Что ты собираешься делать теперь?
Найти место для ночлега. Я вымотана.
По ходу размышлений я позволяю себе несколько глотков пива, хотя официально на службе, затем отвечаю ему:
—
— Понял. Когда планируешь связаться снова?
— Понятия не имею, — кладу трубку.
Затем я снова возвращаюсь на своё место и допиваю пиво. Тип с хищной усмешкой на другом конце стойки поднимает свой стакан в мою сторону. Я изображаю смутную улыбку и уклоняюсь, поворачиваясь в противоположную сторону, молясь, чтобы он отказался от попытки заговорить. Там я оказываюсь лицом к лицу с компанией ковбоев с отталкивающими физиономиями. Моя интуиция кричит, что задерживаться здесь небезопасно.
Пора валить.
В тот же момент я замечаю некоторое оживление за спиной, затем внезапно дрожь пробегает по позвоночнику. Очевидное присутствие ощущается у меня за спиной. Большое зеркало вдоль стойки, напротив меня, позволяет мне разглядеть происходящее, даже не оборачиваясь, и я вижу двух парней, почти прилипших к моей заднице, которые шепчутся, разглядывая меня. Изувеченные морды, дикие глаза. Они воплощают всё разнообразие мыслимых злодеяний. Мой инстинкт велит мне взять ноги в руки и убраться как можно скорее. Я выпрямляюсь, благодаря небеса за то, что на мне кроссовки. По счастливой случайности, моя сумка всё ещё висит на плече.
— Эй, привет! — восклицает один из них, преграждая мне путь.
— Привет, — отвечаю я тоном, стараясь быть лёгким и дружелюбным.
— Можем предложить тебе выпить?
— С удовольствием, — лгу я отстранённо, играя крутую.
Они обмениваются понимающим взглядом, за которым следует расчётливая усмешка.
— Я Бенни, а мой друг — Джаред, — информирует меня мой собеседник, облокачиваясь слева от меня.
Его едкое дыхание совсем рядом, и от него исходит тошнящий запах одеколона и пота.
— Мэри, — представляюсь я с радостным выражением, чтобы скрыть отвращение.
При внедрении оставаться близко к своей настоящей личности позволяет избежать недоразумений.
— Откуда ты, Мэри? — спрашивает меня некто по имени Джаред.
— Отовсюду и ниоткуда. Я скитаюсь, — отвечаю я с безразличной гримасой.
— Авантюристка? — смеётся Бенни.
— Ага, примерно так, — фальшиво хихикаю я.
Пока бармен подаёт нам, я пользуюсь случаем, чтобы спросить его:
— Где туалет?
— В глубине справа, — указывает он.
— Подождёте меня, чтобы чокнуться? Я всего на минутку.
— Мы не сдвинемся с места, — успокаивает он.
Не спеша, я направляюсь вглубь. Как только исчезаю из их поля зрения, ускоряю шаг и торопливо ищу запасной выход. Замечаю дверь в конце коридора. Набрасываюсь на ручку и толкаю.
Переулок.
Вздох облегчения вырывается у меня. Я погружаюсь в темноту и быстро иду вдоль, чтобы вернуться на главную улицу. Вдруг силуэт вырисовывается в полумраке и тяжёлой поступью приближается ко мне. Чувства настороже, я резко останавливаюсь.