Произнеси её имя
Шрифт:
— Не знаю. Они были… я не хочу говорить.
Марк смеясь, откинулся на спинку сиденья.
— О, мои дни! У тебя был настоящий грязный сон! Ты должен рассказать нам, приятель!
Даже на коже с его оттенком было заметно, как Кейн покраснел. Он молчал.
— Кейн, это может быть важно… — проговорила Бобби, хотя внезапно почувствовала самую безотчетную в своей жизни ревность к девушке из сна.
— Знаешь что? — произнес, наконец, Кейн. — Я не смог бы рассказать о нем, даже если бы захотел. Я был настолько вне его… я имею в виду, во сне было словно наполовину это был я и наполовину, будто я его смотрел.
— Я тоже
Марк продолжал болтать.
— Чувак…. Это хотя бы было жарко, а?
Кейн не сказал больше ни слова, но на его губах проскользнула застенчивая улыбка, и Бобби испытала свое второе предобморочное состояние.
Королевская больница Сихейвен не сильно отличалась от Пайпер Холла, за исключением того, что располагалась она на окраине леса, что, каким-то образом, делало приближение к ней еще более устрашающим. Пока Марк ехал по длинной дорожке с тянувшимися вдоль нее дубами, Бобби вспомнились «Сияние [9] » и «Волки Уиллоуби Чейз [10] » и вдруг визит сюда перестал казаться такой уж замечательной идеей.
9
Прим. пер.: «Сияние» — роман Стивена Кинга.
10
Прим. пер.: «Волки Уиллоуби Чейз» — роман Джоан Эйкен.
Деревья исчезли, и взору предстала больница. Это было старинное сооружение с современными чертами, искусственно трансплантированными к скелету здания — блестящие поручни и раздвижные двери на античной больнице. Но это не делало место более привлекательным.
Марк миновал пролет скорой помощи и, следуя указателям, проехал в сторону психиатрического отделения. Благотворительное отделение Сойера находилось позади главного корпуса — квадратное строение с квадратными окнами, аккуратно выстроенными в параллельные линии; нигде, насколько было видно, не было ни одного закругленного угла, наверное, для того, подумала Бобби, чтобы не расстраивать сумасшедших внутри.
— Мне нужно вернуться в школу на второй урок. Если нужно, я могу приехать за вами после.
— Не надо, все клево, мы сможем вернуться в Оксли на автобусе, — предложил Кейн, и Бобби кивнула в знак согласия. Она так сильно нервничала сейчас, что могла почувствовать горький вкус желчи в глубине рта. Это больше не казалась ни игрой, ни «баловством»; это было серьезно — они собирались проникнуть в больницу, чтобы допросить человека с психическим заболеванием.
Хотя, в этом и заключалась вся проблема. А что если Бриджит Хорн не была больной? Или что если она была таковой, и у них тоже были видения? Бобби жалела, что не перехватила чего-нибудь поесть, прежде чем покинуть школу; она чувствовала голод, и ее тело ощущалось пустым, словно фонарь из тыквы, оставшийся гнить с выходных.
— Ты в порядке? — Кейн почувствовал ее беспокойство.
— Не совсем. У нас могут быть серьезные неприятности из-за этого. Вроде нарушения закона.
Он покачал головой.
— Мы просто посетители. Против этого нет закона.
Бобби кивнула, пытаясь создать в себе немного его спокойствия путем осмоса. Кейн вышел из машины, и она последовала за ним, разглаживая свой наряд. В конце поездки она распустила волосы и сменила солнцезащитные очки на свои обычные.
— Мы просто наносим визит, — сказала Бобби больше себе, нежели Кейну.
Оставив их перед психиатрической больницей, Марк отправился обратно в Рэдли Хай. Было на удивление тихо. Какая-то
Первые несколько капель дождя размером с небольшие шарики упали на асфальт.
— Ну же. Давай зайдем внутрь. — Кейн обхватил ее рукой и повел вверх по ступенькам. Автоматические двери раскрылись. Регистратура ничем не отличалась от любой другой больницы — стол, пара мягких стульев матово-синего цвета, неброские плакаты, гласящие, что каждый четвертый из нас подвергнут опасности проблем с психикой. Единственная разница заключалась в том, что комната была охраняемой. Доступ к остальной части здания находился за плотно закрытыми дверьми, за которыми следил человек в форме.
Бобби заставила себя улыбнуться дежурной.
— Привет, мы пришли навестить Бриджит Хорн, пожалуйста.
Дежурная, женщина неопределенного возраста явно страдающая ожирением, с красным лицом и солено-уксусным запахом, набрала что-то на своем компьютере.
— Хорошо, милая. Поднимитесь на лифте на третий этаж в комнату ожидания.
Бобби чуть не упала. Конечно же, все не могло быть так просто. Раздался неприятный гудящий звук, и сигнальная лампочка над двойными дверями изменилась с красного на зеленый.
— Проходите, — проговорил охранник. — Третий этаж.
Не мешкая, парочка поспешила внутрь. Как только они оказались в лифте, Бобби выдохнула, казалось, впервые за пять минут.
— Почему я так нервничала?
— Знаю, — согласился Кейн. — Полагаю, это просто больничная обстановка.
Лифт поднялся на третий этаж, и они вышли в еще одну комнату ГСЗ [11] , только в этой тихо играло «Радио 2». Здесь стоял ужасный больничный запах — спиртового геля для рук вперемешку с рвотными массами и дезинфицирующими средствами. В то же время воздух был странно сладким, словно кто-то распылил освежитель воздуха.
11
Прим. пер.: ГСЗ — Государственная служба здравоохранения, создана в 1948 лейбористским правительством; общее руководство возложено на Министерство здравоохранения и социального обеспечения; все основные виды медицинской помощи оказываются бесплатно; в 1951 введена частичная оплата за некоторые виды помощи; финансируется за счёт государственного бюджета, а не за счёт взносов граждан.
На сей раз Кейн подошел к регистрационной стойке.
— Привет, мы бы хотели увидеть Бриджит Хорн.
Медбрат на посту — красивый рыжеволосый парень лет двадцати — удивился.
— Вы пришли увидеться с Бриджит?
— Ага, — ответила Бобби. — Друзья семьи.
Медбрат — Дэвид, согласно информации на бейджике — скептически окинул ее взглядом сверху донизу.
— Бриджит не принимает посетителей, кроме своей мамы.
— Знаю. Именно ее мама попросила нас прийти. Думаю, она хочет, чтобы Бриджит общалась с большим количеством людей… — Говоря неправду, Бобби чувствовала себя ужасно. Бриджит была одинока, и единственные ее посетители находились здесь, преследуя свои эгоистические цели.
— Вы не могли бы подождать здесь, пожалуйста? — Дэвид провел пластиковый пропуск через кард-ридер и вошел в отделение. Вытянув шею, Бобби посмотрела через двери. Он разговаривал с другой медсестрой или врачом — трудно было сказать, когда на них всех была больничная униформа. В конце концов, он вернулся с женщиной азиатской внешности с добрым лицом и одетой в нормальную одежду.
— Привет, я доктор Кан. Дэвид говорит, что вы хотели навестить Бриджит?
— Да, пожалуйста, — ответил Кейн.