Проданная ковбоям
Шрифт:
Для развития истинного доверия между нами потребуется время, но я надеюсь, что это первый шаг к достижению гармонии для всех нас.
20. Отпустить
Клинт
Уставшие после тяжелого рабочего дня, мы с Джесси втаскиваемся в дом через заднюю дверь, прежде чем снять ботинки, шляпы и верхнюю одежду. Тейлор нигде не видно, но Маверик на кухне, он рассматривает поднос с вкусностями, которые
— Девочки наверху, — говорит Мэверик. — Мы привезли кое-что из города, чтобы комната Бет больше походила на комнату Молли.
— Это здорово, — отвечает Джесси.
Маверик морщится, что заставляет меня нахмуриться.
— Я возил Тейлор к Бет.
Джесси замолкает, присаживаясь на корточки перед духовкой, из которой он собирается вынимать наш ужин.
— Что?
— Все хорошо. — Маверик поднимает обе руки, чтобы подчеркнуть это. — Она молодец. Все улажено.
Джесси расставляет наши тарелки, и комнату наполняет аромат чеснока.
— Тейлор противостояла Бет? — его брови так высоко подняты, что на лбу пролегает глубокая морщина.
— Да. Она та еще женщина. — Сняв обертку с кекса, Маверик отламывает кусочек и отправляет его в рот. — Она полна сюрпризов.
— Она постепенно выходит из-под тени своего отца, — говорю я. Мне это ясно, потому что моя собственная тень все еще длинная и темная. У Маверика и Джесси тоже есть свои призраки, но они все чаще улыбаются и становятся мягче. Почему со мной все происходит по-другому?
Было тяжело встретиться лицом к лицу с человеком, который причинил столько вреда Тейлор и ее сестре. Я хотел раздавить его, как таракана, разорвать на куски, чтобы он никогда не смог исцелиться. Оставить судебную систему разбираться с его задницей не так уж приятно.
— Как вы, парни, поладили? — спрашивает Мэверик.
— Они лучшее пополнение, которое у нас было. Сегодня они справились с работой за шестерых.
Джесси абсолютно прав. Мои первоначальные сомнения по поводу них, особенно Брайана, пока не кажутся обоснованными. У него был неудачный старт, но он пришел в себя быстрее, чем двое других, и теперь у него на одну проблему меньше поводов для беспокойства. Трудно не увидеть в них частичку себя.
Я замечаю гитару Маверика, прислоненную к столу, и россыпь медиаторов. Прошло по меньшей мере пару лет с тех пор, как он играл в последний раз. Тейлор вдохновляет его во многих отношениях, и я подавляю приступ зависти при виде еще одного признака того, что мои друзья добиваются успеха. Внезапно я чувствую, что давление становится слишком сильным.
Когда мы заканчиваем с ужином, и я больше не могу выносить, что моя футболка прилипает ко мне, я поднимаюсь наверх, чтобы принять горячий душ и переодеться в свежие джинсы и рубашку. Я еще не закончил на сегодня.
Внизу я застаю Тейлор, убирающуюся на кухне и упаковывающую остывающую выпечку. Одетая в черную майку и шорты для мальчиков, она
— Эй, — говорит она, когда видит меня.
— Сэди готова, — сообщаю я ей.
Ее глаза расширяются, и улыбка озаряет все ее лицо. Клянусь, она хорошеет с каждым днем. Хорошая еда и безопасность делают это с человеком.
— Ты серьезно? — она вытирает руки полотенцем. — Можно мне пойти с тобой?
— Конечно.
Словно не в силах больше ждать, она сует ноги в свои старые кроссовки и выходит вслед за мной на улицу. Воздух прохладный, но это терпимо. Тейлор прижимается ко мне, и, вопреки всем моим доводам, я беру ее за руку и веду сквозь темноту.
В сарае тепло, а внутри, набитом соломой, пахнет сладким мускусом. Сэди отдыхает, но при виде нас ее глаза широко раскрываются. Она с трудом поднимается на ноги, но выглядит скорее оживленной, чем испуганной.
— Вот и ты, — молвит Тейлор, протягивая руку. Сэди позволяет ей погладить себя по носу, издавая забавный пыхтящий звук своими широкими ноздрями.
— Пора тебя отпустить, — говорю я, поднимая задвижку на стойле.
— Ты увидишь своих малышей, — беззаботно произносит Тейлор.
Я широко открываю калитку, и Сэди с подозрением смотрит на щель. Тейлор направляется к выходу, жестом приглашая Сэди следовать за собой. Ей требуется минута, чтобы ответить, она делает неуверенные шаги, пока не обретает уверенность, затем, почувствовав, что ее манит перспектива свободы, делает более широкие шаги. В дверях Тейлор останавливается и приседает на корточки, наблюдая, как Сэди приближается.
— Давай, девочка, — говорит она. — Пришло время вырваться на свободу. Тебе уже лучше. Ты в безопасности. Иди и найди своих малышей.
Сэди опускает голову и, обернувшись, видит, что я стою у нее за спиной. Она медлит, как будто хочет мне что-то сказать, ее широко раскрытые глаза изучают мои, а затем она снова фыркает и убегает.
Когда Тейлор встает, она складывает руки на груди и качает головой.
— Это был особенный момент.
Это действительно был особенный момент. Каждый раз, когда я спасаю чью-то жизнь и освобождаю ее, я сам ощущаю момент свободы, пока воспоминания не возвращаются.
— Ты молодец, Клинт. — Тейлор подходит ближе и кладет ладонь мне на плечо. Я отворачиваюсь, потому что позволить ей увидеть войну внутри меня — это как муравьи, ползающие по моей коже.
— Нам пора возвращаться.
Она следует за мной, когда я возвращаюсь в дом.
***
Несмотря на то, что устал как собака, я не могу уснуть. Перед глазами у меня стоят большие глаза Сэди. В нос бьет запах смолы, жидкости для мытья посуды и масла. Страх навис, как самая черная из грозовых туч, готовый обрушиться на меня дождем.