Призрак
Шрифт:
Любой из этих ответов приводит меня в ужас, потому что это означает, что мой лучший друг, скала, на которую я опиралась с тех пор, как умер мой отец, потенциально может быть просто тенью, возможно, даже шпионом, а вовсе не моим другом...
Джейми и раньше обвинял меня в том, что я прячу голову в песок, и я пытаюсь смотреть правде в глаза, но с этим нелегко справиться. На кладбище, не иначе.
Я пытаюсь сменить тему, еще не готовая иметь дело с реальной жизнью.
—
Она закатывает глаза, но искра возбуждения освещает ее лицо.
— С ним все в порядке. На нем не было ни царапины. Но впервые в жизни он сдержал свое слово. Он действительно уволился. Мисс Скарлетт Дэй, вы смотрите на своего нового директора.
У меня отвисает челюсть, но я с улыбкой качаю головой.
— О боже, Мэгги. Это потрясающе!
Бен поднимает нас со скамейки, и я прикрываю рот рукой, но Мэгги только смеется.
— Всего было слишком много сразу, но я счастлива. Сначала боялась, что люди могут подумать, что я получила работу только из-за Бена... Но потом я села на сцену и представила полный зал, аплодирующий стоя моему актерскому составу и моей команде, и подумала, что пошли они на хуй... — Она прикрывает рот рукой и смотрит на Мари, которая не обращает на нас никакого внимания, прежде чем шепчет мне в ответ. — Пошли они на хуй. Я заработала это, чтобы они могли просто привыкнуть к этому.
— Совершенно верно, — соглашаюсь я.
— О, кстати, о фаворитизме. — Она указывает подбородком на семью Бордо на скамейке. — Я буду проходить еще одно прослушивание на роль Маргариты в «Фаусте». Просто чтобы убедиться, что никто не сможет сказать, что Джиллиана получила это только из-за Монти, или что ты получила это только из-за Призрака. Мы сделаем это правильно, с самого начала. Прослушивание состоится завтра, так что приходи....
— Ты справишься. — Я улыбаюсь, задаваясь вопросом, отпустит ли меня Сол вообще.
А мне не все равно? Я в любом случае не хотела этой роли...
План, который мой отец составил для меня, был развеян по ветру с тех пор, как я спела Джульетту прошлой ночью. Если бы я могла играть на таких площадках, как «Маска», точно так же, как это делал мой отец прямо здесь, в Новом Орлеане, я была бы счастлива.
— А как насчет тебя? Как у тебя дела в последнее время? — она оглядывается по сторонам и понижает тон, чтобы ее снова могла слышать только я. — Я слышала о том, что… случилось.
Я на секунду замираю, пытаясь понять, о чем она говорит. Она слегка прищуривает свои темно-карие глаза, прежде чем заполнить пробел.
— Твои...лекарства?
— Сол рассказал тебе об этом? — мое сердце разрывается от предательства, но она качает головой.
— Нет, милая, это сделал Бен. Сол позвонил, когда ему понадобилась доктор Порша,
У меня кружится голова, я пытаюсь не отставать, и я моргаю, пытаясь собрать всю эту информацию воедино.
— Годовщина?
Мэгги кивает и пытается подразнить Мари кольцом для прорезывания зубов.
— Да, об убийстве их отца, — она произносит это так небрежно, но когда мои глаза широко распахиваются, она замирает. — Ты не знала? — ее тугие завитки подпрыгивают, и Мари собирает несколько локонов в свой маленький кулачок. — Я подумала... Раз уж ты здесь.... Черт возьми, не обращай на меня внимания. Мозг матери. — Она нервно хихикает и щекочет животик Мари, пока маленькая девочка не визжит от счастья и не выпускает мамины волосы из своей крошечной хватки.
— Можно? — спрашиваю я, надеясь одновременно получить больше признаний из-за «мозга матери», и поиграть с милой малышкой. Будучи единственным ребенком в семье бродячего музыканта, я росла, всегда мечтая о большой семье и планируя завести свою собственную. При любом шансе, что смогу подержать ребенка на руках, я буду рядом.
— О, да, конечно. — Она передает Мари мне и сутулится, как будто это первый перерыв за несколько часов. Может, так оно и есть. — У нее режутся зубки, так что, если она немного пускает слюни, просто притворись, что это потому, что ты ей нравишься.
Я хихикаю, когда Мари хватает меня за волосы. Она сильно дергает за волосы, и я пытаюсь сохранить серьезное выражение лица, как это делала ее мама, но моя кожа головы слишком нежная. Мэгги помогает мне, снова щекоча животик, и Мари разражается хихиканьем. Мы с Мэгги замираем и виновато оглядываемся на Бордо, пока Мари возвращается к своему кольцу для прорезывания зубов.
Бен улыбается Мэгги, как будто они посвящены в секрет, которого остальные из нас не знают. Миссис Бордо задумчиво улыбается, а Сол, черт возьми… собственнический жар в полуночном взгляде Сола заставляет мое сердце сжаться.
— О, пожалуйста, не останавливайтесь из-за нас, — призывает миссис Бордо. — Аврааму нравилось слышать детский смех. Услышать свою прекрасную внучку было бы для него величайшей радостью.
— Мы все равно постараемся свести смех к минимуму, — обещает Мэгги.
Когда Бордо возвращаются к своему разговору, я замечаю, что Сол задерживает на мне взгляд, и приходится опустить глаза в землю, на Мари, во что угодно, лишь бы не думать о нем на этом кладбище.
Я оглядываюсь на Мэгги, которая изо всех сил обмахивает всех нас троих. Несмотря на то, что Мэгги прервала себя ранее, я не могу выкинуть из головы то, что она сказала.