Призрак
Шрифт:
— Это мне дал Джейми, — шепчет она и протягивает мне пакет. — Очевидно, сегодня она получила эти рецепты в аптеке.
Я киваю, уже зная это. Я планировал купить их сам после посещения ее общежития, но в аптеке сказали, что она позаботилась об этом.
— Скольких не хватало? — я спрашиваю.
— В одном флаконе всего семь таблеток, и в каждом другом флаконе не хватает по одной.
Облегчение разливается по моим венам. Наихудшие сценарии проносились в моей голове с тех пор, как Джейми сказал, что должен их посчитать. Семь — это много, но терпимо.
Всегда
— Входите, но сидите тихо, — приказываю я приглушенным тоном, когда гости проходят мимо меня.
К тому времени, как я поворачиваюсь обратно к Сабине, мой заместитель уже исчез в темноте, без сомнения, заново охраняя туннели. Обычно моих камер наблюдения и Теней, работающих за пределами оперного театра, более чем достаточно, чтобы предотвратить нежелательных посетителей, но я отправил ей сообщение прямо перед тем, как привести Скарлетт к себе домой, чтобы убедиться, что у меня есть еще одна мера безопасности.
До встречи с Рэндом у меня не было причин думать, что Скарлетт не в безопасности в Консерватории Бордо. К сожалению, если кто-нибудь поймет, насколько сильно меня поглощает одержимость Скарлетт Дэй, мои враги разорвут ее на части, чтобы добраться до меня.
Тусклые лампы в моем фойе едва освещают озабоченность, омрачающую лицо доктора Порши. Разочарование волнами накатывает на Бена. Даже без хорошего освещения я вижу, что он взбешен, но мне придется разобраться с ним после того, как я буду уверен, что со Скарлетт все будет в порядке.
— Сол, где этот чертов свет? Не у всех пещерное зрение... — Я щелкаю выключателем рядом с дверью, зажигая верхний свет. Бен морщится, когда они вспыхивают повсюду, открывая маленькую прихожую и коридор, ведущие в мою кухню, кабинет, ванную комнату для гостей и спальню. — Черт, как ярко после этих темных туннелей. Но, спасибо...
Я поднимаю руку, чтобы заставить его замолчать, и убеждаюсь, что все еще слышу тяжелое дыхание Скарлетт. Каждая пауза заставляет мое сердце тревожно биться чаще, но тот факт, что она вообще дышит, немного успокаивает меня.
Я опускаю руку, заставляя Бена нахмуриться.
— Сол, что происходит? Почему я должен был оставить свою семью поздно ночью?
Игнорируя его, я обращаюсь к психиатру, который был наготове в нашей семье последние десять лет.
— В моей спальне женщина...
— Ну, это впервые, — фыркает Бен.
Глаза доктора Порши расширяются, пока она ждет, что я продолжу. Они оба знают, как я защищаю свое личное пространство, а Бен, по крайней мере, знает, что я никогда не принимал женщину в своей комнате.
Я преодолеваю их шок и достаю пузырек с таблетками из сумки, которую Сабина и Джейми использовали для сбора лекарств Скарлетт.
— Она приняла это...
Доктор Порша надевает очки, прежде чем принять бутылку. Морщинки вокруг ее пытливых темно-карих глаз становятся еще больше, когда она изучает этикетку.
—
— Биполярное расстройство первого типа. — Я повторяю медицинские заключения, которые выучил наизусть после того, как ее выписали из больницы почти год назад. — В анамнезе психоз и слуховые галлюцинации во время тяжелых маниакальных эпизодов. Она также испытывает раздражительность, склонность к безрассудству и чередующиеся периоды депрессии. Эпизоды усугубляются или провоцируются недостатком сна, пропущенными лекарствами и сильным стрессом.
— Господи, Сол, ты говоришь, как в чертовом медицинском рекламном ролике, — ругается Бен, но я просто пожимаю плечами. — Я понятия не имел, что ты увяз по уши.
Скарлетт и ее психическое здоровье были моим главным приоритетом с тех пор, как был убит ее отец. Я наблюдал за ней всего месяц до ее госпитализации в прошлом году, но тогда понял, что мое притяжение к ней было глубже, чем простое увлечение. Я думал, что это достигло пика одержимости, но осязаемая хватка, которую она держит у меня на груди, неописуема, она полностью отличается от любой фиксации, которая была у меня раньше.
— Если она принимает это, в чем, по-видимому, проблема? У нее эпизод в разгаре? — спрашивает доктор Порша.
— В том-то и дело, что я так не думаю. Насколько я знаю, у нее уже несколько месяцев ремиссия, но сегодня вечером она приняла значительно больше предписанной дозы.
— Черт. — Бен проводит рукой по лицу - привычка, от которой я давным-давно избавился благодаря своей маске. Однако прямо сейчас у меня руки чешутся сделать что-нибудь, что угодно, чтобы выплеснуть неугомонную энергию наружу.
— Вы знаете почему? — Доктор Порша переворачивает бутылку. — И сколько?
— Она утверждает, что просто хотела прекратить панику? Она оправлялась от приступа паники, когда объяснялась. Я не уверен, сколько она приняла. Но ее бутылочка новая, и в ней не хватает семи. Я заставил ее выблевать их, потому что не был уверен, насколько токсичными они могут быть при таком уровне.
— Хм… дата выдачи - сегодняшний день. Принимала ли она лекарства, как предписано в иных случаях?
Я открываю рот, чтобы сказать, что да, я позаботился об этом, но как насчет прошлой ночи? Я поздно пришел в ее комнату после того, как задержался в «Маске», поэтому пропустил большую часть ее ночных занятий, но она приняла более старое лекарство, которое делает ее истощенной.
— Я… Я не знаю, — наконец признаюсь я, ненавидя себя за то, что у меня нет ответов на все вопросы. — Вчера вечером она упомянула, что потеряла свои лекарства.
Бен хмуро смотрит на меня все то время, пока я объясняю психиатру, что я действительно знаю о расстройстве Скарлетт. Доктор Порша, к ее чести, придерживается любых суждений, которые она, вероятно, скрывает за маской наигранной озабоченности.
— Понятно... — отвечает она, когда я заканчиваю показывать ей другие рецепты Скарлетт от биполярного расстройства, витамины и лекарства от аллергии.