Призрак
Шрифт:
— Все! — резко кричит Монти, заставляя Скарлетт остановиться. — Я услышал достаточно! — Он стоит в центре зрительного зала и кричит на нее. — Этот Призрак, должно быть, не в своем уме, если он думает, что ты заслуживаешь лидерства над Джиллианой! Ты вообще пытаешься? От твоих высоких нот у меня из ушей течет кровь...
Я бросаю взгляд на свою Тень, которая теперь находится рядом со скрытым блоком на дальней стене, и поднимаю кулак. По моему сигналу он хватается за рычаг обеими руками, уже отперев его, и тянет его в сторону, освобождая рычаг. Начинается громкий звон, когда хрустальная люстра над нами
Внезапно, как лед в стакане, люстра падает на сиденья внизу, в то время как Монти отползает, крича, спасая свою жизнь. Прямо перед тем, как прибор издаст определенный треск, он останавливается в воздухе. Оседая, кристаллы звенят друг о друга, как колокольчики на ветру.
У Скарлетт отвисла челюсть, и я не могу прочитать выражение ее лица. Это либо ошеломленный ужас, либо виноватое удовлетворение, возможно, сочетание того и другого.
Со сцены бедняжка не имеет восхитительного удовольствия видеть Монти, распластанного по земле, с совершенно белым лицом, когда он задыхается от того, что могло бы быть жестокой и мучительной смертью.
Мой прадедушка слышал ужасную историю из Парижа о том, как посреди Дворца Гарнье упала люстра, убив женщину. Он установил ограничитель, позволив опустить люстру достаточно низко, чтобы можно было чистить или менять кристаллы по лестнице, но не настолько низко, чтобы подвергать опасности посетителей. Или, в сегодняшнем случае, дерьмовых режиссеров.
Монти выбирается из-под люстры целым и невредимым, как того хотели бы мой прадедушка и Бен, и встает, чтобы отряхнуть воображаемую пыль, прилипшую к его нелепому твидовому блейзеру.
— В-в-вот и все. Х-хватит. С меня хватит! Я ухожу!
Меня переполняет триумф. Уход Монти — лучший сценарий для него. Посредственных режиссеров и профессоров пруд пруди, а Музыкальная консерватория Бордо заслуживает лучшего. Я с удовольствием занесу его в черный список по всей стране. У него никогда больше не будет работы, на которой он мог бы использовать свое властное положение над своими учениками.
Любопытные и шокированные зрители просачиваются на сцену. Мэгги протискивается сквозь толпу и прикрывает глаза от света прожекторов, приложив руку ко лбу.
— Монти, что, черт возьми, произошло? Ты в порядке?
— С меня хватит, Мэгги! Я ухожу! Я не буду рисковать своей жизнью ради шоу! Скажи своему мужу, что после всего, что я сделал для этой школы, я отказываюсь подвергаться терроризму со стороны какого-то монстра!
— Монти, подожди! — Мэгги, добрая душа, сбегает трусцой со сцены прямо вниз по лестнице, ведущей в зрительный зал, чтобы последовать за ним, когда он, топая, выйдет из зала. — О чем ты говоришь?
— Призрак французского квартала! Очевидно, у него на меня зуб, и я этого не потерплю...
Его голос обрывается, когда за ним захлопываются двери. Все на сцене начинают переговариваться, не зная, что делать дальше. Джейми поднимает руки, чтобы успокоить толпу.
— Все в порядке? Никто не пострадал? — они качают головами, и Джейми широко улыбается. — Тогда, похоже, мы уходим на всю оставшуюся ночь. Выпьем в «Маске»?
Актеры и съемочная группа приветствуют и улюлюкают, давая пять, когда
И моя муза.
Без прожектора актеры на сцене могут ясно видеть сидящих в зале, факт, который я осознаю слишком поздно.
Вздох Скарлетт заставляет член дернуться, и мой взгляд ловит ее изумленные серебристые глаза, сверкающие из-за слабого освещения, оставшегося в зале. Она делает неуверенный шаг назад — подальше от меня, — хотя я нахожусь этажом выше и в трех корпусах от нее.
Ее слова едва слышны, но благодаря акустике я их прекрасно слышу.
— Это из-за тебя.
Акт 2
Сцена 10
ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ
Скарлетт
Я
видела его.
Сола Бордо. Сексуальный мужчина из моего сна, задумчивый из «Маски» и, по-видимому, Призрак Французского квартала.
Он наблюдал за мной из пятой ложи с чувственной потребностью, ясно видимой на его лице, даже несмотря на белую, как кость, маску, закрывающую половину его выражения. Мое сердце сжалось от одного взгляда, в то время как я стояла в шоке прямо там, на сцене.
Означает ли то, что я вижу его сейчас, что все, что я знаю, реально? Или он был привидением? Настоящий призрак, который всего лишь побочный продукт дикого, маниакального воображения? Вопросы заваливают мой мозг, и я чувствую приближение панической атаки.
Я в полной заднице.
Воздух в моей груди набирается недостаточно быстро. Я учащенно дышу, пока, пошатываясь, бреду по коридорам за кулисы. В своем паническом состоянии я протискиваюсь мимо группы парней и натыкаюсь на дверь своей комнаты в общежитии, быстро распахивая ее. Только оказавшись внутри, я понимаю, что не делала ни одного глубокого вдоха с тех пор, как у меня перехватило дыхание на сцене.
Я сглатываю, пытаясь успокоиться, но это бесполезно. Мое зрение расплывается по краям, и я знаю, что это всего лишь вопрос нескольких вдохов, прежде чем я потеряю сознание.
Сол Бордо.
Минуту назад он был здесь, но в мгновение ока исчез. Как галлюцинация.
Но на этот раз я трезва. В моем организме нет наркотиков, как прошлой ночью.
Черт.
Прием неправильных лекарств перед сном внезапно кажется мне одной из худших вещей, которые я могла бы сделать. Сегодня, выйдя из «Кафе дю Монд», я зашла в аптеку, чтобы купить еще одну порцию всех своих лекарств. Вернувшись, я сразу же приняла нужные. Разве этого было недостаточно, чтобы предотвратить приступ? Или это просто разновидность панической атаки?