Пристанище
Шрифт:
Звучала “Тот, кого ты любишь” группы Passenger – песня о любви, в которой ты ничего не ждешь и принимаешь несовершенства другого, не требуя жертв и не пытаясь изменить любимого.
Единственным средневековым реквизитом на празднике были костюмы. Пришли почти все участники конгресса, разве что нарядились далеко не все. Большой зал Испаноамериканского павильона сиял огнями. Здание было только-только после реставрации, некоторые помещения перепланировали, прежде в семинарии не имелось таких просторных комнат, а уж
Ванда танцевала с Паоло. Она выглядела роскошно и в то же время естественно, словно нарядилась не по случаю костюмированного праздника, а средневековое платье для нее привычно. Паоло был в том же, что и всегда.
– Поехали со мной, у меня для тебя есть сюрприз, – прошептал Паоло ей в ухо.
– Сюрприз? – с подозрением спросила Ванда. – Что за сюрприз?
– Если расскажу, это будет не сюрприз.
– Только не говори, что спустя пять лет ты наконец собираешься пригласить меня на Капри.
– Нет, но если хочешь, потом можно и на Капри. Но сейчас я тебя зову в другое место.
– Надеюсь, не прыгать с парашютом.
Она увидела, как омрачилось лицо Паоло, и тут же пожалела о сказанном.
– После случая с Хельдером я это оставил. Мне казалось, ты в курсе.
– Прости, я не знала.
После гибели Хельдера Паоло стал осторожнее, замкнулся, но Ванда не ожидала, что он совсем забросит любимое увлечение.
– Ладно, скажу. Речь про Гавайи.
– Гавайи? – удивилась Ванда.
– Можем встретиться в Гонолулу и провести там неделю. Что-то вроде медового месяца.
– Не уверена, что я этого хочу, Паоло. – Ванда вздохнула.
– Не уверена? Я предлагаю тебе неделю в раю, а ты сомневаешься?
– Мы месяцами не видимся, а сейчас ты ведешь себя так, словно мы обычная пара, планирующая каникулы. Это странно.
– Ванда, важна любая возможность побыть вдвоем. Ты знаешь, как у меня мало времени. Кроме того, у меня запланированы съемки тропы Калалау. [41]
41
Тропа в северной части острова Кауаи, тянется вдоль побережья на 18 километров. С тропы открываются умопомрачительные виды на берег, который облюбовали для съемок голливудские кинематографисты, в частности там снимались “Пираты Карибского моря” и “Парк Юрского периода”.
– То есть ты хочешь взять меня с собой, а сам будешь работать?
– Ну хватит! Это же одна из красивейших дорог в мире, тебе понравится. Ты знала, что там снимали “Кинг-Конга”?
– Раз так, точно надо ехать, – усмехнулась Ванда.
Паоло не сдавался.
– Ты полетишь обычным рейсом, а мне придется проделать путешествие во времени, чтобы присоединиться к тебе.
Ванда недоуменно вскинула брови:
– Опять эти твои безумства. Ты о чем?
– Технически это выглядит так: я вылетаю из Японии в девять утра и прилетаю в Гонолулу в полдень, но почти на сутки раньше.
–
– Разница во времени между ними девятнадцать часов.
– Как мило. Ты не меняешься.
– А это плохо?
– Думаю, нет.
Они почти не двигались, просто слегка покачивались в такт музыке. Паоло заглянул Ванде в глаза:
– Что с тобой такое? Ты какая-то холодная, чужая. Мы несколько месяцев не виделись, я зову тебя в романтическое путешествие, а тебе все равно.
– В рабочую поездку – одним выстрелом убить двух зайцев, – перебила она, – как ты всегда и делаешь.
– Не будь ко мне так сурова, ты же знаешь, какой у меня график. Мы встретились всего на пару дней, а ты… ты как будто вообще не здесь.
– Да? Готова поклясться, что прямо сейчас я танцую с тобой в обнимку.
– Я же о другом, Ванда. Ты одновременно здесь и не здесь.
– Но тем не менее я здесь.
Паоло вздохнул:
– Ты понимаешь, о чем я. Ты поздоровалась со мной, словно я просто твой знакомый или мы уже сто лет женаты и до смерти наскучили друг другу.
Ванда горько рассмеялась.
– Ты так говоришь, Паоло, будто жениться и прожить вместе жизнь – это кромешный ужас.
– Да я не об этом, а о твоем равнодушии.
– То есть ты теперь меня обвиняешь в отсутствии интереса к нашим… отношениям? – возмутилась Ванда. – Ну разумеется… В общем, нам пора перестать строить совместные планы, Паоло.
– Что?
Они остановились, но не разжали объятий.
– Просто я считаю, что у нас с тобой нет будущего. В последний раз я тебя видела семь месяцев назад, а сейчас ты как ни в чем не бывало зовешь меня в романтическое путешествие на Гавайи. У меня вообще-то тоже есть своя жизнь, Паоло.
– Я… Я думал, между нами… У тебя во Фрайбурге кто-то есть?
– Нет, никого у меня нет. Но у нас с тобой тоже ничего нет, и, по правде говоря, никогда и не было. Я тебе не подружка, которую можно приласкать, когда тебе удобно.
– Черт, Ванда, а ты сама чего хочешь? Жить в своей квартирке во Фрайбурге, завести детей, хлопотать по хозяйству?
– Паоло, не начинай. Я не пресная домохозяйка, но и ты не самый великий авантюрист в мире. Я не собираюсь тебя менять, но мне нужна хоть какая-то стабильность, хотя бы время от времени. А ты не звонишь неделями, даже на сообщение не расщедришься. – Она замолчала и посмотрела на него.
– Я был ужасно занят, этот японский проект выжимает все соки.
– А, ну да, ваше путешествие к центру Земли. – Она устало улыбнулась, но во взгляде была злость, даже гнев.
– У нас возникли проблемы с финансированием.
– Какая неожиданность.
Он взял ее лицо в ладони:
– Ванда, не уходи из моей жизни. Я люблю тебя.
Она опустила голову, пытаясь скрыть слезы. Он впервые сказал ей, что любит. Впервые. Она с трудом заговорила:
– Мы слишком долго играем в эту игру, Паоло. У нас разные приоритеты, а я хочу быть для тебя на первом месте, понимаешь?