Пристанище

Орунья Мария

Паоло молчал.

– Их осталось очень мало, а обитают они только в Южной Африке. Согласно древним поверьям, белый лев – символ знания. Ты сказал, что стремишься к неведомому. К белому льву. Ты… то есть мы… странные существа. Как черные лебеди или белые львы. Мы не совсем нормальны. А может, мы просто бездарно растрачиваем жизнь. – Ванда вздохнула и посмотрела на машину. Артуро и Марк наверняка уже злятся.

– Мы те, кем должны быть, мы такими родились. А если бы нас не существовало, то пришлось бы нас таких выдумать, – сказал

Паоло, притянул ее к себе и поцеловал в волосы. – А знаешь, я не слышал легенды про белого льва.

– Мне она понравилась. Это настоящая загадка – в чем причина такой мутации и почему белые львы рождаются только в одном регионе Африки.

– Правда? Надо будет расспросить Марка. Но забавно, что ты сравнила меня со львом.

– Ну тебе далеко до его великолепия, – рассмеялась она. – Согласно легенде, белые львы – посланники, волшебные существа, проводники к сути мироздания. Совсем как твои завиральные идеи.

– Издеваешься?

– Разве что чуть-чуть.

– Знаешь, может, я и правда как этот лев, и ты тоже, и Марк, и Артуро. И многие наши знакомые. Мы нарушаем границы, чтобы увидеть, что за ними. Наверное, прозвучит заносчиво, но это действительно единственное, что держит меня на плаву и чего я хочу достичь.

– И чего же конкретно ты хочешь достичь? Вселенской мудрости? Постичь тайну жизни? Иногда мне кажется, что ты просто тычешься вслепую, хватаешься за любой подвернувшийся под руку проект, лишь бы умчаться куда-то и продолжить свою игру – искать потерянный ключ от сокровищницы.

Он изумленно посмотрел на нее:

– Может, ты и права. Может, я действительно иду на поводу у своего эгоизма, может, все мои экспедиции – просто прихоть. Но я всегда считал, что мной движет стремление познать. Что я ищу знания.

– Неплохая цель.

– Разве ты ищешь не того же?

– Конечно, Паоло. Но не в ущерб другим вещам – развлечениям, близким, семье…

– А как же моя жертва? Она ничего не стоит?

– Твоя жертва? Чем это ты жертвовал?

– Всем перечисленным тобой, а еще возможностью приятно убивать время.

– Не думаю, что это такая уж большая жертва… – улыбнулась она.

Они помолчали. Паоло обнял Ванду за плечи, и они направились к машине.

– Кстати, сеньорита, ты мне никогда не рассказывала про своего Волли.

– А ты и не спрашивал.

Паоло с нежностью посмотрел на нее:

– Тебе следовало родиться принцессой в другое время.

– Я не отказалась бы. Даже просто заглянуть в другую эпоху. А наша поездка получилась куда плодотворнее, чем я ожидала. Надеюсь, мне удастся разузнать о монетах из пещеры Эль-Кастильо. По реверсу мы даже сможем выяснить, откуда они прибыли.

– Ты когда-нибудь отдыхаешь? Непременно приезжай на конгресс спелеологов, познакомишься с интересными людьми, будет много самобытных исследователей.

Еще несколько недель назад Ванда отказалась бы, но сейчас предложение прозвучало заманчиво.

– Может, и приеду.

–

Вот увидишь, будет потрясающе.

Ванда оглянулась, чтобы посмотреть на моту в последний раз. Может, они с Паоло не такие уж и разные. Ладно, она поедет на этот конгресс чудаков.

10

…Я оказался у входа в огромную пещеру […] и во мне проснулись два чувства: страх и желание; страх перед темнотой и опасностью, скрывающейся в пещере, и желание узнать, нет ли внутри чего-нибудь удивительного.

Леонардо да Винчи. “Кодекс Арундела”, запись 155

Библиотека виллы “Марина” закружилась перед глазами Оливера. Книжные шкафы, мягкие кресла, столик со стопкой журналов. Майкл Блэйк испуганно смотрел на друга. Анна Николс смертельно побледнела.

* * *

Оливер отказывался верить услышанному. Уловив обрывок разговора Майкла и Анны, он мгновенно все понял. В библиотеку он вошел, когда Майкл в ярости требовал объяснений у его бывшей невесты. При появлении Оливера оба замерли. Но как Майкл узнал? Ему сама Анна рассказала?

Оливер чувствовал себя преданным, теперь даже то, что прежде казалось незыблемым, стало миражом. Можем ли мы быть уверены в том, что хорошо знаем наших друзей и любимых? Догадываемся, на что они на самом деле способны?

– Мы боялись причинить тебе боль, Оливер, – наконец заговорила Анна. – Я понимаю, что мы поступили ужасно, но мы просто хотели защитить тебя.

– Защитить меня? Защитить?! Вот к чему эти дурацкие россказни о карме, вот от чего ты приехала очиститься? Как вы могли? Как ты могла?!

– Оливер, прошу тебя. Мы представляли, что так все и будет, что ты так отреагируешь…

– Вы представляли? А этот придурок Гильермо представлял, каково живется его родителям, которые ничего о нем не знают? Скажи, он хоть раз об этом подумал?

Анна молчала.

– И как давно вы вместе? – Оливер не хотел даже смотреть на нее.

Он отошел к окну, за которым равнодушно поблескивало серебристо-синее море.

– Мы не специально, я…

– Черт, Анна, я не спрашивал, специально вы или нет. Я спрашиваю, как давно вы вместе. Так сложно ответить?

– Оливер, не все так просто. Мы больше не вместе, и уже около года я не получала от него никаких вестей.

Оливер обернулся:

– Разве Гильермо не в Непале?

– Не знаю.

– Как это – не знаешь?

– Мы расстались много месяцев назад.

Оливер посмотрел на Майкла. Тот покачал головой и сложил руки в молитвенном жесте, словно клялся, что он тут ни при чем.

– То есть он ничего не знает о матери?

– Нет. По крайней мере, когда мы были вместе, он ничего не знал. Я и сама совсем недавно узнала. Я пыталась найти его, но не смогла.