Принцесса Бен
Шрифт:
Я смотрела на ужин солдат и впервые мечтала о манерах. Солдаты сидели плечом к плечу, глотали еду большими кусками, пили много эля и издавали громкие отрыжки, ножами чистили зубы. Я не знала, что было отвратительнее — еда или они, в одиночестве и отвращении я скучала даже по королеве Софии. Я представляла, как она ответит этим варварам, взбодрилась… а потом поняла, что королева не готовилась защищать замок. Если бы я только могла предупредить ее!
Но нет. Я застряла в лагере. Даже если бы я сбежала, я не смогла бы перейти гору раньше, чем умелые разведчики
Я потушила огонь и не в первый раз плакала, чтобы уснуть.
* * *
Я понимала за много недель ужасного рабства, что ситуация становится невыносимой.
Как всегда, день начался с того, что повар толчком разбудил меня, чтобы я разожгла печь, а потом отправил меня на другие дела. Я прошла по хижинам солдат тише мыши, ведь над мышью не смеялись из-за девичьих щек и мягкого тела, мышь не пинали сапогами и не тыкали палками.
Я опоздала, и повар, ругаясь, заставил меня мыть посуду, пока на огне кипела жижа из бобов. Это продолжалось, пока я не засыпала, но в этот раз затрубили рожки, раздались крики.
Повар поспешил к порогу, его рот раскрылся. Я с любопытством выглянула из-за его плеча, а по лагерю шла роскошная процессия. Десяток бодрых солдат с барабанами и пажей шли перед красивым юношей с серебряной короной и поводьями сверкающего черного скакуна в руке. Он улыбался всем, проезжая, и я не сразу узнала это лицо.
До этого принц Флориан только хмурился и вел себя едко, но здесь, в свете яркого солнца, его щеки раскраснелись от холода, а мужчины радостно вопили ему, и от его мрачности не осталось и следа.
Я с ужасом спряталась за повара, чтобы он не узнал меня.
Весь ведь в лагере бурлила активность, я держалась поодаль. Принц не искал узника, но я все равно старалась избегать его. (В лагере творилась суета, солдат перемещали, заставляя спать по трое в кровати, чтобы освободить место принцу). Лагерь гудел слухом: у принца есть какая-то новость для всех. Патрули уходили в обход, все солдаты чистили пуговицы и причесывались в ожидании объявления.
Но моя стратегия развалилась. Я бежала из кухни, завернула за угол и врезалась в него, проверяющего пики некоторых солдат.
— Простите, мне так жаль, — пробормотала я, пятясь, ведро воды упало к моим сапогам.
— Стой! — приказал принц. — Кто это?
Я опустила голову. Я не могла обращаться к принцу, даже если бы захотела.
— Поросенок, милорд, — ответил солдат. — Мальчишка из Монтани, которого поймал патруль.
— Да? — принц обхватил мой подбородок и заставил поднять голову, чтобы рассмотреть мое лицо. Я старалась не отпрянуть, когда его большой палец коснулся моей щеки. — Мальчишка, да. Ему еще далеко до бороды… Я где-то видел твое лицо.
Я сглотнула.
— Не думаю. Сэр.
— Ммм, — он отпустил мою челюсть. — Ты не можешь быть связан с королевской
Я низко поклонилась и попятилась, борясь с желанием убежать от него.
— Неплохо сохранились в таких-то снежных условиях, — сказал он про пики, а я завернула за угол. Я спешно протерла лицо снегом, радуясь холоду.
Принц потребовал праздничный пир, но причину не назвал, и это обрадовало повара, а ощущала последствия я. Я часами разжигала огни на кухне, катала бочки с вином, мыла котлы. Повар достал из кладовой четыре куска ветчины, при виде жарящегося мяса я чуть не плакала. Он следил пристально, и я не могла даже кусочка утащить. Меня отправили с вином, чтобы стражи не засохли от жажды.
Гадко пахло разваренными бобами и мужскими телами. Не только я провела много недель в этом лагере без мыла. Я шла, наливая вино в кружки, стараясь, чтобы меня не стошнило.
Наконец, зал заполнился, всем раздали тарелки, принц Флориан встал. Солдаты радостно завопили.
— Да здравствует король! — крикнул принц, поднимая бокал.
— Да здравствует король! — проревели солдаты Дракенсбетта, сделали большие глотки.
Принц стоял с улыбкой на губах.
— Как вы знаете, королева-регент Монтани недавно проводила бал в честь своей племянницы, наследницы, чтобы найти ей мужа. Уверяю вас, празднование было пышным, замок — отрада для глаз. Мне там понравилось.
Мужчины переглядывались, удивленные его уверенностью. Я так заслушалась, что перелила вина в кружку солдата, и меня ткнули ногой.
— Принцесса — другая история, — сопровождение Флориана рассмеялось, они уже знали об этом. — Надутая корова. Я видел уличных котов грациознее ее.
Все смеялись. Мне повезло, что на меня никто не смотрел. Мой взгляд мог убить.
— Но она была маленькой ценой за страну, и я был бы рад, как и любой мужчина, взять ее в жены, хотя брачная ночь была бы проблемой, — мужчины заревели от смеха.
Словно ощутив мои убийственные мысли, Флориан посмотрел на меня.
— Поросенок! Наши бокалы пусты! За работу. Знаешь свою принцессу?
Я покачала головой, опустив взгляд.
— Повезло тебе. Хотя вы похожи своими объемами. Не хмурься так, я не хотел обидеть, — он повернулся к толпе. — Когда я заметил, что никто не может очаровать принцессу, я не стал и пытаться и начал вести себя как шпион, чтобы понять, кто еще собирается бороться за трон. Я танцевал с несколькими красивыми дамами, пробовал жареное мясо с инжиром. Я даже добавку съел, — он просиял.
Принц хорошо рассказывал истории, все его внимательно слушали.
— Посреди моей любимой кадрили за стенами замка раздался шум, страж заявил, что нас атакуют!
— Кто? — завопил солдат.
— Не поверите. Жуткая ведьма схватила принцессу Беневоленс, украла из-под носа защитников! Пыталась убить девушку! Королева София смогла спугнуть ведьму. Я сам видел это существо, летящее по небу на метле, она смеялась, как безумная!
«Я не смеялась, — подумала я. — Я кричала от страха!».