Причина бессонных ночей
Шрифт:
— Рит...
— И можно было бы предположить, что это все лишь показательный концерт, чтобы задурить Юлии Юрьевной голову, а потом и развести тебя, дабы выиграть спор. Но!
— Но?
— Сразу после этого разговора с Ляховой, Машка подслушала, как Тим шепчется с Захаром. И где подтверждает тот факт, что у него все к тебе в высшей степени серьезно. Вот! Прикинь?
— Боже...
— Конечно, Машку от всего этого тут же вынесло в соседнюю галактику! — едва ли не закричала Плаксина. — Ее просто перекосило от ярости. Она поняла, что между вами все
— Что?
— В ее больной голове созрел план. Она напросилась Ляховой что-то там помочь в ее кабинете, а сама камеру установила. А дальше ей осталось только ждать, когда вы попадете в ее сети. И теперь вот — видео слито в интернет, а ты думаешь, что это сделал Тим, дабы похвалиться перед всеми, что ты у него на крючке. А на самом деле оно вон как...
У меня не было слов.
Я зависла. Мозг ушел на перезагрузку. А в душе вдруг ярким светом засияло мое персональное солнце. Озарило все вокруг и прогнало тьму. И слезинка облегчения сорвалась с ресниц, разбиваясь о горящие щеки.
— Ты тоже его любишь, да? — тихонько спросила Рита, смотря на меня с изрядной долей сострадания.
А я даже кивнуть ей была не в силах, потому что так измучилась уже. Верить, потом разочаровываться. И снова по кругу, задыхаясь от отчаяния и неразделенных чувств.
А они все только сильнее и сильнее разгорались.
— Яна?
— Я не знаю, что сказать, — прошептала я растерянно.
— А не надо ничего говорить, — улыбнулась Рита, — нужно просто перестать вам бегать друг от друга. А Машка? Ну так пора на место ее поставить вместе с этой больной одержимостью. Потому что так нельзя. Да, она моя подруга, и где-то я ее даже понимаю, так как сама влюблена безответно в Летова. Но, кажется, уже хватит позориться. Как считаешь?
— Да, — кивнула я, а затем судорожно схватила телефон в руки, планируя прямо сейчас позвонить или написать Тиму, дабы окончательно уже расставить все точки над и.
Но не успела.
Во входную дверь снова позвонили, а я вздрогнула, и вся распалась на атомы.
А вдруг там он? Приехал? Пришел ко мне?
Подскочила тут же на ноги, но в моменте оробела. Потому что шок у меня был. От всего рассказанного Ритой. От счастья, вдруг замаячившего на горизонте. От надежды...
А потом плюнула на все и бросилась открывать дверь, потому что не было уже сил терпеть. Мне нужно было знать!
И теперь не ноги несли меня вперед, а любовь. Замки провернула за секунду, а затем распахнула дверь в надежде увидеть его.
Моего Тима.
И задохнулась...
А затем почти распалась на атомы от острого разочарования. Пришлось едва ли не до крови прикусить язык, чтобы не выдать свои, рухнувшие с высоты отвесной скалы, чувства. И стало вдруг физически плохо.
Я привалилась плечом к двери, взирая на стоящего передо мной парня с немым вопросом во взгляде. И уже не понимала
— Привет, Яна, — кивнул мне мой одногруппник.
А я все не могла найти хотя бы одну жалкую причину, почему этот персонаж вдруг нарисовался на моем пороге. Мы за два курса перекидывались максимум несколькими фразами. И разве что только здоровались в стенах института. Но это все.
— Привет, Стас, — кивнула я.
Стас Калязин. Ну, что можно было про него сказать? Мальчик из новой тусовки Исхакова. Тоже мажор недоделанный: дорогая тачка, брендовые шмотки, смартфон самой последней яблочной модели. Но не то, чтобы прям друг, как Летов.
Скорее, прихвостень. Мелковат. Тускловат.
И сейчас он просто смотрел на меня во все свои два серых глаза, но причины этого внезапного прихода не озвучивал. Переступал с ноги на ногу, а затем нервно огляделся по сторонам, будто бы опасался, что кто-то выскочит из-за угла и начистит ему морду. Но на том и все.
И вдруг меня наотмашь ударило подозрение. Жгучее. Ядовитое. Невыносимое.
— Видосиков в сети насмотрелся, что ли? — змеей прошипела я и сжала ладони в кулаки.
— Что? — нахмурился парень.
— Что слышал, — решительно сделала я в его сторону угрожающий шаг.
А он тут же от меня отшатнулся и суматошно затряс головой.
— Нет! Ты что, Яна. Нет!
— Тогда говори, чего приперся? — нахмурилась я.
— Меня попросили, — поднял он руки вверх, будто бы объявляя о капитуляции.
— Кто?
— Так Тим же!
И после его слов на лестничной площадке повисла пауза. Я смотрела на парня, а он на меня. И, кажется, никто из нас не понимал, что делать дальше.
— Ян, кто там? — выглянула из квартиры Ритка, а затем изменилась в лице. — Оу...
— Короче, — отмахнулся Стас, — Исхаков меня попросили передать тебе это. Все!
И принялся копошиться во внутреннем кармане своей куртки, пока не выудил из него плотно запечатанный черный конверт. И наконец-то протянул его мне.
А я шаг назад сделала и вопросительно приподняла одну бровь.
— Серьезно? А чего он не голубя отправили с папирусом?
— Что? — непонимающе перекосилось лицо Стаса, а я глаза закатила.
— Что за гон вообще?
— Ничего не гон! — развел он руками. — Тим сказал, что звонил тебе дохрилион раз и писал, но ты ушла в режим тотального игнора. Вот он и отправил меня к тебе, чтобы уже наверняка до Твоего Величества дошло, что к чему и в какой степени.
А затем взлохматил свою шевелюру и зарычал.
— Устроили тут детский сад, штаны на лямках. Летов за ней носится, как с писаной торбой. Царенов. Теперь и я тоже. А оно мне надо? Может, еще Дед Мороза заказать, чтобы ты уже наконец-то поняла всю прелесть ситуации, Золотова?
Сердце шарахнуло по ребрам и едва ли их не выломало, а я тяжело сглотнула и оглянулась на Ритку, которая тут же пожала плечами, точно так же, как и я, пребывая в непонятках. Но все же уточнила:
— Ты реально звонки Исхакова игнорила, Яна?