Предел прочности
Шрифт:
— Даже не знаю, — в серых глазах, смотрящих на меня, я заметила грусть и сомнение.
— Доверьтесь мне и очень скоро ваша дочь будет жить с вами.
— Ира, — на лице директора промелькнула и погасла грустная улыбка. — Твои бы слова да Богу в уши.
— Не сомневайтесь, Он обязательно услышит, а вы пообещайте мне, слушаться и беспрекословно выполнять все то, что я вам буду говорить.
— Ира, — я видела, что он хочет отказаться от моей затеи, хотя даже еще и не знает, что именно я придумала.
— Хотите видеться со своей дочерью так часто, как
— Хочу, — его глаза смотрели в мои.
— В таком случае обещайте быть послушным и исполнительным.
— А если у нас ничего не получится?
— В таком случае будем искать другие пути решения этой проблемы.
— А как насчет моральной компенсации? — Мы по-прежнему смотрели в глаза друг другу, а моя ладонь все так же лежала между его ладоней, но только сейчас я ощутила исходящий от мужчины жар. Ладонь захотелось высвободить.
— Так уж и быть, если мой план по возвращению дочери отцу провалится, поработаю у вас в течение месяца кухаркой и домработницей, — Такое предложение было выгодно и мне — не придется в ближайшее время искать квартиру.
— Согласен на два месяца.
— Это произвол, — Пользуясь случаем, попыталась освободить ладонь, только вот сидящий напротив меня мужчина ее не выпустил, а наоборот, сжал сильнее.
— Ирина, а что тебя так смущает? Ты же сама говорила, что у нас все получится, а если получится, то и отрабатывать не придется. — Он что надо мной издевается? Мне стало неуютно под его взглядом. — Я что, тебя напугал или же посеял сомнения? — Стал допытываться он. — Ты готова отказаться?
— Нет, — произнесла тихо, качнув головой. — Нет. — Наши глаза снова встретились. — Я помогу вам.
— Какая ты смелая, — большой палец директора, едва ощутимо поглаживал внутреннюю сторону запястья, разливая по телу огненную волну. — Что я должен делать?
— Для начала не отвечайте на ее телефонные звонки, — я как завороженная наблюдала за мужским пальцем.
— Это будет сделать совсем несложно, в последнее время разговоры с Татьяной меня не только раздражают, но и выводят из себя. Так что игнорировать звонки своей бывшей для меня будет сплошным удовольствием. Что дальше?
— А дальше, полагаю, что она придет сюда или же заявится к вам на работу.
— Ты права, она непременно придет и скорее всего сюда, потому что орать на меня без свидетелей удобнее.
— Правильно, а то эти самые свидетели, чего доброго и в суде против нее могут показать, а ей это ненужно. И вот когда она придет сюда, обещайте мне, чтобы я не говорила вашей бывшей жене, чтобы не делала, во всем меня поддерживать и по возможности подыгрывать. — У меня в голове уже возникла одна гениальная идея, которая должна была обязательно сработать.
— Что-то мне уже страшно, не погорячился ли я, — у вас Ирина сейчас глаза так плотоядно сверкнули, уж не собираетесь ли вы съесть Татьяну? — Сидя на стуле и не сводя с меня насмешливого взгляда, Игнат Эдуардович подался вперед.
— Хотите, чтобы я с вами поделилась? — решила обратить все в шутку. — Вам ножку или ручку оставить?
— Да ну тебя, —
— Что-то не так? — Осторожно спросил он.
— Вам идет улыбка, я даже засмотрелась, — поняв, что сказала, смутилась.
— Буду иметь в виду. С завтрашнего дня вызывая к себе подчиненного, нацеплю на губы улыбку и на протяжении всего разговора, буду следить за тем, чтобы она не уходила с лица.
— Надеюсь, что вы шутите, — кинула на сидящего напротив мужчину, робкий взгляд.
— Ирина, определись, мне улыбаться или все же не стоит?
— Надо подумать. — Приложив палец к губам, сделала вид, что размышляю. — Если вы постоянно будете улыбаться, то вас в скором времени определят в другое учреждение, а нам назначат нового директора. Думаю, что весь наш женский коллектив, по головке меня за такую идею не погладит.
— Хочешь, я буду улыбаться только для тебя? — Моя ладонь вновь перекочевала в его, только теперь он ее не гладил, Игнат Эдуардович поднес ее к губам и поцеловал.
Легкий, невинный поцелуй, вызвал в теле волну жара, поспешно вернув руку, поднялась.
— Не думал, что ты такая трусишка, — наши глаза встретились. Игнат Эдуардович хотел меня, я отчетливо видела в его глазах разгорающуюся страсть. Меня бросило в жар, а сердце застучало в два раза быстрее, а еще заговорили гормоны, уговаривая меня поддаться чувствам и внезапно вспыхнувшей страсти, и использовать сидящего напротив меня мужчину по его прямому назначению. Получить удовольствие, а там уж как получится.
Наверное, что-то промелькнуло в моих глазах, потому что Игнат Эдуардович поднялся, а я не дожидаясь того чем могло бы все это закончиться, выскочила из комнаты. Прятаться особо было негде, поэтому дойдя до кухни, налила и выпила воды.
— И мне налей, — я чуть было не выпустила из рук пустую чашку. Вот как у директора получается столь бесшумно перемещаться по квартире? — Ира, не надо меня бояться и отгораживаться тоже не надо. — Он стоял совсем рядом, я это чувствовала, даже не поворачиваясь. — Если ты не захочешь, ничего не произойдет.
Так и не дождавшись от меня воды, Игнат Эдуардович налил ее себе сам, а я стояла, ни жива, ни мертва, сжав пальцами пустой бокал, размышляя о том, как же мне вести себя дальше?
— Не забудь маме позвонить. — На стол рядом со мной лег телефон. Взгляд на часы и я понимаю, что уже пора набирать мамин номер. Это ж сколько мы с Игнатом Эдуардовичем проговорили?
— Мам, привет, — прикрываясь телефоном, опустив голову, поспешила с кухни в свою комнату.
С мамой, как и вчера, разговаривала долго. Пришлось ей практически посекундно рассказывать, как прошел день. Мама поддержала большинство моих коллег по работе, и посоветовала еще раз обратиться к фотографу.