Предел Адаптации
Шрифт:
Боевой анализ, поднятый только что, включился без его желания.
Каждый объект оценивался:
— камера — модель гражданская, но с приставленным к ней странным блоком, слишком аккуратно примотанным;
— кабель — не по нормативу, явно уложен на скорую руку;
— следы — часть ведёт к цеху, часть — вдоль забора.
Слева может быть позиция для наблюдения, — сухо подсказала Эйда. — Вероятный сектор обстрела — сектор
— Слева окна на третьем этаже, — негромко сказал Илье. — Пустые вроде, но слишком хорошие.
— Я вижу, — отозвался тот. — Понравится кому — поставят там пулемёт.
Он указал Пахому глазами.
Тот поднял автомат, держа сектор.
Ничего не произошло.
Иногда ничего — это лучший вариант.
Цех А встретил их бетонной тушей.
Большой прямоугольник, затянутый ржавым металлом. Ворота, заржавевшие, с прорезями. Окна наверху — большей частью забиты, но три были заменены свежими вставками.
— Точно законсервирован, — пробормотал Данил в общий канал из своего операторского фургона. — Прямо вижу, как консервы просочились.
— Панфёров, не заглушай эфир, — отозвался какой-то старший оператор. — У нас тут свои шутники есть.
— Так точно, — смирно ответил тот. Но Артём слышал по интонации: Данил улыбается.
Рота рассредоточилась.
— Первая тройка — вправо, вторая — влево, — командовал Стрелецкий. — Проверяем периметр, потом заход.
БОТы остались в укрытии за старыми контейнерами. Два робо-мулы притиснулись к стене, словно огромные железные жуки.
— Лазарев, — капитан махнул ему. — Ты со мной внутрь. Шепелев, Сомов — тоже.
— Есть, — сказал Артём.
Вход нашли не через центральные ворота — те были заварены и обросли мусором, — а через боковую дверь, где свежий след сапога размазал грязь по порогу.
— Люблю, когда противник за нас логистику делает, — буркнул Шепелев. — Сразу видно: люди.
Внутри цеха пахло старой смазкой, сыростью и чем-то ещё — электрическим, озонным.
Пол — залитый бетон, местами треснувший.
Слева — ряды ржавых станков, накрытых пылью.
Справа — импровизированные стеллажи из палет и железных рам.
Артём первым делом оценил звук.
Тишина.
Но где-то глубже — ровное гудение, как от серверной. И лёгкий, почти неслышный писк — работающая электроника.
— Вот и законсервированный цех, — шепнул он.
— Сомов, левый ряд, — тихо сказал Стрелецкий. — Лазарев — со мной, центр. Шепелев — правый.
Они двигались медленно.
Каждое движение — по учебнику:
— шаг,
— остановка,
— взгляд вверх, вниз, по сторонам,
— ствол
Боевой анализ рисовал ему в голове возможные позиции стрелков, места для укрытия, точки, где можно было поставить турель.
Мозг работал как перегретый процессор, но ясно — всё на своих местах.
На одном из стеллажей лежали ящики с маркировкой.
— «Элемент 12-Б»… — тихо прочитал Шепелев. — Красота.
Артём взглядом отметил наклейки: фирма-производитель — гражданский подрядчик, но поверх — грубый штамп с военным номером.
«Склады по документам законсервированы, да», — язвительно подумал он.
— Передай на камеру, — шепнул капитан. — Панфёров, пишешь?
— Пишу, пишу, — ответил тот. — На ваши рожи отдельную папку завёл.
Глубже, за очередным рядом стеллажей, пространство расширилось.
Там стояли четыре массивных каркаса — явно не завода.
БОТы средней категории, недособранные: без брони, с открытыми внутренностями, обвешанные кабелями. На полу — инструменты, контейнеры, коробки.
— Вот и наш «законсервированный» объект, — сказал Стрелецкий. — Снимай всё, Панфёров.
— Есть.
Где-то в уголке цеха замигал индикатор камеры наблюдения.
— Контакт, — прошипела Эйда. — Изменение электроактивности. Вероятен сигнал тревоги.
— Нас уже увидели, — тихо сказал Артём. — Камера вверху, красный диод.
— Вижу, — капитан бросил короткий взгляд. — Поздно прятаться. Работать быстро.
Он нажал на гарнитуру.
— «Сокол-один» — «Гнезду». Объект А подтверждён. Наличие четырёх средних БОТов, компонентов, кабельной сети. Нужен запрос на «Перун».
Ответ шёл с небольшим запозданием.
— «Сокол-один», это «Гнездо». Подтвердите координаты, тип объекта, отсутствие гражданских.
— Координаты отправлены. Тип — сборочный цех, военная начинка. Гражданских нет.
Артём невольно огляделся: мало ли, где-то в углу бабушка с шваброй.
Пусто. Только железо и провода.
Через пару секунд в эфире появился другой голос — женский, чёткий:
— Это группа наведения комплекса «Перун». «Сокол-один», координаты приняты, объект в зоне поражения. Время до окна — одна минута сорок. Требуется лазерное целеуказание.
— Принял, — Стрелецкий кивнул. — Лазерная группа — на позицию. Остальные — к выходу, но не расслабляться.
Он на секунду встретился взглядом с Артёмом.
— Ты, Лазарев, держись рядом. Если что пойдёт не так — бегать будем быстро.
— Понял, — ответил тот.
Лазерная группа заняла позицию на крыше соседнего здания, у дальнего торца цеха.
Артём был не в ней, а на полу — прикрывал, контролировал возможный выход противника из тыловых ворот.
Шепелев и ещё двое заняли периметр.