Правила счастья
Шрифт:
– Хочешь прогуляться на пруды? – спросила она, нежась под его пальцами, которые поглаживали ее ногу под коленом.
– Не особенно, – он искоса посмотрел на нее. Солнце находилось как раз у нее за спиной, так что он мог видеть каждую выпуклость и складочку ее тела под платьем. Джуно предпочла бы оказаться в тени.
– Чем тогда ты хочешь заняться?
Она надеялась, что он ответит: «Поговорить о нас с тобой». Она просто умирала от желания узнать, что происходит у него в голове, что он думает о ней, как будут дальше развиваться их отношения, но ей также
– Я хочу лечь в постель, – его пальцы поднялись выше.
– Разве ты устал? – игриво спросила Джуно, вполне, впрочем, допуская, что именно так оно и есть. Вряд ли он снова хочет ее. В конце концов, у каждого человека существует предел возможностей в этой сфере. У Джона, по крайней мере, существовал.
– Ничуть, – теперь его пальцы исследовали шов на ее трусиках.
С восторгом осознав, что худшие предположения не оправдались, Джуно взяла его за руку, чтобы отправиться в спальню, но он отвел свою руку и протянул ее к тарелке.
– Только сначала уберем посуду.
– Что? – Джуно удивленно подняла брови. Это предложение плохо вписывалось в сценарий спонтанного обольщения. – А что, посуда не может подождать?
– Нет – если мы оставим ее, то очень скоро налетят мухи, – он уже начал ловко собирать тарелки со стола.
Джуно глубоко вздохнула и пожала плечами:
– Ну хорошо. Только при одном условии.
– При каком же? – он перекладывал практически не тронутый ею салат из тарелки обратно в миску.
– Посуду будем мыть голышом.
ГЛАВА 9
Остаток субботнего дня они провели в постели. Время от времени в гостиной трезвонил телефон, на звонок отвечал автоответчик, и яростные вопли Пуаро заглушали сообщение звонившего. Солнце зашло, сменившись ярким алым заревом на горизонте. Джуно подумала – само небо зарделось краской стыда, став свидетелем ее немыслимой сексуальной распущенности.
Позже, уложив Джея на коврик возле камина, она делала ему массаж. Не спеша прорабатывая каждый сантиметр его тела, она обнаружила еще один мягкий круглый шрам, на этот раз на правой лопатке, ближе к подмышке, и еще длинный тонкий рубец на левом бедре. Ей очень хотелось расспросить о них, но она была уверена, что это снова испортит ему настроение.
– У тебя очень хорошо получается, – он блаженно потягивался под ее проворными, смазанными кремом пальцами и постанывал от удовольствия.
– Я когда-то закончила курсы массажисток. Думала всерьез заняться этим ремеслом – в дополнение к выступлениям на сцене, но ничего не получилось.
– Почему же?
– Потому что чаще всего люди хотят делать массаж по вечерам. На дому после работы. А выступать меня тоже приглашают по вечерам.
Джей обернулся к ней:
– Шон никогда не говорил, что ты артистка.
– Пытаюсь ею стать – и все-таки не могу позволить себе бросить дневную работу.
– И что же ты делаешь днем? – он уперся подбородком в сложенные ладони. – Ты ведь работала в пятницу, да?
– Послушай, почему так выходит, что ты можешь задавать мне подобные вопросы, а я тебе нет? –
– Потому, что ты отвечаешь на мои вопросы. Ты любишь говорить о себе. А я нет.
Джуно прикусила губу и улыбнулась. По крайней мере, впервые за этот день их диалог превысил три предложения, не оборвавшись. Она подумала, что ее работа – идеальная тема, которая позволит развить достигнутый успех, хотя, в принципе, она терпеть не могла рассказывать о своей работе.
– Я нянька при тяжелобольных, – призналась Джуно, как обычно, пытаясь ускользнуть в самоиронию.
– Кто-кто? – Он недоуменно взглянул на нее через плечо.
– Веду в журналах раздел «советы и консультации». В нескольких журналах. Но под разными именами, конечно. Отвечаю на вопросы людей, у которых есть эмоциональные или сексуальные проблемы.
– Черт подери! – Джей перевернулся на бок, чтобы посмотреть ей прямо в глаза. – Так ты что-то вроде аналитика?
– Ну что ты, нет. Я вляпалась в это дело совершенно случайно.
– Как это? – Он еще больше удивился.
– Я обычно устраивалась на временную работу, – объяснила она. – Печатала и сразу получала наличными. Тогда я делала первые попытки пробиться на сцену. И вот, несколько лет тому назад, я пришла подработать на две недели в издательство под названием «Иммедиа» – оно выпускает все эти бесплатные журналы, которые раздают в метро. У вас в Нью-Йорке есть что-нибудь подобное?
– На станциях подземки? Да, пассажирам в лицо суют тонны разной макулатуры.
– Именно, макулатура – самое подходящее название для того продукта, который производит «Иммедиа», – вздохнула Джуно. – Пять раз в неделю выходит специальный номер, каждый – под своим названием. В одном из них была страничка вопросов и ответов, называлась «Деловая девушка». Сейчас ее прикрыли. Все письма читателей на этой странице были вымышленными, и каждому сотруднику по очереди вменялось в обязанность играть роль Бетти Анвин – такой выдуманный персонаж, консультант рубрики. Это называлось «поработать тетушкой Бетти», и все это жутко ненавидели. И вот как раз на той неделе, когда я к ним пришла, никто не смог поработать тетушкой Бетти, и эту роль возложили на меня. На временную сотрудницу.
– И ты тоже все напридумывала?
Джуно кивнула:
– Да. Полагаю, что мне удалось придумать несколько действительно свеженьких, по-настоящему непристойных проблем. Обычно в этих поддельных письмах пережевывались навязшие в зубах ситуации типа: «Помогите, я влюбилась в шефа» или «Подскажите, как заставить бой-френда сделать мне предложение». Честно говоря, не думаю, что кто-либо просматривал эту страницу перед ее отправкой в печать – кроме редактора выпуска, конечно, а та была горькая пьяница, за что ее и выгнали с предыдущей работы. Итак, я добавила перчику в эту пресную страницу, и никто в редакции не обратил на это ни малейшего внимания, пока газету не начали раздавать в метро на станциях. Но тут уж было поздно.