Потерянный номер
Шрифт:
И когда Ю уже полностью уверился, что вот сейчас ему и настанет конец - волшебной музыкой прозвучал самый желанный звук - звон тетивы.
На первый взгляд трудно придумать более неудачный боеприпас для арбалета, чем шипастый шар весом в два килограмма. У него ничтожная бронебойность. Он даёт огромную отдачу. Он лимитирует боезапас - много таких снарядов с собой не потаскаешь. Наконец, он со страшной силой тормозится атмосферой из-за низкой обтекаемости. Всякий, кто учил в школе физику, сообразит, что чем меньше вес снаряда при том же импульсе - тем больше его скорость, а следовательно и кинетическая энергия. Любой оружейник
Так что же, ребята из отдела специальных средств зря ели свой хлеб? Нет, они просто очень хорошо знали, с кем предстоит воевать. Что такое, по сути, вектор? Бескостное щупальце с окончанием в виде кисти. Когда он протягивается к быстро крутящемуся шару, то насаживается на шипы - а затем, естественно, на них наматывается.
Может ли диклониус размотать этот клубок? Да легко! Векторы не чувствуют боли, не кровоточат, невосприимчивы к ядам, а дырки в них затягиваются почти мгновенно - шестилетний ребёнок с этим справится. Одна беда - для этого нужно осознанное усилие. То есть нужно подумать, как и куда потянуть векторы, чтобы распутать их а потом снять с игл. Рефлексы, действующие со скоростью света, с этим справиться не могут, слишком сложная головоломка. Хаотично дёргаясь, векторы только сильнее запутываются.
А времени на осознанное усилие у диклониуса нет. Скорость полёта шара - около тридцати метров в секунду. Векторы его встречают (и начинают наматываться) - максимум метров за 11. То есть даже у Марико будет всего около трети секунды на реакцию, прежде чем клубок запутанных векторов с плотным металлическим ядром ударит в её тело. В случае же Люси это время сокращается до одной пятнадцатой секунды. А сразу после остановки шара срабатывает детонатор, шипы резко удлиняются, пронзают векторы и тело, которое находится за ними. И впрыскивают мощнейший нейротоксин.
Умный диклониус с хорошей реакцией может сознательным усилием дематериализовать векторы или просто отвести их с пути шара. Тогда он избежит запутывания, но шар ударит в него с гораздо большей силой - достаточной, чтобы ломать кости и превращать в кашу внутренности. А шипы не просто пронзят плоть, но и разорвут её в лохмотья своим бешеным вращением. Тоже ничего хорошего.
Разрубить или проткнуть шар на лету тоже невозможно - он изготавливается из прочнейших сплавов, с которыми векторы не справляются.
Сусуми несколько задержался с выстрелом, потому что размышлял, какую часть тела лучше взять на прицел. Это в силпелитов можно лупить не глядя - а королеву нужно взять живой с минимальными повреждениями. О выстреле в голову, понятное дело, речи не идёт. В верхнюю часть спины стрелять тоже нельзя - слишком близко к сердцу. Нижнюю часть спины - можно сломать позвоночник. Конечности - ненадёжно, решительный диклониус может отрезать себе руку или ногу, чтобы избавиться от боли.
Оставались (при стрельбе сзади) только ягодицы и плечи. Но попасть в плечо тяжёлым шаром при такой отдаче довольно сложно. Небольшое отклонение в одну сторону - и получай сломанную шею. В другую - шар скользнёт по плечу, расцарапает его, но не застрянет, пролетит дальше. А ведь векторы ещё и непредсказуемо отклоняют его на несколько градусов.
Так что стрельбе ниже пояса альтернативы не было. Конечно, тут тоже есть определённый риск - можно повредить половые органы, которые и были
С такими мыслями Шляпник прицелился в аппетитные ягодицы самой желанной на свете женщины, обтянутые тёмно-серой тканью, и спустил курок. Арбалет ударил в плечо, словно конь лягнул. Первое время было довольно неприятно, но сейчас он уже привык и даже получал от этих толчков некоторое удовольствие. Это было для него сродни сексуальному акту - спустить с цепи тяжёлый сгусток боли. Увидеть и почти ощутить, как он вонзается в тело добычи, разрывая плоть яростным вихрем. Сусуми по-настоящему полюбил это оружие, и почти всегда использовал его перед изнасилованием очередной жертвы - даже если та не могла или не хотела оказать сопротивления. Но бесплодные тела силпелитов и наполовину не возбуждали его так, как королева. Единственная женщина его расы, способная родить ему детей!
Шар вонзился в правую ягодицу и Люси подпрыгнула, словно получив хорошего пинка. Но не упала - только выгнулась слегка всем телом. Он затаил дыхание, глядя как шипы рвут ткань юбки и кожу под ней, превращая то и другое в лохмотья. С точностью до сотой доли секунды он знал, когда сработают внутренние механизмы снаряда и жидкий огонь покатится по венам жертвы.
Люси попыталась сделать шаг вперёд... Не удержалась на ногах... Споткнулась... Упала на одно колено, опираясь руками... Но не остановилась, продолжала ползти дальше...
– Ню!
– какой-то мальчишка кинулся к ней со стороны дома. Сусуми отшвырнул его ударом сапога.
– Не смей тянуть к ней свои грязные лапы, ты, ничтожество!
Не сводя глаз с Люси, он перезарядил арбалет и потянулся к поясу, где висел пистолет с глушителем. Вообще-то зачисткой свидетелей полагалось бы заняться Гюоту и его головорезам. Но им настоящей веры не было, так что лучше уж обо всём позаботиться самостоятельно. Боевые навыки у мелкого явно отсутствуют, на зоаноида непохож... проблем быть не должно. Правда, есть небольшая вероятность, что он может оказаться гайвером - но гайвера, не успевшего призвать доспех, пуля в башку уложит так же надёжно, как и любого другого.
Негромко хлопнул выстрел... и пуля, взвизгнув, отрикошетила в небо от возникшего в воздухе перламутрового препятствия, похожего на огромную ракушку.
– А вот это уже лишнее. Мне совершенно наплевать, что ты будешь делать с этой рогоноской, - звонкий детский голос совершенно не соответствовал серьёзным и злым словам и интонациям.
– Я вообще-то сама хотела её прикончить, но если она тебе так нужна - забирай. Но если ты, подонок в шляпе, ещё хоть пальцем тронешь Коту - то, что от тебя останется, будут собирать по следующим пяти кварталам. И даже эксперты Кроноса не смогут определить, кому это принадлежало. Ты меня понял?
– Да кто ты вообще такая?
– Сусуми ошеломлённо уставился на черноволосую девочку лет десяти в блестящем платье, расшитом жемчугом. Это явление из ниоткуда выглядело настолько абсурдно, что даже в не совсем здоровой голове Шляпника с трудом укладывалось.
– Я девочка-волшебница Канаэ Магика! И если ты, урод, думаешь, что это смешно, то я могу запихать твой арбалет тебе в глотку и заставить прожевать, чтобы научить уважению к незнакомым девочкам.
– Ка... Канаэ?!
– мелкий уставился на девчонку с таким видом, будто ему явилось божество.