Потерянный номер
Шрифт:
– Ксо, да о чём ты говоришь? Они что, превратили тебя в живой Ремувер?
– Почти... Третий энзим вызывает у Паразита острейшую аутоиммунную реакцию. Проще говоря, аллергию на всё, что отличается от него самого. Он начинает отторгать или пожирать все органы носителя... В том числе мозг и контрольную медаль.
– И сколько продлится эта аллергическая реакция?
– Полчаса-час... Но чтобы убить носителя, ему хватит и минуты.
– Но запись в контрольной медали не пострадает?
– Вроде бы нет...
– Ну так чего ты испугался?
Шо без страха схватил огромную
– Кто из нас двоих должен думать головой, Тецуро?! Когда действие энзима пройдёт, контрольная медаль либо восстановит управление Паразитом, либо, если её всё же удалось отторгнуть, вырастит нового. Биоброня создаст нового клона и опять загрузит в него мою память. Это всего лишь временная смерть. Я к таким уже привык. Так что убивай меня хоть десять раз, если зоалорду этого захочется. Я на тебя все равно не подниму руку. Никогда. Хватит с меня смертей!
– Похвальная рассудительность, Фукамачи, весьма похвальная. Рад, что мы оказались единомышленниками. Мне тоже лишние смерти совсем не нужны. Так я могу рассчитывать на твоё сотрудничество, хм?
Шо опустил голову. Затем резко вскинул её и посмотрел в потолок, на котором представил ненавистный образ зоалорда.
– Можете. Пока я не найду способ вытащить Тецуро из ваших грязных лап. После этого я вас найду и убью. Кто бы вы ни были!
– Прекрасно, прекрасно. Такие условия сотрудничества меня вполне устраивают. Ты уже почти наш, кроносовский. Только предупреждать меня вслух не надо было. Я и так понимаю, что это твоя голубая мечта, Фукамачи. А сейчас не будем терять времени. Тецуро, трансформируйся, переоденься, и покажи Шо, где здесь лаборатория. У нас впереди много работы.
Что нужно, когда идёшь охотиться на диклониуса? Детектор и оружие. Ни того, ни другого у Какузавы-младшего не было. Но как умный человек с хорошими связями, он знал, к кому нужно обратиться, чтобы это всё достать.
Ноусо с его армией клонов, к сожалению, отпадал. Если взять учёного с собой на операцию - он непременно разболтает половине Института, и это неизбежно дойдёт до отца. По той же причине нельзя было призвать на помощь полицию или SAT - правительственные агенты обязательно уточнят запрос у директора.
Двоих мужчин, к которым он мог обратиться, трудно было назвать хорошими кандидатурами. От обоих у него бежали мурашки по коже, несмотря на то, что они были его родственниками, и на то, что самого Ю трудно было назвать хорошим парнем.
Ричард Гюот, еретичный выкормыш западной ветви - без пяти минут владыка мира, изгой Кроноса и предатель Семьи. И Сусуми Какузава, заработавший себе прозвища Безумный Шляпник и Бог Смерти - "топор Семьи", всецело преданный её интересам, но при этом совершенно отмороженный, садист и насильник абсолютно без тормозов в голове.
Сначала лучше поговорить с первым. Ему на Люси плевать, так что если не удастся его уговорить, он скорее всего просто отмахнётся и выбросит это дело из головы. А вот Сусуми отлично понимает, что такое праматерь нового человечества. Либо купится с потрохами, либо побежит закладывать отцу, чтобы получить награду. В последнем случае его конечно нужно будет устранить...
Гюот, как и ожидалось, интереса
– С чего ты взял, мальчишка, что меня это хоть немного интересует? Тем более - интересует настолько, чтобы я стал рисковать собственной жизнью, отношениями с братцем, да ещё потащил на операцию своих зоаноидов? У меня их совсем немного осталось.
– Конечно же, дядя, Люси вас не интересует. Куда нам, скромным антропологам, до вашей высокой политики... Но возможно, тот факт, что в последний раз её видели вместе с гайвером, изменит ваше мнение?
– Ах ты мелкий рогатый скот!
– почти в восхищении всплеснул руками Ричард.
– Нашёл-таки, чем купить дядю, гадёныш!
– А если гайвера там не окажется, - добил Ю, - вы, во-первых, практически ничем не рискуете, присоединяясь ко мне, а во-вторых, сможете допросить Люси любыми способами - где и при каких обстоятельствах она его последний раз видела. Вряд ли папа бы вам позволил так издеваться над королевой - а я разрешу.
– В надежде, что я допущу какую-нибудь ошибку и она меня прикончит по ходу дела?
– Не без этого, дядя. Но вы-то ошибок не допустите, разве нет? Вы сами не раз говорили, что все дураки должны умереть...
– Нет, не так. Я говорил, что все дураки умрут. Вне зависимости от моего на то желания. Это закон естественного отбора. Ладно, уговорил. Если я пойду ябедничать брату, ты конечно же станешь всё отрицать...
– И вы никогда не узнаете, как найти Люси - а значит и гайвер, - кивнул профессор.
– А почему ты думаешь, что я не сдам тебя папаше ПОСЛЕ того, как получу юнит? Или просто не убью, как лишнего свидетеля?
– Ну дядя Ричард, это совсем уж детский тест на интеллект. Прежде всего, если бы вы хотели от меня избавиться, то не предупреждали бы об этом. Потом, свидетеля чего? Что вы хотите добыть гайвер? Так это по законам Семьи не преступление, отцу на гайверов так же наплевать, как вам на королеву. А что вы помогали мне - я не могу об этом сообщить, не выдав себя. Да и какой смысл вам от меня избавляться? Вам будет полезен свой человек в Институте - даже при захвате власти над миром. Вы-то для отца по-настоящему своим уже не станете никогда...
– Неплохо, неплохо всё разложил... Ладно, делать мне пока все равно нечего... считай, что уговорил. Будет тебе дядюшкин присмотр.
– Прекрасно! Тогда вы пока свяжитесь со своими агентами, а мне нужно провести ещё одни переговоры...
Он уже собирался выходить, когда рука Гюота клещами сжалась на его запястье.
– А ну стой! Кого это ты там ещё намереваешься привлечь? Поделись с дядюшкой...
– Сусуми, - выдавил Какузава-младший, глядя на экс-зоалорда, как кролик на удава. Он попытался убедить себя, что дал ответ из самых рациональных соображений - нет смысла скрывать от подельника то, что он и так скоро узнает. Но в глубине души понимал, что ответ вырвался непроизвольно, раньше, чем Ю успел просчитать его осмысленность. Гюот всё же был слишком пугающим.