Потерянный номер
Шрифт:
– Вагнер? Кабинетный учёный сухарь, который интересуется лишь наукой ради науки? Антипод Фауста, который жаждет практического знания?
– И вызывает дьявола ради этого. Видимо, доктор Баркас удостоился такого эпитета за осторожность в изысканиях, которая не удовлетворяла нетерпеливого Хеккаринга, жаждущего немедленно воплотить свои знания в новых, сильнейших породах зоаноидов.
– Ха, хорошо что лорд Баркас этого не слышал... Ну и ну...
– Пургсталл немного успокаивается.
– Если я кому-нибудь из братьев расскажу, что у меня тут гиперы цитируют классику - не поверят ведь! Напугал ты меня,
Ха, знал бы ты, как я сам перепугался... Такая перебранка действительно имела место в прошлом Зекстолла. Правда, Вагнера после неё Хеккаринг не поминал. Но если мы его всё-таки поймаем, я всегда смогу внушить ему эту подробность с помощью Мистических Глаз.
– Я теперь не гиперзоаноид, а Потерянный Номер, лорд Пургсталл, - незаметно свожу всё в шутку.
– Известно же, что мы все ненормальные. Так что давно пора выделить нам нормальную психушку...
– Ладно. Ты меня в какой-то степени убедил. Полагаю, я могу предоставить тебе некоторую информацию по этому вопросу - хуже не будет. Из моих братьев - лорд Арханфер, Мирабилис, ибн Хайан и де Галенос ничего не сказали по поводу твоего проекта. Баркас, Кабрал Хан и де Крумегниг резко против. Каэрлеон не одобряет эту инициативу, но в принципе готов сотрудничать, если я её запущу на свой страх и риск. Амникулус, Енцуй и Ваферданос - за.
– То есть мнения разделились практически поровну?
– У нас не демократия, Зекстолл. Все Священные Командующие равны, но некоторые равнее других. Голос лорда Баркаса перевешивает любого другого зоалорда, кроме Арханфера и Мирабилиса.
Так, главное не выдать, что Оруэлла я тоже читал. Хватит с меня одного прокола за разговор.
– Вы говорили своим братьям, что за всем этим стою я?
– Я пытался не затрагивать эту тему, но они сами догадались. Ты уже заработал определённую репутацию не только в Японии. Баркас до сих пор вспоминает разговор с тобой после теракта. Кабрал назвал тебя "неблагодарным мальчишкой". Ли Енцуй посоветовал от тебя избавиться.
– Вы же сказали, что он одобрил проект!
– Именно так он и сказал. "Проект осуществи, но автора устрани. Он тебя компрометирует".
Ну Ли, ну даёт, богомол-переросток! Как это чисто по-азиатски... тут не знаешь, радоваться или плакать, когда на тебя так реагируют!
– И как, вы приняли его инициативу?
– спрашиваю наполовину в шутку, но внутри всё напрягается.
– Рад бы, да не могу, - и тоже фиг поймёшь, шутит он или всерьёз говорит.
– Ты мне ещё слишком нужен - без тебя проект точно не пойдёт.
– Он и со мной не пойдёт - раз доктор Баркас против?
– Он тобой заинтригован. Попробуй его переубедить.
Ну спасибо, лорд Пургсталл, порадовали! Конечно, нет ничего проще, чем переубедить четырёхсотлетнего старика, гениального фанатика, который видит в тебе всего лишь спятивший подопытный образец. Нормальные попаданцы таких десятками к завтраку в шеренгу строят...
– С другой стороны, есть и хорошая новость. Лорд Ваферданос согласился принять твоё гипотетическое поселение в своём регионе.
У меня отвисает челюсть.
– А почему не в Японии, лорд Пургсталл?
– Япония слишком плотно населена при небольшой площади. Здесь негде спрятать посёлок. А в случае
– Здравствуй, Люси, - профессор постарался улыбнуться ей как можно теплее и ласковее.
– Ты меня конечно не знаешь, но я знаю тебя очень давно. Я наблюдал за тобой с тех пор, как ты попала в Институт. И всё это время ждал встречи с тобой.
Видимо, его обаяние не произвело должного впечатления, хотя он репетировал соответствующую сцену много месяцев.
– Не знаю, кто ты такой, - огрызнулась рогатая девушка, - но не называй меня этой дурацкой собачьей кличкой, придуманной в Институте. У меня имя есть. Меня зовут Каэде.
– Ты не понимаешь, Люси. У меня и в мыслях не было тебя оскорблять. Человеческое имя тебя недостойно, недостойно твоей великой миссии. Это имя придумали в приюте, люди, которым не было до тебя никакого дела, люди, которые не понимали, с чем столкнулись. Люси - имя, призванное отразить твою истинную сущность. Тебе уготовано стать матерью нового человечества, смести с лица Земли гнилую породу, что заполонила и загадила её сейчас... Разумеется, если это имя неудачно, ты всегда можешь выбрать другое... это твоё право королевы!
Он сделал несколько шагов назад, потому что дистанция сократилась до опасных пяти метров, и Люси продолжала идти к нему.
– Ты пришёл, чтобы забрать меня в Институт? Я туда больше не собираюсь.
– Нет, нет, Люси. Ни в коем случае. Я не работаю на Институт. И я желаю тебе только добра. Это я организовал твой побег из заточения.
– Я тебе не верю, - невидимый кулак с силой ударил в бронированную стенку фургона. Та слегка промялась, но выдержала. Ю отступил ещё дальше - на проезжую часть. Безопаснее быть сбитым случайной машиной, чем оказаться в радиусе действия векторов.
– У меня есть доказательства, Люси. Впрочем, если не хочешь, ты можешь мне и не верить. Это не важно. Важна только твоя миссия. Пойми, Люси, в этом мире, мире людей, тебе нет места! Они всегда будут тебя презирать и ненавидеть за то, что ты на них непохожа. Единственный способ обрести счастье - это создать новый мир! Наш мир, Люси! Мир диклониусов! Наших детей!
Похоже, он сказал что-то не то, потому что девушка резко ускорила шаг по направлению к нему. Если бы Какузава не следил внимательно за её ногами, он был бы уже мёртв. Но невозможно с достаточной скоростью идти спиной вперёд, когда на тебя наступают. Рано или поздно споткнёшься. Но и поворачиваться к ней спиной было слишком страшно. Да и стыдно - он сюда пришёл не затем, чтобы сразу задать стрекача!
Где же там все эти родственнички! Чего они ждут? Почему не стреляет Шляпник, почему Гюот до сих пор не задействовал своих монстров? А вдруг они и не собираются вмешиваться? Вдруг решили таким образом от него избавиться, чтобы поделить приз между собой?!
Он всё ещё продолжал что-то бормотать - что-то соблазняющее, утешительное, обнадёживающее - но уже видел, что это бесполезно. Люси не собиралась его слушать. Она не признала в нём родную кровь. Она просто стремилась устранить досадный раздражитель.