Потерянный номер

Зонин Сергей

Правда, в каноне она встретила свою трагическую судьбу только через год с лишним после побега Люси. Я был уверен, что у меня ещё достаточно времени, чтобы разгромить Институт, спасти всех подопытных, и предотвратить этот беспредел. Но Человек в шляпе, зараза, видимо решил выполнить и перевыполнить свой план по злым делам досрочно... не иначе, почуял, что я здесь...

Влетаю в лабораторию на полной скорости. Кажется, выношу по дороге дверь, но это не беда - новую поставят.

Девочка, плавающая в большом баке для процессинга, выглядит от силы лет на четырнадцать. В манге она казалась почти созревшей женщиной... А, ну да, её же вытащили из лабораторий на год

раньше, а у силпелитов год идёт за два... Волосы сохранили "естественный" розовый цвет - у человека они от таких испытаний давно поседели бы. Есть надежда, что и рассудок сохранился, несмотря на пережитое... Глаза закрыты, выражение лица вроде бы спокойное...

– В каком состоянии объект?
– стараюсь придать голосу безразлично-деловитое выражение, хотя больше всего хочется крикнуть "Как она?!"

– Учитывая её нынешнюю... хм... анатомию - в удовлетворительном. Мы вытащили её из цилиндра, усыпили и поместили в нормальную, современную систему жизнеобеспечения. Тем, кто делал изначальную систему - руки надо оторвать и другим концом вставить! Такое чувство, что они компоненты на ближайшей барахолке скупали! Они даже диклониусов с их превосходной живучестью умудрились довести до полного распада жизненно важных органов за трое суток! О чём тут говорить...

Нет, всё-таки все учёные - маньяки, а те что работают на Кронос - маньяки законченные, со справкой. Доктора возмущает не то, ЧТО сделали с бедной девочкой, а то КАК это сделали. С его точки зрения, работники Института достойны смерти не за жестокость, а за дилетантизм...

Теперь мы с Нео чувствуем к ней ещё большую солидарность. Над нашим общим телом эти Менгеле доморощенные тоже поизвращались. И наше тело тоже за три дня распадается, если его не кормить и под солнцем выгуливать. Хотя конечно, грех жаловаться. По сравнению с такими "радарами" Института, все Потерянные Номера - баловни судьбы.

– Хотите сказать, что теперь она проживёт подольше?

– Ну разумеется! У нас таких криворуких даже в ассистенты не берут! На нашей системе тридцать-сорок лет протянет запросто. А если сумеем остановить ускоренное старение, то и восемьдесят не предел...

– Генератор боли вы отключили?

– Его ещё до нас кто-то вырубил. В новой системе мы его, конечно, дублировать не стали - варварский и не слишком надёжный метод контроля. Мы просто напрямую отключили управление векторами - безопасно и безболезненно.

Уф... и то хорошо. Хотя конечно, существование в ТАКОМ облике, не сильно отличном от головы профессора Доуэля - то ещё счастье...

– А вернуть её к нормальной жизни нельзя? Ну не знаю... руки-ноги там вырастить... кишечник новый...

Учёный трёт подбородок. Судя по всему, над этой проблемой он пока просто не задумывался.

– С диклониусом такое будет несколько сложнее проделать, чем с человеком. Но принципиальных препятствий нет. Где-то за месяц вероятно управимся. Но я не могу начинать такую сложную операцию без разрешения лорда Пургсталла.

– Разрешение я вам добуду. А вы пока проработайте все аспекты, чтобы не угробить объект в процессе!
– раздражение невольно прорывается в последней фразе. Или это так проявляется облегчение?

Гриммель вёл машину околицами, потому что за езду в таком состоянии её бы остановил первый же полицейский. Вмятины и дыры на кузове слишком уж явно выдавали, что ребята не на прогулку отправились.

На заднем сидении тяжело дышала Люси, которой вкололи два полных шприца того же нейротоксина, который был в иглах арбалетных шаров. Стоит отдать ей должное, ни крика, ни стона она не издала.

Зато Шляпник отрабатывал норму за двоих - его стоны вперемешку с нецензурной бранью можно было слышать и за пределами фургона. Ю возился с раненым родственником, оказывая ему первую помощь и тоже ругаясь сквозь зубы. Антидот к токсину у него при себе был, но его требовалось вводить в каждую отдельную рану - а ран было больше десятка.

– Эй, парень, а чего ты его просто не прикончишь?
– ехидно поинтересовался Гюот.
– Тебе же вроде чем меньше конкурентов, тем лучше? Заодно и Семью от позорища этого избавишь, и мне услугу окажешь - потише станет.

– Исчезновение главы отдела вызовет слишком много вопросов в Институте. Да и к тому же... Каким бы ни был Сусуми, он всё же член Семьи. Нас слишком мало, чтобы жертвовать друг другом. К тому же Шляпник полезен.

– Мой братец, похоже, считает иначе. Вы все для него - разменные монеты.

– Он глава Семьи. Он вынужден загонять свои чувства в глубину, иначе он не сможет привести нас к победе.

– Ха! С каких это пор ты записался в патриоты клана, парень? Интригуешь против отца и в то же время оправдываешь его? Это как если бы я читал славословия Арханферу, когда затягивал его в чёрную дыру. У тебя что, тоже раздвоение личности, как у этой рогатой?

Ю только усмехнулся наивности этого вопроса.

– У арабов есть поговорка: 'Я против моего брата. Я с моим братом - против моих кузенов. Я, мой брат и мои кузены - против другой семьи. Мы вместе - против всего мира'. Конечно я хочу опередить старика и сам стать отцом нового человечества. Но я не задумываясь пожертвую своей жизнью ради безопасности клана, а всем кланом - ради нашей расы. Боюсь, тебе, отступнику, этого не понять...

– Где уж нам, - фыркнул экс-зоалорд.
– Отвлекись на секунду, мы выехали за пределы города. Покажи водителю, куда дальше. Не в Институт же?

– У меня есть убежище в пригороде. Там уже ждут мои люди, - Ю обозначил требуемое место красным крестиком на карте.

– Минут за пятнадцать доберёмся... кстати, если уж ты такой патриот клана, то почему позволил девчонке забрать детектор? Это, как-никак, живая свидетельница...

– Свидетельница чего?
– насмешливо поинтересовался Ю.
– Даже если они каким-то образом заставят образец говорить, что она такого важного знает? Что её насиловали в какой-то комнате с белыми стенами? Это тебе не Номер Семь, которую Курама как свою дочь воспитывал. Она даже слова "Институт" ни разу не слышала. Не говоря уж о том, чтобы выдать местоположение Лебенсборна или связь Семьи с японским правительством.

– Ну-ну. На твоём месте я бы всё же запихнул в этот цилиндр какую-нибудь бомбу...

– Детектор делал не я, а Сусуми. Вряд ли он мог предусмотреть такую ситуацию. Вообще такие экстремальные меры не нужны - бомба ещё и нас могла покалечить. Цилиндр довольно хрупкий, достаточно хорошего пинка, чтобы отключить жизнеобеспечение и убить подопытную. Просто в тот момент все слишком растерялись. Но как я уже говорил, фатальных последствий не бу...

Профессор не договорил - его тело с хрустом разлетелось на две половинки. Оторванная голова, как снаряд, врезалась в затылок зоаноида-водителя. Тот находился в человеческой форме, без характерного защитного шлема зоаноидов Кроноса - так что даже не успел осознать появления новой угрозы. Его мозги, перемешанные с мозгами Какузавы-младшего, брызнули на лобовое стекло. Потеряв управление, машина завиляла и врезалась в стену ближайшего дома. Ричард от толчка пробил спиной крышу, сделал сальто назад и приземлился на ноги.