Потерянный номер
Шрифт:
– И ведь их ни в чём даже обвинить невозможно! "Мы жизнь человеку спасали", ха! А по факту - миллионы бесплатных солдат ежегодно, и агитировать даже не надо! Врач сам решает, какие меры принять для спасения пациента. А врачебные лицензии кто теперь выдаёт, как думаешь? Ага, всё тот же Кронос! Половина докторов на него работает за деньги или под угрозой дисквалификации, другая сама давно в зоаноидов превратилась...
Он хмуро отвернулся. Шо его отлично понимал. У самого в груди всё горело от ярости.
Он почему-то представлял себе господство Кроноса, как царство террора, нищеты и насилия. Как рисуют обычно в антиутопиях.
Или наоборот - серые ровные дома, серые ровные колонны людей, идущих всегда в ногу, повинуясь неслышным телепатическим приказам. Роботоподобные лица, каждое из которых готово внезапно оскалиться звериной пастью. Породы и номера вместо имён...
Действительность, как всегда, оказалась гораздо страшнее. Кронос не стал ни запугивать человечество, ни муштровать его до потери индивидуальности. Он просто купил людей. И большинство побежало к нему в пасть с искренней радостью.
– Ну так вот... больницы остались только для женщин и только для самых тяжёлых случаев, которые их биоштучкам не по зубам ещё. А это не больше одной десятой от прежнего количества. Лишние - закрываются или превращаются в частные клиники. В одной из таких мы сейчас и находимся, Шо. В частной клинике, превращённой в тюрьму.
– В тюрьму?! Чью?!
Зуд на спине стал нестерпимым, вплоть до жжения. Броня сама просилась на тело. Неужели они думают, что какие-то стены удержат гайвера?!
Он заставил себя лежать спокойно. Сначала нужно собрать всю информацию. Построить план побега. И лишь потом воплощать его в жизнь.
– Она принадлежит какому-то из зоалордов. Я не знаю, какому. Он себя не называл и не показывался. Со мной говорит только через подчинённых зоаноидов, и... И через...
Тецуро закрыл лицо руками.
– Через что? В чём дело?
– по спине Шо пробежали мурашки.
Друг не ответил. Его тело росло, разбухало, приобретая характерный тёмно-лиловый оттенок плоти зоаноида в процессе трансформации. Рубашка лопнула, под напором растущей изнутри массы жира, мускулов, металлокомпозитной брони и шерсти. Он достиг уже трёх метров и почти такой же ширины в плечах... и продолжал расти. И расти. И расти. Ему уже мала была больничная палата...
– Нет! Нет... Нет! Тецуро, нет! Только не ты... За что?!
Шо в ужасе вжался в спинку кровати - на его глазах оживал самый жуткий кошмар. Это был не просто зоаноид. Это был Энзайм-2. Убийца гайверов. Та самая порода, в которую Кронос превратил его отца... а теперь и лучшего друга?!
– Они сделали это со мной, Шо, - самым жутким было то, что рычащий низкий голос из глубин огромной грудной клетки чудовища по-прежнему имел знакомые интонации Тецуро.
– Пока ты спал, они засунули меня в бак для процессинга. Убей меня. Только ничего не говори Мизуки.
– Нет! Нет! Тецуро, я не буду с тобой драться! Я не могу!
– У тебя нет выбора, Шо. Теперь я - их оружие. Они могут в любую секунду приказать мне атаковать тебя - и я не смогу сопротивляться. Сделай это, пока они не захватили контроль. Я хочу умереть свободным.
– Нееет! Перестань! Тецуро, ты же всегда был самым находчивым из нас! Должен быть выход... мы найдём его! Я не могу... не могу так...
– Именно
– Звучит действительно разумно, но он ведь этого не сделает, верно, Фукамачи?
Голос из пасти Энзайма остался прежним, но интонация радикально изменилась. Шо понял, что через его друга теперь говорит зоалорд.
– Забавно было посмотреть на твою истерику, Гайвер-1, но пора уже поговорить, как взрослым людям. Так что я тебя немного успокою. Сядь и слушай внимательно, броню призвать ещё успеешь, если захочешь. Во-первых, я не собираюсь повторять ошибку Баркаса. Я не прикажу энзайму тебя атаковать... если ты не спровоцируешь, конечно. Во-вторых, Тецуро Сегава в отличие от предыдущих энзаймов-2, прошёл полный цикл процессинга. Его тело полностью стабильно и не распадётся через пару часов или недель. Поэтому, если ты не будешь совершать ошибок, он может прожить ещё немало - весь отведённый ему человеческий срок. На этом хорошие новости для тебя заканчиваются...
Бритвенно-острая клешня упёрлась в подбородок Шо, заставляя его поднять взгляд на чудовище.
– Первая плохая новость заключается в том, что Сегава запрограммирован самоликвидироваться, если ты призовёшь гигантскую броню без моего непосредственного разрешения. Так что я бы на твоём месте не делал резких движений и вёл себя вежливо. Можешь трансформироваться в обычного гайвера, если тебе так спокойнее. Но не более того.
– Ксо! Я...
– Вторая плохая новость - твой друг не просто Энзайм-2. Он представитель новой породы - Энзайм-2М, что означает "модицифированный". Хотя его тело практически не отличается от обычного энзайма-2, я существенно доработал энзим-производящие железы. Собственно говоря, у него не один, а три энзима. И со всеми тебе знакомиться не советую. Первый - вполне классический, тебе уже знакомый. Он разъедает броню и блокирует регенерацию. Только в несколько раз эффективнее, чем та водичка, которой плюются творения Баркаса. Второй вызывает спазм псевдомускулов гайвера. Это не только лишит тебя способности нормально двигаться - это ещё и очень больно, поверь. Но по сравнению с третьим энзимом - это всё просто детские игры, Фукамачи. Третий - настоящий шедевр. Если первые два просто помогают бороться с гайверами, то третий - это гарантированная смерть для вас. Ты конечно не поверишь, но я действительно нашёл способ убить гайвера с одного удара. Я был бы рад продемонстрировать тебе его действие, но второго гайвера у меня нет - а ты мне нужен живым.
Голос снова изменился - зоалорд на несколько мгновений снял контроль.
– Он прав, Шо!
– простонал Энзайм-Тецуро.
– Я теперь зоаноид, я знаю, как работает эта пакость в моём теле. Третий энзим - это адская штука. Я действительно могу тебя убить, если он прикажет. Поэтому ты должен использовать мегасокрушитель. Думаешь, мне самому хочется умирать? Я жить хочу, хочу снова увидеть Нацуки и Мизуки, хочу увидеть победу над Кроносом, хочу написать свою книгу наконец... но я не могу допустить, чтобы меня использовали против тебя.