Потерянные
Шрифт:
У Тисы округлились глаза. Она оглянулась, слышал ли кто это непотребство?
— Пройдемте в библиотеку, — сдалась она.
Старшина мрачно усмехнулся.
Тиса намеренно перенесла разговор в библиотеку, зная, что скоро отец поднимется в свой кабинет. Витер это тоже знает, и не будет распускать руки.
— У вас есть минута, — предупредила Тиса, как только они оказались в стенах библиотеки. Девушка сплела руки на груди.
— Что здесь делал этот столичный хлыщ? — спросил Витер.
— Вам не должно
— У меня есть дело до всех пребывающих на территории части, — гаркнул Витер, и тут же сбавил тон. — Но я пришел сказать о другом. Я всю неделю думал о вас. Ваш поцелуй…
Тиса возмутилась:
— Вы имеете наглость утверждать, что это был мой поцелуй? Я до сих пор жалею, что не влепила вам пощечину.
Витер, придвинулся к ней, повернув щеку для удара:
— Вы можете сделать это сейчас, Тиса Лазаровна, — сказал старшина с мрачным видом. — Врежьте мне. Я готов понести наказание за вольность.
Тиса смутилась. Какое-то время они просто молча глядели друг на друга. Взгляд черных глаз давил.
— Я не верю, что я вам безразличен, — глухо и властно произнес старшина. — Но, кажется, вы не поняли. Мне не нужна интрижка. Я хочу, чтобы вы были моей женой. Законной женой.
Старшина медленно опустился на одно колено.
— Выходите за меня, Тиса.
Тиса распахнула в ужасе глаза.
Не дождавшись ответа, Витер поднялся с колена.
— Я понимаю, что вам нужно все обдумать, — произнес он. — Я не тороплю с ответом. Уверен, капитан одобрит наш союз. Нужно только ваше согласие.
Старшина хотел еще что-то добавить, но вместо этого поклонился и в пять шагов покинул библиотеку, оставив Тису в глубоком смятении.
Остаток дня и полночи Тиса промариновалась в собственных мыслях. Не в силах больше нести эту ношу в одиночку, Тиса засобиралась к Ганне на следующее утро. Прогулка пешком освежит голову.
Ганнин домик с деревянной мансардой едва виднелся за разросшейся сиренью. Подруга встретила Тису с удивлением.
— Я ненадолго, Ганн, — предупредила Тиса. — На чай не останусь. Просто надо посплетничать.
— Заходи.
Ганна внимательно вглядывалась в лицо Тисы, пытаясь угадать, что ее привело.
Девушки вошли в дом, минули лестницу, ведущую на мансарду. Оттуда доносилось мычание Симона.
— Муж сейчас в мастерской с младшим — ложки расписывают, — объяснила Ганна. — А Лукашка в храме.
— В храме?
— Да, ты же не знаешь. Он ходит в воскресную школу к Доломее. Хочет в семинарию поступать. Сам так решил.
— Молодец какой.
— Только семинария ближайшая — в Каповецке. Откуда деньги возьмем с Симоном, не знаю, — вздохнула Ганна. — Конечно, надо сказать сыну сразу, чтобы не мечтал. Но никак не соберусь с духом. Он так увлечен.
Пройдя
— В комнате нас никто не потревожит, — Ганна убрала со стула корзинку с рукоделием. И пригласила Тису сесть.
— Ганяша, кто пришел? — послышался старческий голос из глубины смежных покоев.
— Ко мне, ба, — крикнула Ганна. — Отдыхай.
Девушки присели к окну.
— Ну, рассказывай, — сказала Ганна, видя, что подруга медлит. — Это связано с оберегом для Зои, да?
Тиса мотнула головой.
— Витер мне сделал предложение, — прошептала она.
Ганна прикрыла улыбку рукой:
— Да ты что! Как? Когда?
Подруга внимательно слушала и не перебивала, пока Тиса рассказывала все подробности, начиная с украденного поцелуя и закончив сценой в библиотеке.
— Тиса я поздравляю тебя! Наконец-то! Не зря он с тебя глаз не сводил.
— Ты что, оправдываешь его нахальство? — поразилась Тиса.
Ганна пожала плечами, улыбаясь во весь рот:
— По-другому тебя, видимо, не возьмешь. Ты же у нас как крепость.
От кого угодно, но от Ганны она такого не ожидала.
— Подожди, — нахмурила брови Ганна. — Что ты ему ответила?
— Он дал мне время на раздумье. Я собираюсь отказать. Если бы я тогда сделала это сразу, сейчас бы не тяготилась неопределенностью.
Подруга огорченно свела брови.
— Не торопись, все обдумай. Неужели он тебе ни капельки не нравится?
— Да, он мужественен, по-своему красив, — признала задумчиво Тиса. — В чем-то я даже восхищаюсь им, например, тем, как он владеет саблей, и управляет подразделением.
— Уважение — основа отношений, — вставила свое слово Ганна.
Тиса замотала головой.
— Его присутствие волнует меня. Но, это не любовь.
— Это же не из-за того, что твое сердце уже занято. Скажи, ты ведь не заинтересовалась вэйном?
— Боже упаси, — отмахнулась Тиса.
— Очень разумно, — одобрила Ганна. — Он слишком хорош для наших девиц. Боюсь, разобьет не одно сердце, и укатит назад в Крассбург.
Тиса замолчала. Ганна погладила плечо подруги:
— Витер, хоть и не идеал, зато надежен во всех отношениях. Знаешь, Тиса. Порою, мы сами не знаем, чего нам нужно для счастья.