Потерянные
Шрифт:
— Может вы и правы, — согласился Трихон.
Новобранец достал самокрутку и закурил, перегнувшись через перила. А он не такой уж и противный, подумала Тиса, косясь на профиль мальчишки. Некоторое время они молчали.
Затем Тиса кое-что вспомнила.
— Зачем ты пригласил меня на танец? — требовательно вопросила она. — Отец, что, дал новое распоряжение не отходить от меня ни на шаг?
— Вообще-то, хотел попросить у вас прощение, — произнес шкалуш, не глядя на девушку.
Тиса удивленно моргнула. Оставалось надеяться, что это не
— Я, возможно, был груб вчера и несколько…
— Это мне стоит просить прощения, — оборвала паренька Тиса. — Я вела себя, как настоящая злыдня. Да, и не надо смеяться. Хоть и запоздало, но хочу сказать спасибо. Ты своим появлением спас меня от волков в овраге. А я? Ведь я значительно старше, а значит, должна была быть терпимее и мудрее.
На последнем слове девушка вздохнула. Она провела по лицу рукой, все еще горячему. На лице шкалуша высветилось странное выражение, которое она не смогла никак трактовать.
Объявился Витер.
— Тиса Лазаровна, вот вы где, — старшина оттеснил собой шкалуша. — Еле от Климыча отделался. Старый пьяный болтун.
— Коляску приготовь к нашему выходу, живо, — шикнул он Трихону и подтолкнул новобранца пинком.
— Принести вам еще вина? — Витер повернулся к Тисе.
— Нет, спасибо, — невнятно произнесла девушка.
— Тогда, может быть, пройдемся? — Старшина указал рукой в сторону сада. — Прошу вас!
Тисе вдруг захотелось почувствовать на пылающем лице прохладу, которую обещала прогулка по саду, и она уступила. Только теперь, спускаясь по лестнице, девушка заметила слабость в ногах. Не надо было пить вино, хоть оно и удивительно вкусное. Прилегающая к террасе часть сада освещалась окнами первого этажа особняка.
За спиной звучала музыка. Веселье продолжалось. Тиса обернулась и заметила Трихона. Паренек стоял, прислонившись спиной к столбу, увитому плющом. Сложив руки на груди, он смотрел им в след. За спиной шкалуша Климыч что-то доказывал отцу.
В конце аллеи, Витер отступил к цветочной клумбе, находящейся в густой тени. В нос ударил аромат ночных цветов. Тиса подошла ближе, чтобы рассмотреть ковер смятых белых фиалок.
— Как вам вечер, Тиса Лазаровна? — спросил Витер.
Тиса поджала губу. Этот вопрос преследует ее в течение всей вечеринки. К счастью, Витер не стал дожидаться ее ответа, и продолжил:
— По мне, так слишком скучно, — Витер даже зевнул для наглядности. — Носятся с этим вэйном, как дурни со ступой. А что в нем особенного, спрашивается? Смазливая мордаха и мыльные пузыри. Фигляр, и только. Его бы в нашу часть, да саблю дать в руки. Поглядел бы я на него.
Витер мрачно усмехнулся, видимо, представив ситуацию. В черных глазах вспыхнул огонек.
— Как вы думаете, Тиса Лазаровна, выстоял бы он против меня? — Витер подошел ближе, вглядываясь в лицо девушки.
— Не знаю, — уклончиво ответила Тиса, подняв лицо к звездному небу.
— Я уверен, моя бы взяла, — Витер сжал рукоять сабли. — Как бы он успевал книжонку
Тиса засмеялась:
— И впрямь очень неудобно. В таком случае шансы на победу у бедняги маловаты, — вы же лучший фехтовальщик в части.
— Не знал, что вы меня так цените, — произнес Витер, он на миг коснулся плеча девушки. Но Тиса не усмотрела в этом опасности для себя, а зря. — У вас красивый смех, Тиса…
Витер быстро склонился, и губы девушки обжег поцелуй. Войнова отшатнулась, но старшина уже сгребал широкой горячей ладонью ее талию, не давая высвободиться. В другой бы раз Тиса выскользнула из ловушки, но вино явно ослабило ее реакцию. И где спасительная злость и негодование?
— Не смейте! Оставьте меня! — выдохнула Тиса, пытаясь упереться раскрытыми ладонями о грудь старшины.
— Признайтесь, Тиса Лазаровна, вы сами этого хотите. Иначе не улыбались бы мне весь вечер, — губы Витера снова оказались очень близко.
Послышались женские голоса. И Витер моментально отпустил девушку и отпрыгнул в глубокую темень под ветви деревьев.
— Мам, клумба здесь, — узнала Тиса голос Марики.
— А тут и впрямь дивный запах, — отозвалась Настасья Ефимовна.
— Дышим девоньки, дышим, — это голос Тамары Григорьевны Горчак. — Перед сном обязательно нужно гулять, дышать свежим воздухом. Я если не подышу…
Тамара продолжала тараторить. И Тиса впервые порадовалась говорливости женщины.
— Советую вам не попадаться мне на глаза, старшина, — проскрипела зубами Тиса в темноту, прежде чем присоединилась к проходящим мимо женщинам. Витер не сдвинулся с места. Бледным пятном светился в темноте воротничок его рубашки.
Глава 12
Снова в скалы
На кухне Тиса появилась к обеду. Отец передал, что сегодня обедает в солдатской столовой. Девушку это устраивало. Голова прояснялась по мере поглощения квашеной капусты.
Камилла крутилась на кухне и расспрашивала, как прошел вечер у Тонечки. Тиса коротко посвятила ее в события на приеме, умолчав о летающей вишне и непрошеном поцелуе. А еще о том, что она умудрилась вчера потерять одну из маминых шпилек. Тиса досадовала на себя. Наверняка, шпилька упала с ее головы во время танцев. Теперь придется спрашивать Тонечку: возможно, ее слуги нашли украшение и готовы отдать.
— Надо же! Какая должно быть красота! Дерево из воды! — пропела Камилла. — Так ты танцевала с вэйном?
— Да.
— Ох, и как он тебе?
Тиса скривила губы, но врать не стала:
— Танцует, как Бог. И наши девицы ему уже поклоняются, только лбом об пол не бьются.
Девушка закатила глаза. Она доела квашеную капусту. Перевернула тарелку, вылив остатки рассола в рот.
— А старшина Витер Дмитриевич?
Тиса нахмурилась:
— Что старшина?
Кухарка смутилась:
— Ну, он в последнее время частенько у нашего корпуса выхаживает под разными предлогами. Я же не слепая.