Последний враг

Григорьев Дмитрий Анатольевич

— Вот вам и вход в жилище древних туоров, — напыщенно произнес Хемса, — похожие ворота есть и в левых пещерах. Добро пожаловать!

За воротами начинался совсем иной мир. Стены и потолок были отполированы так тщательно, что казалось, с обеих сторон и, даже сверху, идут люди с зажженными лампами в руках. Это было необычное и жуткое зрелище. Страх не оставлял спутников Хамсы, но любопытство пересиливало и толкало вперед. Зеркальный проход вскоре привел в анфиладу пещер-комнат, с резными потолками, причудливыми колоннами и множеством дверей.

Кое-где встречались вплетенные в орнамент надписи на древнем языке Малого Народа. Комнат было столько, что Аму представил внутренности горы в виде застывшей ажурной пены. «Неужели все это сделали туоры?» — восхищенно подумал он. Аму слышал, что туоры были крепкими и низкорослыми, вдвое ниже обычных людей. Это подтверждали и низкие сиденья вокруг стен, и невысокие двери, и маленькие неудобные ступеньки на многочисленных лестницах.

— Не отставайте и не сворачивайте, — тоном наставника предупредил Хемса. — Всякое может быть… А вот и надпись. — Он повернулся к Аму. — Ты ведь хотел найти надписи Древних… Читай… — Он осветил фонарем балку над дверью и рассмеялся.

— Здесь были, — медленно прочитал Аму, — Тефнахт и Имут. Две тысячи восемьсот восемьдесят четвертый ир Нетона. Менс Сенмут, тай третий.

— Два ира тому назад, — разочарованно произнес Мес.

— Значит, мы не первые… — Аму грустно усмехнулся, и страх мгновенно исчез…

— Разумеется… Правда, по сравнению с левыми пещерами, сюда меньше ходят, но, — Хемса задумался, — тысяча-другая человек до нас прошла. А ты думал, это туоры лампы на входе оставили?

— Давайте и мы чего-нибудь напишем, — предложил Мес.

— Некогда. — В голосе Хемсы по-прежнему звучала ирония. — Аму сокровища Древних не успеет найти. Туоры — аккуратный народ, все сокровища с собой унесли. Так что одна надежда — на Древних…

— Ну, хватит, — перебил его Аму. — Что ни скажешь, ты начинаешь издеваться. Я же в пещерах первый раз. У нас в Уре их вообще нет.

— Тогда идем дальше.

Они переходили из комнаты в комнату, иногда путь преграждала высеченная из камня, уходящая наверх винтовая лестница; иногда — бездонный колодец; иногда комнаты соединялись сразу несколькими дверьми, расположенными на разной высоте. Аму подумал, что идут они уже не одну хору, что в этом бесконечном мертвом дворце и время умерло и что наружу они выберутся седыми стариками. То ли от этих мыслей, то ли от усилившегося холодного ветра, легкий озноб вновь охватил его тело.

Вдруг Хемса остановился. Впереди, вместо низкой двери, появились из тьмы большие резные ворота.

— Они похожи на входные, только гораздо больше… — произнес Мес.

— И приоткрыты. — Хемса подошел к ним и заглянул в щель. — Там, дальше, проход. Давайте передохнем. Пора заправить светильник.

— Может, это выход на другую сторону горы, — предположил Аму.

— Нет, это, скорее всего, конец города туоров. Дальше — пещеры Древних.

— Ты был в них?

— Был, но не в этих… Уверяю тебя, там тоже ничего не будет. Разве… сокровища древних, —

снова съязвил Хемса.

После небольшого отдыха друзья по очереди втиснулись в узкую щель и оказались в проходе, похожем на тот, что вел в город туоров. Не прошли они и сотни шагов, когда вдруг увидели, что впереди стены и потолок обрываются в сплошную тьму.

Это была огромная, то ли естественная, то ли искусственная пещера. Она была так велика, что свет растворялся в ее необозримой глубине.

— Пришли… — сказал Мес. — Поворачиваем назад?

Хемса подошел к самому краю обрыва и опустил лампу.

— Нет… Здесь ступени, смотрите…

Вниз вели большие, высотой в половину человеческого роста ступени. Лампа освещала всего лишь три верхних.

— Это уже не работа туоров, — произнес Хемса, — такого и я не видел.

— Будем спускаться? — спросил Аму.

— Будем. Но твой светильник оставим здесь, чтобы не потерять выход.

Они достали из мешка вторую лампу, заправили и зажгли ее. Затем Хемса лег на живот и, цепляясь за неровности камня, начал медленно сползать во тьму. За ним спустились остальные.

Ступеней оказалось всего девять. Дальше — ровный и сравнительно гладкий пол. При каждом шаге облачко пыли вылетало из-под ног и, подобно пушистому зверьку, пряталось во тьме.

— Хей! — весело закричал Мес.

И это со всех сторон отозвалось:

— Хей, хей, хей…

— Хееей! — закричали все хором.

И снова прогремело эхо.

А следом за эхом послышался шорох, стук одиноко падающего камня, который тут же утонул в грохоте обвала.

Обвал произошел где-то совсем рядом, и облако пыли, словно огромная волна, неожиданно появилось в тусклом свете масляной лампы. Оно налетело на людей и окутало их так плотно, что Аму видел вместо Хемсы, стоящего на расстоянии вытянутой руки, лишь тень и размытое световое пятно.

— Дышите через одеж… — закричал было Хемса, но кашель не позволил ему закончить фразу.

Когда пыль рассеялась, Аму заметил, что, помимо их лампы и слабо мерцающей лампы далеко позади, появился еще один тусклый и размытый источник света.

— Смотрите, — он указал пальцем туда, где в клубах еще не осевшей пыли горел зеленый свет, — смотрите!

Друзья нерешительно подошли к месту обвала. За грудой камней открывалась новая пещера, на одной из стен которой светилась надпись на незнакомом языке.

— Такого я не видел… — снова задумчиво произнес Хемса.

— Это — Древние, — прошептал Аму. — Истари…

Они пролезли в образовавшуюся дыру и оказались в узком, с обеих сторон заваленном камнями, тоннеле. Его стены были увешаны толстыми шнурами, а по дну тянулись две балки из неизвестного материала. Под надписью находилась вертикальная металлическая плита.

— Наверное, дверь, — прошептал Хемса, — откроем?

— Давай.

В нижней части плиты были маленькие колесики, которые, в свою очередь, стояли на металлических полозьях, прикрепленных к стене.