Последний враг
Шрифт:
— Скажите, досточтимый, — Аму с трудом выдавил улыбку и подумал: «Может, следовало обратиться „Досточтимая?“» — не заходило ли к вам в последнее время небольшое парусное судно, хефен, с двумя людьми из Ура?
— Нет, досточтимый, — словно передразнивая Аму, ответило чудовище.
— Я ищу своего отца, — пояснил Аму.
— Ну и ищи, досточтимый… — Голова привратника скрылась во тьме бойницы.
Аму снова постучал.
— Тогда я хочу поговорить с Уруманом, — обратился он к чудищу.
— Не о чем тебе с ним говорить, —
Лицо слуги на мгновение скрылось, а затем из бойницы высунулся арбалет. Через мгновение стальная стрела вонзилась в мачту над головой юноши.
— Убирайся, кому сказано! — Привратник снова прицелился.
Аму пришлось развернуть лодку и покинуть негостеприимный остров.
Юноша вновь оторвался от воспоминаний и посмотрел на море. Все те же рыбачьи лодки, тот же ровный, как лезвие ножа, горизонт… Он смотрел на море так часто и так внимательно, что линия горизонта стояла у него перед глазами даже по ночам, во сне.
И вдруг… Аму встрепенулся. Вдали возникла неясная точка. Парус! Он вскочил. «Отец!» Но вскоре радость сменилась разочарованием — судно было гораздо большего размера, чем хефен. Да и паруса были не белые, а золотисто-желтые.
«Торговый парусник, — определил Аму, — давно у нас не было торговых судов. Может быть, они что-нибудь знают об отце… Может, они подобрали отца в море…» — Догадки переполняли юношу и, как сухие ветки поддерживают огонь в очаге, поддерживали надежду в его сердце.
Тем временем корабль приближался. Это был трехмачтовый кумарон, о чем красноречиво свидетельствовала большая деревянная фигура нетонского бога торговли Кумара, украшающая нос. Паруса судна напоминали расцвеченные Таиром облака, которые опустились к воде и повисли на тонких реях. На мачтах развевались тианские флаги и вымпела Атуана. Аму с нетерпением ждал, когда можно будет разглядеть людей на борту.
Команда сворачивала паруса. Крошечные фигурки бегали по веревочной паутине. На мостике стояли двое: один, повыше, в зеленой одежде, — капитан, другой, в яркой многоцветной рубахе, по сравнению с которой и голубое небо, и лазурное море казались блеклыми, кого-то напоминал Аму.
«Сафр, неужели это — Сафр? — подумал юноша. — Тот самый атуанец, что купил шлем».
Корабль причалил, загремели тяжелые цепи, и, едва матрос отодвинул резную дверцу, Сафр, словно заправский моряк, легко перебежал по обшитому деревом, вылизанному до блеска солнцем и морем боковому скату борта на берег.
— Приветствую тебя, Аму, — торжественно произнес торговец, его улыбка была по-прежнему неприятной, но зубы! Все зубы были на месте.
«А вдруг это не Сафр? — мелькнуло в голове Аму. — Хотя чему удивляться… Если маги могут выращивать вместо отрубленных частей своего тела новые, то почему бы Сафру, простому торговцу, возможно имеющему дела с магами, не вырастить зуб?»
— Приветствую
— Я приехал для разговора с тобой, Аму.
— Что-нибудь об отце? — дрожащим голосом спросил юноша.
— А что случилось с твоим отцом? — Лицо Сафра приняло участливое выражение.
— Исчез в море. — Аму готов был заплакать.
— Расскажи, расскажи… Может, мои моряки видели…
— Здесь не место для разговора. — Юноше удалось взять себя в руки и произнести традиционное приглашение: — Прошу тебя посетить мой дом и разделить со мной обед.
По пути к дому Аму рассказал историю исчезновения отца. Затем они обедали. Полагающуюся после угощения беседу о погоде и затянувшемся штиле Сафр постепенно перевел в деловое русло:
— Я недавно поднимался по Туму, заезжал в Хат и разговаривал с Нахтом и Хемсой…
— Ну и как они?
— Нахт торгует, один из самых богатых людей Хата. А Хемса женился.
— Это я знаю, на дочери Ханта…
— Хант теперь один из главных управляющих.
— Да?
— И еще. У Хемсы скоро будет наследник…
— Что ж, это — хорошая весть.
— Твои друзья сказали, что у тебя есть интересующий меня товар.
— Какой товар? — недоуменно спросил Аму.
— Пояс. Древний пояс… Который вы тогда нашли. Я ведь собираю разные древние вещи.
— А, пояс. — На Аму неожиданно нахлынули воспоминания о давнем походе. — Извини, Сафр, но пояс не продается. Это — память о лучших днях моей жизни.
— Я хорошо заплачу.
— Я достаточно богат, Сафр…
— Я заплачу больше, чем за шлем.
— Нет, Сафр…
— Напрасно. Подумай… Может, ты его обменяешь на что-нибудь?
— Нет, мне ничего не нужно…
— А если я найду Сехема?
— Найдешь отца? — В голосе юноши послышалась надежда. — Найдешь отца, пояс — твой.
— Вот и хорошо, — Сафр обнажил зубы в улыбке, — прямо сейчас и отправлюсь на поиски.
— Я говорил, мы его уже искали… Я пойду с тобой…
— Нет, Аму.
Аму не стал спрашивать о причинах отказа Сафра. «Странный человек. И ведет себя странно… Но, может быть, именно ему суждено найти отца?»
Аму проводил торговца до корабля, и, лишь тот поднялся на борт, прозвучал сигнал к отправлению, и загремели цепи, поднимая тяжелые якоря…
Сафр смеялся. Сафр ликовал. Все шло так, как он задумал. Оставалось одно: вернуть Сехема домой и взять пояс у благодарных родственников… Маги хорошо платят. Их власть — его богатство. А богатство — не меньшая власть. Сафр верил поговорке: «Золото и колдуна переколдует».
Корабль держал курс на остров Урх. Хозяин острова с нетерпением ждал купца. Он расхаживал по плоской крыше Башни Тишины и всматривался в горизонт.