Порядочный хаосит

Форми Киная

Штуковина заковыляла по направлению ко мне быстрее. Я отбежал.

— Какого штиля тебе надо? Ты говорить умеешь? А? Ногач-шкурник?

«Это» издало серию щелчков, и внезапно присело. Затем ноги «ногача» распрямились с треском, и он прыгнул по направлению ко мне, растопырив свои странные руки.

Я с трудом отскочил, и, сохраняя расстояние, заплясал по берегу.

— Не догонишь!

Монстр повернулся ко мне и снова присел.

— Ногач руколисый!

Я увернулся от ещё нескольких прыжков. Мне начало казаться, что я играю в догонялки

с неуклюжим взрослым. Мы скакали по поляне, и я непрерывно выкрикивал дразнилки, войдя в раж.

Страха не было. Ногач прыгал и даже бегал, но не очень хорошо. Его не составляло труда обмануть, или обогнать. Пока что.

Тут я запнулся о корень и упал на бок. Ногач подскочил ко мне, присел, гулко ухнул и схватил меня за ноги твёрдыми деревянными пальцами.

— Я в домике! — заорал я мёртвой бобриной голове, складывая руки крестом перед грудью.

И он остановился. Разочарованно взмахнув лисой и волком, он начал ходить туда-сюда по поляне. Затем застыл столбом.

Я, продолжая удерживать руки перед грудью и уповая на один лишь этот защитный жест, перекатился на колени и встал на ноги. Осторожно подошёл к Ногачу. В голове билась только одна мысль: «он схватил меня за ноги, чтобы… что»?! У этого парня только ноги были деревянными, а все остальное в мертвых кусках плоти — лучше не будем думать о том, зачем ему мои ноги.

Ногач застыл, медленно, со скрипом вращая головой. Вблизи он оказался не таким большим — примерно, мне по плечо. От шкур тошнотворно несло мертвечиной. Хорошо, может быть, всё же, не стоило смотреть двумя глазами на Якшар.

Я присел, разглядывая его нижние конечности. Деревянные суставы, круглые сочленения. Где-то я уже видел такие ноги, но где? Ну точно! Это же один в один портновский манекен из того магазина, где я недавно заказывал одежду! Сложный, полноразмерный манекен с подвижными руками и ногами, который меня так восхитил! Какая ирония: сегодня он меня тоже восхитил, пожалуй. Если не сказать больше.

Я привстал. Значит, под этими тушами скрывается полностью деревянное тело. Очевидно, это оживлённый. Воздействие великой эссенции хаоса в некоторых случаях дает жизнь ранее неживым предметам — например, если пролить эссенцию на стул, может случиться так, что стул начнёт скакать по комнате. Кутхские мастера создавали одушевлённых големов и какими-то хитрыми способами приручали их. Но кому могло понадобиться в этих пустошах вливать эссенцию в манекен? Я знал, что, скажем, живое оружие — столько же своенравно, сколь и могущественно. Оно может даже обратиться против своего собственного хозяина.

Однако, манекен — не оружие, это вещь, созданная, чтобы служить людям. Оживление не может сделать его агрессивным. Но зачем тогда на нем эти трупы? Зачем он ловит меня?

— Братишка, ты же, наверное, одеться хочешь? — осенило меня.

Изнутри мёртвого бобра послышался тоскливый скрип.

— Погоди, не лови меня. Стоп игра. Я тебе штаны дам. Хорошо? Стоп игра.

Монстр издал очередной скрип. Согласие? Я, конечно, не кутхский погонщик

големов, но в конце концов, чего мне терять, кроме собственных штанов — или собственной жизни, если я неверно понял его желания. Впрочем, моя жизнь сейчас выглядела так же незавидно, как и штаны.

На всякий случай отойдя на десяток шагов, я быстро стянул с себя штаны. Однако, не жарко. Монстр — ну, скорее, уже манекен — скрипя суставами, подошёл ко мне и медленно протянул просительным жестом ко мне деревянную ладонь.

Я вложил в неё грязную, драную и измазанную смолой деталь моего парадного облачения.

Он аккуратно расправил их и бережно надел. И застыл в позе манекена, выставив одну ногу вперед и упираясь рукой в бок. Гордый, сильный, ужасающий. Но, кажется, более не опасный для меня.

Я усмехнулся. Видели бы сейчас Ройта Айнхена Великие Архонты: посреди леса, без штанов, зато в компании живого манекена, одетого в трупы мёртвых животных. Жаль, что рассказать обо всем этом мне вряд ли удастся. Если в пустошах нападения непонятных тварей случаются с такой же периодичностью, как в мой первый день, долго я не протяну. Прочь дурацкие мысли, Ройт!

Я сел, натянув на колени куртку. Якшар начала заходить за край леса, но небо, кажется, уже светлело. Видимо, я проспал всю ночь — и неудивительно: последнюю пару дней мне едва ли удавалось выспаться. Манекен стоял, покачиваясь и пощёлкивая.

Я старался всё время держать в поле зрения моего нового знакомого. Но тот, похоже, потерял ко мне всякий интерес. Признаться, было даже несколько обидно. Я ведь ему буквально последние штаны отдал.

Однако, выходило, что где-то в обозримой близости здесь есть поселение, рассудил я здраво. Ведь этот деревянный пришел откуда-то, а не самозародился из пня. Конечно, теоретически оживлённый мог шататься по лесу годами, ведь вода и пища ему не нужны, но туши на нем были относительно свежие.

— Эй, Ногач! — новое имя присвоилось как-то само собой. — А ты сам откуда?

В ответ до меня донёсся скрип.

— Ты пришел сюда сам?

Полагаю, это был утвердительный скрип? Кррр-ццц — означает "Да?" Или, быть может, это вводное слово? Попробуйте понять своего соседа, если он изъясняет свои мысли, раскачиваясь на скрипучем стуле. Хаос, просвети мой ум.

— Там, откуда ты пришел, много таких же, как ты?

Непонимание.

— Как я?

Похоже, что так.

— Слушай, а почему ты от них убежал, приятель?

— Цц, — Цак-цак, скр-скрррр, цак! Скррры! Цак, цак-ццц! Кррр — Цак!

Наверняка увлекательная история!

— Ты знаешь, как туда идти?

Не понял вопроса. Или не хочет идти?

— Ты меня нашел?

Непонятно.

— Найдешь таких же, как я?

— Скырррлы!

Найдет! Клянусь Высоким Солнцем, я начинал понимать его! Он как-то чувствовал людей — или, может быть, их одежду? Неважно! Важно, что он знал, как найти таких же. Вот это удача!

— Слушай, Ногач, давай ты доведёшь меня до людей, а я найду для тебя одежду?