Полина

Сиваков Александр Владимирович

Вряд ли мальчик знал, что такое "гуру", но он ничего не спросил.

Некоторое время мы шли молча.

– Не хочу быть инженером! – Вдруг сказал Мишель. – И трёх детей не хочу! Вообще ничего не хочу из того, что ты говорила.

– Тогда чего же ты хочешь? – Полина не смогла сдержать интерес. – Славы? Денег? Чего-то ещё?

Мишутка задумался, чем слегка удивил собеседницу. Ей казалось, что он скажет "Ты что – дура? Машину времени я хочу построить!", но он надолго задумался.

– Не знаю, чего я хочу, – наконец, признался мальчик. – Чтобы меня все знали – было бы,

конечно, неплохо. Да и деньги бы не помешали. Только мне всё это не очень-то нужно. Мне проще казать, чего я не хочу. Вот того, что ты говорила, я точно не хочу!

– Чем тебе не нравится? Процентов девяносто пять людей дали бы многое за спокойную и размеренную семейную жизнь.

– Девяносто девять!

– Откуда такая точность?

– Одним процентом быть приятнее, чем пятью.

Полина рассмеялась. Чувство юмора у её сводного брата, оказывается, не просто есть, а оно очень даже на уровне.

Кстати – точно! До сих пор она не представляла, как про себя можно называть мальчика. Просто знакомым – язык не поворачивается. До родного брата не дотягивает, как ни крути. А вот сводный брат – это в самый раз.

– Ну так чего? – Уныло спросил Мишутка, не зная, что несколько секунд назад стал родственником самой Полины Германовны Ивановой.

Она до того расчувствовалась, что едва вспомнила, о чём они разговаривали совсем недавно.

– Я бы могла посоветовать тебе почитать биографию Горского, но вряд ли ты там найдёшь что-нибудь дельное. Хотя Александр Викторович и был гением, но о его личной жизни практически ничего не известно.

– Жаль.

– Ладно, так и быть, – смилостивилась девочка, – слушай программу-минимум. Во-первых, тебе нужно перейти от практики к теории. В школе как учишься? Отличник?

– Не, на четвёрки.

– Это плохо. Тебе нужно стать отличником. И не только в математике, физике, химии и прочих точных науках, но и во всех остальных. Не знаю, как у вас тут на Цитрее, но на Земле всегда ценилось не столько само образование, сколько интеллект и общий кругозор. Вот, допустим, ты, разбираешься в электронике, но "плаваешь" в истории и политологии. Как тебя можно назвать образованным человеком?

– Ну-у, да, – был вынужден признать Мишель.

– После того, как станешь отличником, точнее, во время этого процесса, тебе нужно перерыть все библиотеки и разыскать все возможные материалы по физике пространства-времени. Особенное внимание удели трудам Андрея Андреевича Фурмана, я тебе о нём только что рассказывала, работам его коллег и последователей.

Можешь создать в Интернете свою страничку и публиковать небольшие отрывки из прочитанного, пересказанные своими словами. Ничего нового ты не напишешь, но, учитывая твой возраст, если какой-нибудь специалист случайно наткнётся на твои конспекты – можешь считать, что путь в большую науку тебе открыт. Если же твою страницу не заметят, что вероятнее всего, то хоть научишься связно выражать свои мысли – и то хорошо. Поступить тебе нужно – во что бы то ни стало – в самый престижный здешний ВУЗ. Представляешь, о чём я?

– Ага!

– Тогда слушай дальше. Как я уже сказала, женишься ты рано, что не очень хорошо. Если в самом

деле хочешь устроить научную карьеру, чем позже это случится, тем лучше. И, надеюсь, жена не будет препятствовать твоей карьере. При должной расторопности, уже в ВУЗе ты сможешь начать серьёзную работу, главное, чтобы твоё рвение заметили преподаватели. Учись притворятся, Мишутка – в жизни это пригодится. Занимайся не тем, что тебе интересно, а тем, в чём заинтересованы твои руководители. Это даст тебе возможность роста. А дальше – аспирантура, научная степень, собственная лаборатория – и возможность вести любые исследования, какие только захочешь. Хоть машину времени придумывай – этому никто препятствовать не станет.

Мишель задумался.

– Что, – усмехнулась Полина, – не готов всю свою жизнь положить на алтарь науки?

– Я никогда не думал об этом такими словами.

– "Такими категориями" – поправила его подруга. – А ты подумай. Зачем тебе машина времени? – Перешла она на инквизиторский тон.

Мальчик надолго задумался.

– Ну, – наконец, сказал он, – никто не смог построить, а я построю.

– Самое обычное пошлое честолюбие?

Мишель ничего не понял, но на всякий случай кивнул.

Полина вздохнула:

– У тебя хоть есть, перед кем выпендриваться?

– Это как?

– Хвастаться будешь перед друзьями, родственниками и знакомыми?

Мальчик застенчиво согласился.

– …и вообще перед всеми, – добавил он.

– Перед всеми? Эк ты загнул!

ГЛАВА 34

Ребята вышли из леса совсем не в том месте, куда в него заходили. Полуразрушенные деревянные домишки сменились пейзажем заброшенной промзоны: бетонные заборы, кучи строительного мусора, длинные коробки заводских корпусов…

– Я когда первый раз тут проезжала, мне показалось, что на Цитрее до сих пор война идёт, так тут всё запущено.

– Война давно кончилась, но вот потом у нас наступил экономический кризис – и два больших завода в Жарденроз закрылись.

– Вы хотели независимости – вот и получили её по полной программе, – объяснила Полина. – Вы ведь не захотели подчиняться нашим Навигаторам – они и оставили Цитрею на самообеспечении – что сможете вырастить, то и будете кушать, что сможете собрать на заводах, тем и будете пользоваться. С одной стороны, всё честно, но с другой…, – Полина остановилась перед большущей лужей, сначала хотела перепрыгнуть, но потом принялась осторожно обходить по краю. – Мишутка, я тебе сейчас скажу одну вещь, но ты только никому больше не говори. Договорились?

– Ага, – обрадовался мальчик и с интересом принялся ждать продолжения.

– До сих пор я говорила тебе только то, что должна говорить благовоспитанная дочка земного Сенатора. Только я не совсем благовоспитанная, точнее – совсем не благовоспитанная. Скорее наоборот.

– Это почему же? – Насторожился Мишель.

– Потому что в своё время читала статьи Митниковой и любила думать СВОЕЙ, а не чужой головой. – Полина сделала паузу, чтобы перевести дыхание. – Поэтому я сказала тебе то, что должна была сказать, а думаю я совсем по-другому.