Полина
Шрифт:
Девочка ещё сильнее ухватила спутника за руку и заискивающе поинтересовалась:
– Ты мне ещё мороженого купишь, а? Оно мне понравилось. Очень даже вкусное было…
– Знаешь, я, кажется, вспомнил, что случилось…
Полина помрачнела, высвободила свою ладонь:
– Теперь ты на меня жутко злишься, да?
– За что?
– За то, что я тебе столько гадостей понаговорила. Подумать только: довела тебя до потери сознания! Никогда себе этого не прощу!
– Я сам виноват! – Буркнул
– Зря ты так на девочек наговариваешь, – снова не сдержалась Полина. – Я, к примеру, за всю свою жизнь ни разу не упала в обморок.
И сразу вспомнила, как она чуть не упала в обморок в космопорту. Но ведь не упала же – так, потеряла сознание на несколько секунд, потом всё обошлось.
– У тебя просто никогда не было приятелей, которые говорили бы тебе всё, что думают.
– Ага, как же, много ты знаешь…, – начала Полина и осеклась. Она вдруг поняла, что ответить нечего. Мишутка попал в цель. Почему – второй вопрос. То ли это случилось совершенно случайно, то ли он наконец уяснил статус Полининого отца и понял, что вокруг неё только те люди, которых она сама считает нужным держать около себя.
– Извини, ты полностью прав. Таких людей у меня в самом деле нет. А я в самом деле поступила совершенно по-скотски.
Если бы Мишель знал свою спутницу чуть лучше, то по этим словам сразу бы понял, насколько виноватой та себя чувствует. До сих пор в жизни Сенаторской дочери было всего два человека, перед которыми она могла извиняться – её отец и Красная Шапочка – виртуальная директриса школы Навигаторов. Теперь вот появился третий.
– Да ладно, чего уж там…
– Ты меня простишь?- Допытывалась девочка.
Мишель взглянул на её обеспокоенную гримаску и широко улыбнулся:
– Уже простил… А откуда ты узнала?
– Что?
– Ну, о чём ты говорила…
– Ниоткуда. Я тебе наболтала всякой ерунды – ты и поверил! Я просто позлить тебя хотела!
– Ты не такая вредная, чтобы просто захотеть меня позлить, – робко заметил Мишель.
– Если это комплимент, то спасибо.
– А всё-таки?
– Хорошо. Я скажу, чего я хотела, – решилась девочка. – У меня было самое христианское желание сделать всё от меня зависящее, лишь бы ты не закончил свою жизнь так, как я это экстраполировала.
Она вполне могла бы сказать это на китайском или, к примеру, на древнегреческом – Мишутка понял бы ровно столько же.
– Это как?
– Знаешь, что такое экстраполяция?
– Нет.
– А ещё техникой занимаешься! – Укорила его Полина. – Таких примитивных вещей не знаешь! Экстраполяция – это моделирование. Вот, смотри, – Полина схватила прутик и нарисовала
– Здесь! – Ткнул в землю пальцем Мишель.
– Верно. – Девочка нарисовала в указанном месте последний крестик и отбросила прутик в сторону. – Это и называется экстраполяцией. Когда ты знаешь, где первые три точки, то можешь предположить, в каком месте будет следующая.
– А при чём тут это?
– Я посмотрела, как вы тут живёте, немного пообщалась с тобой и вслух прикинула, как у мальчишки твоего склада характера и твоего склада ума может развиваться биография.
– В смысле, ты всё придумала? – Вскинулся мальчик. – Про диссертацию, детей, что жизнь растопчет… и всякое такое?
– Об этом я тебе и говорю!
– А откуда ты узнала, сколько их будет? И что первый мальчик будет?
– Просто предположила.
Мишель долго размышлял, наконец, качнул головой:
– Не верю.
Полине вдруг стало смешно:
– Почему?
– Ну-у, у тебя такие глаза были, когда ты это говорила…
– Какие? – Подозрительно сощурилась дочка Сенатора. Это получилось так выразительно, что Мишутка передёрнулся.
– Словно у прорицательницы какой-нибудь.
Полина фыркнула:
– Слишком мало хорошего ты в этой жизни сделал, чтобы у тебя просто так карманная пифия появилась. Это ещё заслужить нужно… – И тут же перебила сама себя. – Только не спрашивай, кто такая пифия
– А как бы ты стала делать на моём месте?
– Я тебя перестала понимать.
– Ну, ты в самом начале сказала, что не стала бы собирать старые детали… и всякое такое… Когда мы о машине времени говорили…
– Думаю, тебе такой вариант не пойдёт.
– Это почему же?
– Потому.
– Ты прямо как какая-то детсадовка отвечаешь! – Обижено пробурчал Мишутка.
– Спасибо за комплимент, – невозмутимо отозвалась я. – Любой женщине приятно, когда преуменьшают её возраст. А ты сделал меня аж в два раза моложе, чем я есть.
– А всё-таки?
"Вот ведь прицепился!" – Подумала девочка. А ведь что-то отвечать нужно, невзирая на то, что в голове – ни одной дельной мысли.
– Не буду я тебе ничего говорить!
– Почему?
– У тебя глаза слишком…, – она запнулась, не находя нужного определения.
– Это какие же у меня глаза? – Насторожился Мишутка.
– Решительные, вот какие! – Докончила дочка Сенатора. – Будто всё, что я тебе сейчас скажу, ты будешь выполнять денно, нощно, без всяких перерывов на сон и еду.
– Точно!
– Поэтому я тебе ничего не скажу. Мала я ещё, и духовно, и физически, чтобы быть чьи-то гуру.