Покровитель
Шрифт:
– Что–то случилось, Ария?
Я горько усмехнулась и продолжила ковыряться в тарелке.
– Серьезно? Эти две недели я провела не с тобой, а с твоим охранником. Если так будет и в следующий раз, когда мы приедем, то лучше вовсе не ехать, смысла нет.
Кан отложил вилку и потер виски.
– Черт, вот я идиот. Ария, прости. Мне правда нужно было меньше работать, но пойми, все, что я делал, было тебе на благо.
– На благо? Ты считаешь, что мне сейчас очень хорошо от того, что я провела
Я взяла вилку и продолжила ужинать.
Над нашим столиком словно появилась тучка с дождем и грозой, какие иногда бывают в мультиках. Да уж, пример не из лучших, но это все, на что я сейчас способна.
До номера мы тоже шли в полнейшей тишине, а войдя в него, я закрылась в ванной. Около часа просидев в теплой воде, мое негодование и обида куда–то улетучились.
Когда я вышла, Кан уже мирно спал прямо посередине кровати. Он делал так каждую ночь, потому что знал, что я могу упасть с кровати, если лягу подальше от него. Мне приходилось ложиться рядом с ним, он обхватывал меня, прижимал к себе и не отпускал до утра.
И снова он так сделал. Я оказалась в его крепкой хватке сразу же.
Повернув голову, я аккуратно поцеловала его. Его губы были мягкими, и от него шел запах душистого мыла.
Кан вдруг ответил на поцелуй и прижался ко мне еще плотнее.
– Прости, Ария. Я все испортил.
– Тише, лучше поспи, – ответила я ему и снова поцеловала.
Как же легко мы прощаем людей, которые заставляют нас страдать… А все почему? Неужели мы настолько сильно любим, что готовы простить все и даже больше?
Порой любовь – совсем не счастье, порой любовь – кошмарное мучение, хотя и не всегда. Но так или иначе…оно того стоит.
Глава 15
Воссоединение семьи
– Некоторые источники утверждают, что ты гораздо моложе, Ария. Что скажешь об этом?
– Да, это так. Мне исполнилось восемнадцать меньше месяца назад.
Рыжеволосая журналистка посмотрела на меня и сделала заметки в своем блокноте.
– А встречаетесь вы с осени? Расскажи о вашем знакомстве и начале отношений, пожалуйста.
– Да, мы познакомились, когда мне еще было семнадцать. Я совершенно случайно попала к нему. Тогда у меня была непростая ситуация. Я осталась без крыши над головой и без куска хлеба. Каннахен помог мне: дал работу, поселил к своему другу. И он, и Эндрю сделали для меня даже больше, чем стоило бы. Эти два парня стали моей семьей, они замечательные. А начало наших отношений было довольно странным. Я думала, что иду на деловой ужин, но в итоге оказалась с ним на свидании. Он поцеловал меня, и я растаяла. Перед ним сложно устоять, – я подмигнула журналистке и та засмеялась.
– Ты называешь его «Каннахен», по фамилии. Почему не по имени?
–
– Она сказала, что мы будем на обложке, это здорово. Очень милая девушка, она мне понравилась, – улыбнулась я, когда мы, наконец, устроились в салоне самолета.
– Журналисты зачастую жуткие подлизы. Никогда не поймешь, их вежливость – это искренне или притворство, – пожал плечами Кан, перебирая мои волосы.
– Я так рада наконец вернуться домой, – лучезарно улыбнулась я, уже планируя поход по магазинам с Викторией и прогулки по весеннему Чикаго.
Рука Кана остановилась. Он повернулся ко мне и внимательно посмотрел на меня.
– А что ты скажешь, если мы на какое–то время слетаем еще кое–куда?
– Ну–у–у…смотря куда, – пожала плечами я.
– В Торонто, к моей маме.
– Ты ведь уже все решил, верно? И мы уже летим туда?
Кан кивнул и улыбнулся, нежно проводя рукой по моим волосам.
– Я уверен, моя мама будет в полном восторге от тебя.
Я вздохнула:
– Очень на это надеюсь.
Когда я проснулась, мы уже были в Торонто. Внутри меня все начало слегка трястись от страха, но я пыталась убедить себя в том, что все будет хорошо, и я правда понравлюсь маме человека, которого люблю.
Мама Каннахена жила в красивом и элегантном двухэтажном белом доме с синей кровлей крыши и синими ставнями. Перед домом находился очаровательный, полный света, сад с цветами и стрижеными кустами.
Не знаю, делала ли это все она сама, но выглядело очень впечатляюще красиво.
Мы прошли по мощеной дорожке к полукруглому крыльцу и Кан постучал в дверь. Мое сердце забилось еще сильнее, чем прежде.
Быстрыми движениями я поправила волосы и одежду, словно это помогло бы мне выглядеть лучше после самолета.
Когда открылась дверь, нас встретила женщина с изумрудно–зелеными глазами, какие были у Кана. Женщина была невысокого роста и слегка полненькой. Русые блестящие волосы были собраны на затылке, а редкая челка аккуратно закручена.
Женщина протянула руки к сыну и широко улыбнулась.
– Джек! Как же я рада тебя видеть! – Кан обнял маму, а когда отстранился от нее, положил руку мне на талию.
– Мама, это та самая Ария. Ария, это моя мама, Катрин.
Катрин посмотрела на меня с таким восторгом, что мне даже стало немного не по себе.
– Ария, приятно с тобой познакомиться. Я даже не ожидала, что Джек когда–нибудь приведет домой девушку. Не говоря уже о сегодняшнем дне, – женщина засмеялась, – Какая же ты красавица!