Покровитель
Шрифт:
– Предлагаю сходить прогуляться! – сказала Викки после праздничного ужина.
– Я только «за». Устала сидеть в четырех стенах. Пойду переодену штаны.
Я побежала в комнату и сменила пижамные штаны на любимые черные джинсы. В прихожей я одела свое белое пальто и застегнула его на все пуговицы. А еще Вик одолжила мне свои полусапожки на каблуке. Я не очень сильно любила каблуки, поэтому и не стала забирать такую обувь из дома Кана.
Мы вышли на улицу и тут же несколько снежинок упали мне на лицо. Как же я люблю
Мы дошли до парка, где было немного темнее, чем на тротуаре из–за небольшого количества фонарей.
Вдруг где–то вдалеке показался мужской силуэт. Он как будто держал что–то в руках. Силуэт приближался к нам с каждой секундой. И тут я разглядела в нем Кана. А в руках он держал огромный букет самых разнообразных цветов.
Все мысли вылетели из моей головы. Я просто хотела скорее обнять его.
Я со всех ног побежала к Каннахену. Он сходу поймал меня, крепко обнял и закружил в воздухе. Это словно была сцена из мелодрамы, в которой возлюбленные встречаются после долгой разлуки.
Кан поставил меня на землю и прижался своими губами к моим. И снова я растаяла в его объятиях.
– Ария, – прошептал он мне в губы, – Ария, умоляю тебя, не оставляй меня больше.
Я отстранилась от Кана и посмотрела на него. В тусклом свете одинокого фонаря я заметила слезу, скатывающуюся с его щеки.
Боже.
Я никогда не видела, как плачет парень. А его слеза была из–за меня. Я причина этому.
Мое сердце болезненно сжалось.
Я стерла эту слезу с его щеки и еще раз поцеловала.
– Я люблю тебя, Ария Мейб, – пошептал Каннахен, – Я влюбился в тебя с первого же взгляда на тебя, с первого же слова, которое ты произнесла, с первым же твоим смехом и с первой же твоей слезинкой. Я влюбился в тебя без памяти. А когда ты ушла от меня… ты забрала мое сердце с собой. И это было больно. Не повторяй этого больше. Никогда. Я очень сожалею о том, что наделал, я ненавижу себя за это и я готов извиняться перед тобой остаток наших дней. Но я хочу, чтобы остаток наших дней мы провели вместе. Ты просто не…
– Да замолчи ты уже, дурак, – засмеялась я и снова поцеловала Кана, – Я тоже тебя люблю.
Когда мы, наконец, закончили эту «мелодрамную сцену», нас осенило, что Викки и Эндрю ушли, а бедный огромный букет лежит на земле.
Я подняла букет и взяла Кана за руку.
– Боже мой, Ария! – воскликнул Каннахен, я сразу же перепугалась, – У тебя пальто застегнуто!
Я несколько секунд смотрела на парня с нейтральным выражением лица, а потом засмеялась во весь голос.
– Ты такой… Ох, Ка–а–ан! Зачем же так пугать?! – я залилась смехом еще больше.
– Прости, я не хотел, – лучезарно улыбнулся Кан, – Пойдем домой. Сегодня же Рождество, а ты еще не получила подарок от меня.
– Я заинтригована.
Спустя
Тут ничего не изменилось с тех пор, как я уехала, хотя прошло чуть меньше недели. А казалось, что я не была тут вечность.
Я, как обычно, сняла обувь и пальто, а Энн, экономка Каннахена, забрала его у меня. Так приятно было вернуться к тому, что было раньше.
Кан взял меня за руку и повел в гостиную. Там стояла огромная елка, украшенная миллионами огоньков, а над камином висели три носка, которые все поднимали мне праздничное настроение.
На диване сидела Виктория, а на полу, рядом к ней, пристроился Эндрю. Кан усадил меня к Эндрю, а сам пошел к елке.
Это была еще одна картина из фильма, но на этот раз из семейного, где царит уют и любовь.
– Чур сначала подарки от меня! – радостно воскликнула Виктория.
Кан усмехнулся и достал первый подарок из–под елки.
– Это для Эндрю, – ему досталась большая почти плоская коробка, – Это мне, спасибо Виктория. А это для Арии.
Кан передал мне довольно большую коробку, чему я удивилась, ведь мы с Викки были знакомы не больше недели, а она подарила мне такой большой подарок.
– Теперь от Эндрю, – Кан раздал подарки от Эндрю и его подарок для меня был не очень большим, но и не легким, что заинтриговало меня. Настала очередь подарков Каннахена. Подарок для меня он оставил напоследок, – Ария, твоего подарка нет под елкой, но ты найдешь его наверху. Я долго думал, чего бы ты хотела, а потом понял, что ты не та девушка, которой нужно дарить золото и бриллианты, ты та кому нужно что–то более ценное. Тебе нужна настоящая жизнь. Такая, чтобы ни о чем не сожалеть, а только радоваться.
Я поднялась с пола, подошла к Кану и обвила руками его шею.
Его губы накрыли мои, и я снова забыла как дышать, я снова таяла в его руках.
Еще в Денвере я думала о том, что не хочу никаких материальных подарков. Я хочу воспоминаний. И Кан думал в правильном направлении, зная меня. Это было очень ценно для меня.
Когда Викки и Эндрю ушли домой, мы с Каном решили пойти спать.
– Ария, ты не хочешь сегодня переночевать в моей комнате? – спросил Кан и затем добавил, – И не только сегодня.
Я вопросительно посмотрела на него:
– То есть ты хочешь, чтобы мы жили в одном доме, спаси в одной кровати, как пара с серьезными отношениями?
Парень улыбнулся мне.
– Ну, у нас ведь серьезные отношения. Так почему бы нет?
– Ладно. Можно я только умоюсь и переоденусь в своей комнате?
Кан молча кивнул и пошел в свою комнату.
Я быстро умылась, вытащила из шкафа атласную пижаму, состоящую из топа и шорт, переоделась и пошла к Кану.
Аккуратно постучав в дверь, я вошла.