Покровитель

Лакиза Лена

– Подожди еще немного и сама все увидишь, – загадочно улыбнулся парень.

Пока мы ехали в секретное место, в секретном городе, мне стало довольно–таки жарко, так что я сняла свой длинный кардиган и осталась в одних шортах и топе. Тут явно было теплее, чем в Чикаго.

Вообще меня не мог не радовать тот факт, что в пригороде весна наступала раньше, чем в самом городе. Хотя, скорее всего, так было потому, что уборщикам платили не мало денег за то, чтобы они убирали весь снег, даже несмотря

на то, что снега не всегда было много.

Благодаря тому, что снег убирали, с приходом весны на улицах не было слякоти и почти не было луж, так что я спокойно могла ходить в кедах и босоножках.

И теперь, вместо того, чтобы застегивать пальто, мне приходилось застегивать пуговицы на кардигане или одевать теплые свитера. Разумеется поп просьбе зануды Каннахена.

– Закрой глаза, – сказал мне Кан, продолжая хитро улыбаться.

Я зажмурилась и на всякий случай прикрыла глаза рукой. Дальше мне пришлось довериться Каннахену.

Машина остановилась, дверь открылась, и в салон ворвался теплый соленый воздух, словно прибрежный. Это еще больше меня заинтриговало.

Кан помог мне выбраться и поставил прямо перед собой. Я почувствовала это по его дыханию, которое слегка щекотало мне кончик носа.

– Я возьму тебя на руки. Не вздумай открыть глаза.

Буквально через секунду мои ноги оторвались от земли, и я оказалась в крепких объятиях Кана. Сразу после этого с моих ног слетела обувь. Я слегка вскрикнула от неожиданности.

– Не волнуйся, это часть плана, – засмеялся парень. Его несомненно позабавил мой небольшой испуг.

Кан двинулся вперед. В какой–то момент я почувствовала, что ему стало немного тяжелее идти, но он продолжил. Спустя пару минут Кан остановился и медленно опустил меня на землю.

И тут я почувствовала теплый песок под ногами. Он тут же окутал мои ступни, как самое мягкое пуховое одеяло на свете.

– Можешь открыть глаза, – прошептал Кан позади меня, и обвил мою талию руками.

Я медленно открыла глаза и увидела перед собой…океан. Я была на пляже.

– Добро пожаловать в Лос–Анджелес, малышка.

Мне пришлось прикрыть рот руками, чтобы не завизжать от восторга.

– Ты сумасшедший! Но я тебя обожаю! Боже, это лучший день в моей жизни!

– Нам нужно поесть чего–нибудь, а потом пойдем в наш отель. За завтраком ты еще раз сто назовешь меня сумасшедшим, я уверен.

Каннахен чмокнул меня в щеку, взял за руку и повел обратно к дороге. Он помог мне одеть мои кеды, а затем сказал охраннику оставаться тут.

Мы нашли небольшой ресторанчик с видом на пляж и сделали заказ.

– Так почему же я должна назвать тебя сумасшедшим? – спросила я, наливая холодный чай из кувшина.

– Расскажу тебе наши планы на следующие две

недели. Я снял номер в отеле на неделю. Ты можешь ходить там на массажи, маникюры и вообще куда тебе вздумается. Все оплачено. Это твоя неделя и ты будешь отдыхать.

– А дома я будто не отдыхала, – с улыбкой пробубнила я. Кан посмотрел на меня, и в его взгляде читалась нотка укора.

– Ровно через неделю мы летим в Нью–Йорк на открытие галереи и интервью. А потом возвращаемся домой и живем долго и счастливо. Как тебе такой план?

– Я уже говорила, что ты сумасшедший? – я помотала головой с широкой улыбкой на лице.

Наш отель находился на склоне, с которого был виден пляж. Номер был очень красивым (это было даже не удивительно), хотя и не очень большим. Спальная зона, ванная и балкон, вроде ничего особенного, но с балкона открывался чарующий вид на море.

Хотела бы я тут поселиться…исключительно ради моря.

– Итак, что мы будем делать сегодня? – спросила я Кана, когда тот закрыл двери за швейцаром, который занес наши чемоданы. Видимо Кан очень хорошо все продумал и сам собрал вещи для поездки.

– Лично я хочу любоваться тобой. А тебе я предлагаю сходить на массаж или на пляж.

В итоге я решила сходить и туда и туда, но сначала массаж. Я попросила Кана побыть там со мной.

Когда мы зашли в комнату для процедур, Кан расположился в кресле и уткнулся в телефон. Я недовольно посмотрела на него

– Милая, я сказал, что это твои две недели отдыха, но не мои. Я должен работать.

После массажа мне пришлось идти на пляж с охранником Каннахена, а он сам остался в номере и работал. Я решила не забивать себе голову тем, что он работает и не расстраиваться на этот счет. Это ведь что–то вроде отпуска, так что я должна отдыхать, что я и буду делать.

Вечером Кан все же отложил работу, и мы вместе сходили в ресторанчик, чтобы поужинать.

Но на следующий день все повторилось. Я повсюду ходила с Дэвидом, охранником Кана, который оказался хорошим парнем и собеседником. А Кан выходил из номера только для того, чтобы пообедать или поужинать со мной.

В течении недели я не только ходила на различные процедуры и на пляж, я попросила Дэвида поводить меня по городу и показать достопримечательности, которые здесь были.

К концу второй недели я просто и думать забыла об отдыхе. Я скучала по Каннахену, но мы разговаривали с ним только перед сном, а затем он целовал меня, отворачивался и засыпал.

– Ну что, последний день отдыха, – улыбнулся мне Кан за ужином в последний вечер, – Как насчет того, чтобы вернуться сюда как–нибудь?

– Не хочу, – с безразличным лицом сказал я.