Покорись мне
Шрифт:
Хотя мне знакома эта холодная сторона Генри, я уже давно с ней не сталкивалась. Я осторожно забираюсь к нему на колени, отчетливо сознавая, что по ту сторону стекла сидит мужчина.
Обычно Генри сначала прикасается ко мне. Проверяет, достаточно ли я возбуждена. Но сейчас он просто приподнимает головку своего набухшего члена, хватает меня за бедра и тянет вниз.
Я вздрагиваю от внезапного вторжения.
— Я думал, ты скучала по ощущению меня внутри, — шепчет он, и в его глазах, наконец-то, вспыхивает жар, когда он фокусируются на моей груди
— Скучала.
Он закрывает глаза и откидывает голову.
— Что ж, вот он я, внутри тебя. Давай трахаться.
Это не мой Генри, но это то, что есть сейчас — Генри, которому больно из-за смерти отца и неожиданного визита матери. Замкнутый Генри.
Но я хочу вернуть своего Генри.
Забыв о равнодушном мире снаружи, я кладу руки по обе стороны от его точеного лица и наклоняюсь, чтобы нежно поцеловать в губы. Я начинаю ритмично двигать бедрами.
Сначала его губы не отвечают мне, но я не сдаюсь, скользя по ним кончиком языка, в то время как мое тело естественным образом раскрывается, и он входит глубже.
— Посмотри на меня. Пожалуйста, Генри, — тихо умоляю я.
Спустя несколько мгновений глаза цвета глубокого синего моря встречаются с моими. Смотрят прямо мне в душу. Завеса, обычно скрывающая их, исчезла, открывая столько боли.
— Прости, — шепчет он.
Я снова прижимаюсь к нему губами.
— Все в порядке.
— Нет, не в порядке. — Его руки обхватывают мое обнаженное тело, он крепко прижимает меня к себе, и теперь его губы отвечают — тем медленным, дразнящим поцелуем, который заставляет меня забыть обо всех и обо всем.
Я почти не осознаю, что мы подъехали к Wolf Tower, когда Генри щелкает замком дверей и говорит водителю через интерком, что мы выйдем через несколько минут.
Для панихиды я собрала свои волосы в хвост. Генри ловкими пальцами стягивает резинку, обеспечивая себе доступ к моей густой гриве рыжих волос. Его рука запутывается в них и обхватывает мой затылок.
— Я говорил тебе, как сильно люблю твои волосы? — шепчет он мне в губы. — И твои губы. И твою шею. И вот эти… — Он наклоняет голову, чтобы нежно зажать один из моих твердых сосков между зубами. Я вздрагиваю, когда он посасывает его, и сильнее прижимаюсь к нему бедрами. После того как я сегодня столько простояла на каблуках, мои ноги уже устали. Я не могу сдержать вздох облегчения, когда Генри снимает меня и опускает на противоположное сидение.
Я бросаю взгляд в окно, где у входа в Wolf Tower стоят швейцары, готовые открыть дверь лимузина и приветствовать владельца здания.
— На этот раз они точно заперты, да? — В прошлый раз нас застали за сексом в машине на парковке убогого «Билли Боба», потому что Генри по ошибке разблокировал двери. У меня нет желания повторять ту ночь.
Генри опускается передо мной на колени и закидывает мои ноги себе на плечи.
— Да. И они знают, что лучше не соваться сюда. — Его пылающий взгляд скользит по моей коже, изучая
— Ты всегда будешь такой мокрой для меня?
— Всегда.
Он входит в меня с такой силой, что я невольно вскрикиваю — больше от неожиданности, чем от чего-либо еще.
Голова одного из швейцаров дергается в сторону окна, и затем он тактично отходит на несколько шагов.
Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не шуметь, а Генри начинает входить в меня в жестком и быстром темпе, так сильно, что виски плещется в бутылке. Я не успею за ним, поэтому просто смотрю на его прекрасное сосредоточенное лицо. Не проходит и тридцати секунд, как он издает глубокий стон, и я чувствую, как горячие струи бьют внутри.
— Прости. Я не смог сдержаться. — Он целует внутреннюю сторону моего колена и выходит из меня. Я начинаю двигаться, чтобы опустить ноги и одеться, но он хватает меня за бедра и удерживает мои ноги поднятыми, раздвигая их еще шире.
Он пристально изучает открывшийся перед ним вид, пока звук его неровного дыхания соперничает с музыкой, звучащей из динамиков лимузина.
— Что? — наконец спрашиваю я, испытывая легкую неловкость.
— Я просто вспоминал о языке Марго на тебе. О том, как это выглядело. — Он говорит это так буднично.
Кровь приливает к клитору при воспоминании о гроте под французским замком, который мы покинули. Все еще не могу поверить, что согласилась на это. Я знаю, что я гетеро, и все же Марго Лорен — одно из тех сексуальных созданий, которые могут соблазнить на эксперименты любого.
И она хотела меня.
— Тебе понравилось смотреть на это? — тихо спрашиваю я, решаясь протянуть руку и провести пальцем по своей киске, теперь скользкой от спермы Генри.
— Да. — Коварная улыбка трогает губы Генри, но так же быстро исчезает. — Ты хочешь, чтобы это повторилось?
— Я предпочитаю твои губы, — честно отвечаю я. В пылу страсти — вот как сейчас, когда Генри раздвигает мои ноги, а я вожу пальцем по своему влажному, набухшему клитору — я, наверное, не стала бы возражать. Именно так Генри заставляет меня соглашаться на большинство вещей, когда я слишком возбуждена, чтобы беспокоиться. — Но чего хочешь ты?
— Я хочу, чтобы у тебя было достаточно опыта и ты понимала, чего хочешь. Чтобы у тебя не было никаких сожалений потом.
— Я уже знаю, чего хочу. Тебя. Только тебя, Генри. Всегда. — Моя рука замирает, я пытаюсь передать свои чувства взглядом, надеясь, что он видит, что у меня в сердце — безграничное обожание.
Его веки закрываются с глубоким вздохом, словно внезапно став слишком тяжелыми.
— Кончи для меня.
Я снова начинаю двигать пальцами. По-прежнему осознавая присутствие людей снаружи.
— Эбби…
— Я пытаюсь.
— Старайся сильнее.
Хотя он только что кончил, его член все еще полностью эрегирован.