Поединок сердец

Эдвардс Мэриан

– Ги, ради ребенка, который будет называть тебя дядей, пожалуйста, пойми меня. Я хочу сама сообщить об этом Ройсу, когда наступит подходящий момент.

– Дядей, – с радостным удивлением повторил Ги. Пожав Бетани руку, он повернулся к Майде.

– Оставайся с ней, – задумчиво бросил он, выходя из комнаты.

– Что ты хочешь этим сказать, Ги? Она больна или нет?

– Ей нехорошо. Сейчас с ней Майда, но, боюсь, тебе тоже надо прийти, – ответил Ги, показывая дорогу.

Ройс стал подниматься по винтовой лестнице, с ужасом думая

о предстоящем свидании с Бетани. Каждый шаг приближал его к этой встрече, которую ему так хотелось бы избежать. К своему стыду, он сознавал, что предпочел бы встретиться с отрядом закаленных воинов, а не с этой саксонкой.

В голове у Ройса звучали слова брата, но он не мог связать их с той, которую знал. И, лишь войдя в комнату, он, как ему показалось, все понял. Бетани признала свое поражение. Ройс не мог в это поверить.

– Мученица? Бетани, никогда бы такое о тебе не подумал.

При звуках его голоса она подняла голову, и на ее прекрасном бледном лице блеснули влажные потеки от слез.

– Бедняжка мадемуазель, нам нужно вас пожалеть? Вы послали за мной брата, чтобы иметь мужское плечо, в которое можно вдоволь поплакать?

– Ройс, ты заходишь слишком далеко, – предостерегающе произнес Ги.

– Я знаю, что делаю, – резко бросил Ройс.

Водивший войска на неприятеля в бесчисленном количестве сражений, он понял, что произошло с Бетани. Ему не раз доводилось видеть воинов, ставших жертвой такого же недуга. И хотя его курс лечения, вероятно, был жестокий, другого не существовало. Нельзя позволить Бетани упиваться жалостью к себе самой.

– Майда, о Бетани надо позаботиться. Проследи за тем, чтобы с ней обращались как с беспомощной калекой, – с издевкой произнес он.

– Как ты смеешь врываться сюда и говорить со мной таким тоном? – с вызовом воскликнула Бетани, не обращая внимания на то, что голос ее был слабым, а заплаканные глаза покраснели и распухли.

Сердито вскочив на ноги, Майда, подбоченясь, сверкнула глазами на Ройса.

– Отродье Сатаны! Мало горя ты навлек на мою невинную малышку! Уходи, или клянусь всем, что мне дорого, я заставлю тебя уйти!

Ройс был ошеломлен этой гневной отповедью служанки.

– Бетани, я рад, что твои люди так стоят за тебя, и все же, полагаю, тебе следует напомнить Майде, кто здесь господин.

– Майда, спасибо.

Бетани попробовала было встать, но сразу же зашаталась.

Ройс, бросившись вперед, успел подхватить ее, прежде чем она, потеряв сознание, упала на пол.

– О господи, что с ней?

Уложив девушку на кровать, Ройс смахнул с ее лба прядь рыжих волос. Неужели он ошибся? Неужели Бетани действительно больна?

– Анни, – прошептал Ройс.

Бетани никак не приходила в себя, и он повернулся к Майде:

– Займись своей госпожой.

Услышав этот ненужный приказ, служанка, фыркнув, отстранила Ройса в сторону:

– Отойдите и дайте мне заняться своим делом.

Ройс поднял бровь, удивляясь подобному

неуважению, но ничего не сказал. С Майдой он разберется потом. А сейчас он нуждается в ее услугах. Отойдя от кровати, Ройс беспокойно заходил по комнате, дожидаясь, когда же Бетани придет в себя. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким беспомощным. Это ощущение действовало ему на нервы.

– Во имя ран Господа нашего, скажите же, какую болезнь она подхватила? – взревел Ройс, но никто не соизволил ему ответить.

Ги перевел взгляд с Бетани на Ройса:

– От тебя здесь нет никакого толку. Предоставь Майде заниматься своей госпожой.

– Non, я останусь до тех пор, пока не смогу убедиться, что Бетани стало лучше.

– Мне нужна моя шкатулка со снадобьями, – сказала Майда.

Ги поспешно покинул комнату.

Время, казалось, остановилось. Его ход возобновился лишь тогда, когда у Бетани задрожали ресницы, и, только когда девушка открыла глаза, мгновения понеслись с прежней скоростью.

– Анни, что с тобой случилось? – спросил Ройс. Взглянув на него так, словно перед ней совершенно незнакомый человек, Бетани отвернулась.

– Она поправится, милорд, – заверила его Майда. Ройс понял, что Бетани не хочет отвечать ему. До чего упрямая женщина! Ройс поспешил отвернуться от Бетани и тотчас же наткнулся на Ги, вернувшегося с лекарственными снадобьями. Не сказав брату ни слова, он вышел из комнаты. Это было невыносимо трудно: уйти, оставив Бетани без поддержки и утешения.

Ройс вышел на лестницу, не имея четкого представления, куда он направляется, и коридор откликнулся гулким эхом на его поступь. Ему необходимо собраться с мыслями. Для этого требуются уединение и помещение, которое можно беспокойно мерить шагами.

Для того чтобы предохранить от оскорбительных нападок своих потомков, ему нужно жениться на нормандской даме знатных кровей. Бетани не может и не хочет это понять. И в то же время она готова пойти на все ради своих людей. Странно, как она не замечает, насколько они с ним похожи. Ради блага других оба заключили сделку со своей совестью.

Бетани может его ненавидеть, но это ничего не изменит. Его план приведен в действие, и он не допустит никаких срывов. Раз он способен терпеть эту стерву Дамиану ради будущего его детей, значит, и Бетани следует довольствоваться тем, что она выторговала для своих людей.

Таков этот мир, мир сделок – для того, чтобы что-то приобрести, надо с чем-то расстаться. Уж Бетани-то должна это понимать!

– Ройс, подожди! – окликнул брата Ги, врываясь в главную залу.

Остановившись, Ройс медленно обернулся.

– В чем дело? – спросил он, жалея – и уже не впервой, – что не может отмахнуться от брата так же легко, как от простого воина, состоящего у него на службе.

Ги скрестил руки на груди.

Это движение было знакомо Ройсу еще с детства. Брат твердо решил стоять на своем и не двинется с места.