Поцелуй злодея

Кент Рина

Как только мы оделись, я проследил, чтобы он оставался под зонтом, пока мы идем к его машине.

— Дай мне ключи. Я поведу, если ты устал.

— Ни за что. Ты хоть знаешь, как ее водить?

— Это машина, а не космический корабль.

Он с обожанием поглаживает крышу автомобиля.

— Это особенная машина. Дедушка подарил мне ее на двадцатилетие. Единственная в своем роде, с матовым черно-зеленым кузовом, а четырехтурбинный двигатель W16 мощностью 1200 лошадиных сил развивает крутящий момент в 1500 нанометров. Не говоря

уже об аэродинамическом дизайне, рассекающем воздух, или о карбоновом фильтре кузова. Ты особенная, да, Медуза?

— Ты назвал свою машину «Медуза»?

— Конечно. Она невероятная.

— Это просто смешно.

— Не слушай его, малышка, — мурлычет он, поглаживая машину, как свою любовницу.

Я ревную его к проклятой машине, потому что он с ней нежно разговаривает и называет малышкой?

Да. Да, блять, ревную.

Из-под машины что-то выпрыгивает, и мы оба замираем, когда по ноге Гарета ползет крыса.

Подождите. Не крыса.

Маленький, насквозь промокший черный котенок мяукает, вцепившись своими крошечными коготками в штаны Гарета.

— Убери его от меня, — Гарет пытается пошевелить ногой, но котенок крепко вцепился в его штанину.

— Значит, не только собаки. Ты еще и кошек боишься? — спрашиваю я, удивленно.

— Нет, я просто не знаю, как обращаться с животными. Они непредсказуемые маленькие дьяволы, как и дети.

— Наверное, он просто голодный, — я передаю ему зонт и опускаюсь на корточки.

Котенок жалобно мяукает, его маленькие коготки еще сильнее цепляются за штаны Гарета.

— Эй, малыш. Из-за тебя этот большой, мускулистый дядя, который любит тыкать во все подряд ножом, начинает паниковать. Не хочешь слезть с него?

— Я не паникую. Просто давай быстрее.

Я смеюсь и хватаю котенка, он шипит, затем начинает только громче мяукать.

— Тяжелая жизнь в столь юном возрасте?

Когда я встаю, держа кота в руке, Гарет немного отстраняется и смотрит на него так, будто это бомба.

— Просто положи его на землю или сделай с ним что-нибудь.

— Он умрет под дождем.

— Тогда давай отдадим его в приют.

— Они все уже скорее всего закрыты. Мы заберем его домой и завтра что-нибудь придумаем.

Он ничего не говорит и садится в свою драгоценную машину, которая мне теперь почему-то не нравиться. Что? Он обращается с ней лучше, чем со мной.

Котенок, похоже девочка, дрожит у меня на коленях, когда я сажусь на пассажирское сиденье.

Пока мы едем в ближайший зоомагазин, она зарывается в шарф, которым я ее обмотал. Гарет паркуется, ворча что-то себе под нос, а я захожу внутрь, чтобы купить все самое необходимое. Продавщица дает мне краткий курс по уходу за котенком и рекомендует на всякий случай посетить круглосуточного ветеринара.

У моих мам две собаки, а у меня никогда не было ни кошки, ни домашнего животного – отец никогда бы не позволил такой ерунды, – так что для меня это неизведанная территория.

Когда

я возвращаюсь, Гарет подозрительно смотрит на пакет, но ничего не говорит, и мы едем к ветеринару. Он остается возле двери, пока я со всем не разберусь, его поза напряженная и оборонительная, как будто он готовится к драке.

Когда я возвращаюсь с котенком в переноске, завернутым в мой шарф и крепко спящим после осмотра, Гарет морщится.

— Ты не можешь просто оставить ее здесь? — спрашивает он, уже на полпути к машине.

— Это ветеринарная клиника, а не приют. И она уже успокоилась, просто голодная и нуждается в небольшой заботе.

— Прекрасно, — он бросает взгляд на маленькое создание, когда заводит машину.

— У тебя никогда не было домашних животных?

— Не совсем. У мамы был толстый кот, когда я был ребенком. Этот ублюдок царапал меня и Килла при каждом удобном случае. Даже отец не мог от него спастись. Ему нравилась только мама. Мы же избегали его как чуму.

— Боже, так у тебя теперь травма?

— Нет, — ворчит он. — Этой штуке лучше меня не царапать.

Я смеюсь, не в силах себя остановить.

— То есть ты действительно боишься кошек.

— Нет, — огрызается он, звуча почти оскорбленно.

— Конечно, как скажешь.

— Кейден!

— Что? Я тебе верю.

— Но ты смеешься. Для тебя это смешно?

— Очень. Твоя слабость – это беззащитные маленькие животные.

— Они не беззащитные. Эти гады непредсказуемые.

Я снова смеюсь, и он смотрит на меня с убийственным взглядом, который теперь, я считаю милым.

По крайней мере, он больше не в плохом настроении, как тогда, когда я встретил его на стрельбище. Впрочем, мне еще предстоит выяснить корень проблемы. А пока я буду просто наслаждаться тем, как до смерти вывожу его из себя.

Глава 23

Кейден

К тому времени, как мы добрались до моего дома, он решил отнести все пакеты, оставив меня разбираться с кошкой. Как только я открыл переноску, она выпрыгнула и побежала прямо к дивану.

Гарет стоящий позади меня, подпрыгнул, уронив все сумки на пол.

— Чертова тварь!

Я запрокидываю голову и смеюсь.

— Это не настолько смешно, — ворчит он, выглядывая из-за моей спины, пока котенок прячется под диваном.

Но, на самом деле, мне нравится, как он схватил меня за талию, даже чтобы использовать для самообороны. Он прикасается ко мне, не пытаясь задушить, зарезать ножом или ударить электрошокером.