Плен сердца
Шрифт:
Виктор накрыл её ладонь своей:
— Спасибо, Элиана. Ты научила меня тому, чему не смогли научить годы воспитания.
В этот момент дверь гостиной приоткрылась, и в щель заглянула Маргарет:
— Простите, что прерываю, — улыбнулась она. — Но ужин скоро начнётся. И все уже собрались в главном зале.
Виктор встал и предложил Элиане руку:
— Пойдём? Сегодня я хочу, чтобы ты сидела рядом со мной. Не как подопечная, а как равный человек.
Элиана улыбнулась и приняла его руку:
— С радостью, милорд.
Они направились к
— Наконец-то.
***
Новость о разоблачении Изабеллы разлетелась по замку быстрее, чем осенние листья по ветру. В кухне, где слуги готовили обед, две молодые служанки перешёптывались у котла с супом.
— Слышала, что случилось с леди Изабеллой? — прошептала одна, помешивая варево длинной ложкой. — Говорят, она сама подбросила перстень в комнату Элианы, а потом обвинила её в воровстве!
— И что теперь? — вторая девушка округлила глаза.
— Лорд Виктор приказал ей месяц провести в своих покоях! — с торжеством сообщила первая. — А Элиану посадил рядом с собой за ужином. Представляешь?
— Так ей и надо, — фыркнула вторая. — Всегда смотрела на нас, как на грязь под ногами. А Элиана… она другая. Помню, как она помогла моей сестре, когда та обожглась у печи. Не кричала, не ругала, а сама перевязала руку и велела отнести ей медовый пирог на ужин.
— Да, — кивнула первая. — Может, теперь в замке станет легче дышать. По крайней мере, пока леди Изабелла сидит взаперти.
Они переглянулись и тихонько рассмеялись, но тут же притихли, заметив вошедшую Маргарет.
— Что, сплетничаем? — строго спросила она, но глаза её улыбались. — Лучше скажите, кто сегодня отвечает за сервировку главного зала? Хочу убедиться, что всё будет безупречно к ужину.
Девушки бросились выполнять поручения, переглядываясь и улыбаясь.
***
Тем временем в своих покоях Изабелла металась из угла в угол. Её лицо пылало от гнева и унижения.
— Он выбрал её, — бормотала она. — Выбрал какую-то деревенщину вместо меня! Но это ещё не конец. Я найду способ доказать ему, что она не стоит его доверия. — Она остановилась у окна, глядя на сад, где уже зажигались первые фонари. В её глазах вспыхнул холодный огонь. — Ещё не всё потеряно, — прошептала она. — У меня есть другие пути. И в следующий раз я буду умнее.
За окном догорал закат, окрашивая небо в багряные тона. Где-то в глубине замка звучала музыка — начинался ужин. А в сердце Изабеллы зрела новая решимость, холодная и беспощадная.
***
Но Элиана об этом не знала. Она шла рядом с Виктором, чувствуя, как в груди разливается тепло. Впервые за долгое время она не боялась будущего. Впервые она верила, что может быть счастлива — здесь, в этом замке, рядом с человеком, который начал учиться доверять не только разуму, но и сердцу.
“Может быть, — подумала она, — всё действительно только начинается”.
Вечер окутал замок мягким сумраком, а в главном зале уже звенели бокалы и раздавался смех гостей. Но для Элианы и Виктора этот вечер был особенным — не просто
И когда они вошли в зал вместе, держась за руки, даже самые язвительные языки на мгновение замерли, не найдя слов для сплетен. Потому что в их взгляде было то, что нельзя подделать, — искренность. И это говорило громче любых слов. Ужин проходил в непривычной атмосфере. Гости переглядывались, перешёптывались, бросая любопытные взгляды на Элиану и Виктора, сидящих рядом во главе стола. Раньше такое расположение было немыслимо — крестьянская девушка рядом с лордом? Но теперь это стало реальностью, и общество, хоть и неохотно, но принимало новые правила.
Граф Орлейский, сидевший по правую руку от Виктора, наклонился к нему:
— Признаться, я удивлён, Виктор, — тихо произнёс он. — Ты явно решил бросить вызов традициям.
Виктор спокойно поднял бокал:
— Традиции важны, граф, но не менее важно уметь видеть человека за его происхождением. Элиана доказала, что достойна уважения.
Орлейский приподнял бровь, но промолчал, лишь бросил оценивающий взгляд на Элиану. Та старалась держаться естественно, хотя внутри всё дрожало от напряжения. Она аккуратно взяла вилку, вспоминая уроки Маргарет о правилах этикета, и почувствовала, как Виктор незаметно коснулся её руки под столом — лёгкий, ободряющий жест.
— Не нервничай, — шепнул он одними губами. — Ты всё делаешь правильно.
Элиана слабо улыбнулась в ответ и сделала глоток воды, чтобы скрыть волнение.
В это время в дальнем конце зала графиня с рыжими кудрями наклонилась к своей соседке:
— Видела? Он буквально не сводит с неё глаз! — прошептала она. — И как она держится — словно родилась в этом замке!
— Может, в ней и правда что-то есть, — задумчиво ответила другая дама. — Раньше я думала, что она просто деревенская простушка, но сегодня… она выглядит иначе.
— Или мы просто начинаем замечать то, что видит он, — улыбнулась графиня.
***
После ужина, когда гости начали расходиться, Виктор предложил Элиане прогуляться по галерее:
— Там сейчас тихо, и мы сможем поговорить без лишних ушей.
Она кивнула, и они незаметно покинули зал.
Галерея, украшенная портретами предков Виктора, встретила их полумраком и тишиной. Лишь редкие свечи в настенных бра отбрасывали дрожащие тени на каменные стены. Виктор остановился у окна, глядя на сад, залитый лунным светом.
— Сегодня многое изменилось, — произнёс он, не оборачиваясь. — Не только для нас с тобой, но и для всего замка. Люди начинают понимать, что я не просто следую традициям, а принимаю решения, которые считаю правильными.
Элиана подошла ближе:
— И это пугает некоторых, да?
Он повернулся к ней:
— Да. Особенно тех, кто привык, что лорд всегда поступает “как положено”. Но я больше не могу жить по этим правилам, если они противоречат тому, что я чувствую.
— А что вы чувствуете? — тихо спросила Элиана.