Плакса
Шрифт:
У меня нет времени на эту развратную фигню, но когда я задумываюсь о Джун, то подбираю сопли и думаю об общем благе.
Подхожу к задней двери, которая, конечно же, не заперта. И если Джастина желает фантастического бреда, то я одарю ее таким, который она никогда не забудет.
Потянувшись до большого камня в клумбе, я разбиваю им оконную панель двери и засовываю руку внутрь, чтобы открыть дверь. В этом нет необходимости, учитывая, что дверь была не заперта, однако я любитель устраивать беспорядок.
Я
Меня вдруг осеняет гениальная мысль: Джастина, пригласившая меня вернуться, не заметила, что ее монетка пропала. Поэтому, когда я стащу ее коллекцию марок, она, несомненно, поймет, что это я ее обокрал, но, разумеется, обвинит «вора», который вломился к ней домой поздно ночью и обчистил ее.
Решаю прихватить и старинный пистолет, который я видел выставленным в кабинете ее мужа, так как почему бы, блин, и нет?
Она не сумеет рассказать правду полицейским или своему благоверному, потому что для этого ей придется признаться в тех злодеяниях, которые я собираюсь ей насадить. Только она и я будем посвящены в факт того, что она впустила вора в свой дом… и в свою постель.
Я приглушаю свои шаги и тихонько толкаю дверь.
Джастина лежит на животе, и свет полнолуния, проникающий через раздвинутые шторы, позволяет мне увидеть ее откровенную ночную рубашку: она задрана вверх и заканчивается как раз под ее попкой.
Я люблю всех женщин: возраст, фигура, размер — мне все равно. Я вижу красоту во всем, поскольку я предпочитаю смотреть на мир через подобную призму.
У меня мгновенно встает, но, по правде говоря, я был возбужден весь вечер, потому что нахождение рядом с Дарси так на меня действует. Все в ней меня заводит — ее запах, ее облик, но больше всего — ее воззрение. И хотя мне хотелось бы, чтобы она была той, которую я собираюсь трахнуть в опьяненный беспорядок, она будет моей музой для того, что произойдет дальше.
Я вижу галстук, удобно расположившийся на прикроватном комоде, хотя Джастине нужно немного отдать мне должное.
Она отлично притворяется спящей, и отчасти я жалею, что она не спит, так бы я смог получить то, за чем приперся сюда и смотаться. Но я никуда не отчалю, пока не завладею всем добром.
Стоя у изножья кровати, я любуюсь Джастиной Кингстон. Ей за сорок, и она в отличной форме: ее ноги длинные и стройные, а задница — идеальный образец той, кто регулярно делает приседания. Любой парень был бы не прочь оттрахать ее до бесчувствия, но я не могу перестать думать о Дарси.
И именно мысли о ней заставляют меня забраться на Джастину, прижимаясь всем весом к ее спине.
Джастина наигранно издает испуганный вскрик, и я затыкаю ей
— Не кричи, — предупреждаю я ее на ухо. — Если закричишь, я нахрен прикончу тебя.
Трясясь, она кивает, намекая, что не будет кричать, но мы-то оба знаем, что это долбанная ложь, потому что как только я убираю руку, она взывает на помощь.
Грубо перевернув ее, я сажусь на нее, прижимая своим весом ее брыкающийся ноги.
— Я же сказал тебе не кричать.
— Б-бери все, что хочешь, — рыдает она, облизывая свои блестящие алые губы.
Я воздерживаюсь от признания, что так и собираюсь поступить.
— Просто не вреди мне.
Ночная рубашка на ее груди прозрачна, и я вижу, что ее соски твердые.
Проводя пальцем по ее губам, я проталкиваюсь в ее ротик. Она жадно ласкает его языком, возбужденно наблюдая за мной.
Я вынимаю палец изо рта и провожу им по ее соску. Она шипит и пытается выгнуть спину, но не может пошевелиться, поскольку я сижу на ней сверху.
— Что ты собираешься со мной делать?
— Все, что я, блин, пожелаю, — отвечаю я с кривой ухмылкой.
У нее вырывается стон, потому что ей нравится, когда над ней доминируют. Ее взгляд устремляется к галстуку на комоде, намекая на то, что она хочет быть связанной, но я проявляю изобретательность, и вместо этого поднимаю подол ее ночной рубашки и скольжу им вверх по ее телу.
Как только он собирается у ее запястий, я наклоняюсь вперед и фиксирую шелковое одеяние вокруг них, привязывая ее к изголовью кровати. Она лежит передо мной обнаженная, ее тяжелые груди вздымаются и опадают от учащенного дыхания.
Зажимая ее подбородок между пальцами, я откидываю ее голову назад и скольжу большим пальцем ей в рот.
— Соси, — приказываю я, и она с радостью подчиняется.
Она облизывает и сосет мой палец, и я тут же вспоминаю, как в прошлый раз, когда я был здесь, мой член был у нее во рту. Думаю о Дарси и о том, как бы я хотел, чтобы именно ее обнаженное тельце я оседлал. От одной мысли о ней мой член изнывает от желания.
Джастина извивается подо мной.
— Я хочу…
Я не даю ей договорить, потянувшись за галстук на комоде и засовывая его ей в рот.
— Мне по хрен, чего ты хочешь.
Ее полуприкрытые глаза намекают на возбуждение, и я знаю: чем грубее я буду с ней, тем быстрее и сильнее она кончит.
— Я собираюсь взять все, чего пожелаю, — заявляю я, глядя на Джастину сверху вниз. — И я имею в виду все, что угодно.
Я ясно выражаю свои намерения, когда обхватываю ее горло и слегка сжимаю. Я чувствую, как ее шея опускается, когда она сглатывает под моей хваткой. Не отпуская ее горло, я протягиваю другую руку и провожу ею по ее лону. Не удивительно, она мокрая и горячая.