Письма президентам
Шрифт:
Встреча с майором Володей (особенно его желание поговорить в темном дворе с человеком, который вздумал обратиться в милицию как в правоохранительную организацию), эта личная встреча добавилась к бесчисленным статьям в газетах о беспределе – об избиениях и пытках в милиции… Эти дела давно стали достоянием гласности; уже некоторые жертвы (калеки) выиграли суд в Страсбурге – доказали, что их пытала родная милиция.
…Невозможно представить, что Володя (если ограбленные и избитые им таджики уедут) пойдет мыть подъезды. Но легко представить, что он и его унтера возьмутся за нас. Надо же кого-то грабить за
Разбой стал образом жизни ментов. Они уже не думают: можно это или нельзя. Они думают о другом: как не попасться. Это абсолютно криминальное мышление. Но – на новом этапе.
Прежде грабитель боялся попасться в руки милиции. А теперь это одни руки. Теперь они попадаются в тех редких случаях, когда налетают на какого-нибудь штатского, а он оказывается офицером (МВД или КГБ), или – на какого-нибудь упертого качателя прав.
А мы (налогоплательщики)? Мы платим им зарплату. За что?
Мы – хозяева страны – даем этим слугам деньги, оружие, машины, здания – зачем? Чтобы они разбойничали? Чтобы (когда случается очередное убийство) на экран вылезал их прессатташе с дежурными фразами: «Объявлен план-перехват. К сожалению, по горячим следам преступников задержать не удалось».
Думал тогда же напечатать эту зарисовку с натуры, да както не собрался. Случай рядовой, скучный. Надоело все это хуже горькой редьки.
А теперь майор Евсюков ни с того ни с сего убил таксиста, кассиршу, ранил еще нескольких человек. И вспомнилось ночное приглашение майора Володи «поговорить» в темном углу двора, и стало не по себе.
Правильно люди делают, что не хотят с милицией связываться. Опасно для жизни.
Работа над ошибками
20 мая 2009
Г-н президент, вы начали борьбу с фальсификаторами истории. Вовремя. Ваши прежние борьбы (с кризисом, с коррупцией, с порочной судебной системой, с сокращением населения) отошли на задний план. Похоже, эти беды оказались непобедимыми.
Лучше заняться чем-нибудь другим: волнующим всех, но нематериальным, легко достижимым по телевизору. Однако эта легкость обманчива и коварна. Вы недооцениваете опасность новой затеи. Вы идете войной на товарища Сталина.
Главный удар вашей новой борьбы направлен на фальсификаторов истории Великой Отечественной войны.
Сталин назвал число наших потерь – 7 миллионов.
Хрущев – 20 миллионов.
Брежнев – 22 миллиона.
Горбачев – 27 миллионов.
Маршал Язов на днях сказал, что мы потеряли тридцать шесть миллионов человек.
Из этих пятерых, увы, четверо – фальсификаторы истории. И похоже, что самый грубый фальсификатор – Сталин. Если Язов прав, Сталин сфальсифицировал впятеро, а Хрущев – менее чем вдвое.
Легкость и быстрота вашей борьбы с фальсификацией истории вызвали привычный депутатско-министерский одобрямс. Вы приказали создать комиссию, которая будет выявлять фальсификаторов. Их, в свою очередь, ждет уголовное наказание. Хватит ли мест в зоне?
В наших учебниках истории написано о внезапном нападении 22 июня 1941 года. Значит, тот, кто пишет, что дата нападения была известна, – фальсификатор. Что будете делать? Факт:
Написано, что маршал Жуков – великий полководец, герой, победитель. Но есть документальные доказательства его жестокости, его вины в напрасной гибели солдат.
Фронтовик Виктор Астафьев, знаменитый русский писатель, о Жукове отозвался так:
«Это выкормыш “Отца и учителя”! Какой браконьер русского народа. Он и товарищ Сталин сожгли в огне войны русский народ и Россию. Вот с этого тяжелого обвинения надо начинать разговор о войне, тогда и будет правда, но нам до нее не дожить. Сил наших, ума нашего и мужества не хватит говорить о трагедии нашего народа, в том числе о войне, всю правду… Ни одна страна, ни один народ не терпел такого поражения в войне, как Россия и русский народ. Ее, России, попросту не стало. Страшно произносить, но страна-победительница исчезла, самоуничтожилась, и этому исчезновению и самоуничтожению и продолжающемуся неумолимому самоистреблению шибко помогли наши блистательные вожди, начиная со Сталина, и однопартийная система…»
Это Астафьев написал в 1987 году (опубликовано в книге писем Астафьева «Нет мне ответа»).
Что будем делать? Астафьев на том свете. Арестуете книгу? Но этим только покажете свой страх перед правдой, а текст спрятать от людей не удастся. Если уж в сталинско-брежневские времена люди отваживались читать запрещенную литературу, то сегодня запреты просто смешны. Вам как человеку интернета это, наверное, ясно.
У себя в блоге 7 мая вы поместили сообщение. Там говорится: «С каждым годом праздник Победы обретает новое звучание. И, к сожалению, не всегда праздничное звучание. Мы стали чаще сталкиваться с тем, что называется сейчас историческими фальсификациями. Причем такие попытки становятся все более жесткими, злыми, агрессивными».
Слова фронтовика Астафьева, безусловно, жесткие, злые, агрессивные. Но не кажется ли вам, г-н президент, что он имел право так говорить и писать?
В том же вашем майском сообщении вы говорите: «В январе этого года я общался с Даниилом Граниным (писателем), когда вручал ему высшую нашу государственную награду. Он говорил о закономерностях того трагического времени. Говорил о том, что спаслись прежде всего те люди, которые без оглядки на собственную жизнь, на собственное здоровье спасали других людей. Это большая, а с другой стороны – простая мудрость».
Г-н президент, может, вы чего-то не поняли? может, ослышались? Задумайтесь, пожалуйста, над этим своим текстом. Смысл этой, говоря вашими словами, «большой и простой мудрости» таков: спаслись прежде всего альтруисты, те, кто не думает о своем благополучии. А погибли, выходит, большей частью эгоисты, которые думают только о себе. Куда запишем 30 миллионов погибших? в эгоисты что ли?
«Большая и простая мудрость» говорит одно. А мемуары людей, прошедших войну (на фронте и в тылу), говорят совершенно иное. Гибли те, кто рвался в бой. А те, кто сумел любым способом избежать фронта, остались живы. В блокадном Ленинграде партийные начальники жрали икру и, конечно, выжили. А миллион умер с голоду. Кто из них эгоист? Кто альтруист?