Патриций
Шрифт:
– Он не любит чужих.
– Хотя бы не лично - через тебя. Сделай милость, скажи ему следующее…
Внимательно выслушав Юния, Теодульф, поклонившись, ушел. И в самом деле, пора было спешить - снаружи быстро темнело.
Не успел кузнец уйти со двора, как в гостевые покои неожиданно заглянул Илмар, хмурый и злой, наверное, с пересыпа.
– Говорят, ты меня искал?
– вытаскивая из волос солому, осведомился он.
– Искал?
– Рысь покачал головой.
– Пожалуй, уже нет… Признаться, я хотел было послать тебя к Хизульфу, старосте этой деревни, но, похоже, нашелся более подходящий посланец.
– Жаль, - искренне огорчился варвар.
–
– Скоро, очень скоро, - обнадежил Юний.
– Возможно, даже завтра… Впрочем, ты можешь начать и сегодня.
– Как так? Объясни!
– Навести-ка все-таки старосту, думаю, у него найдется для тебя какое-нибудь дело. Ну да, иди же, что смотришь? Если поторопишься, успеешь догнать по пути одного рыжего парня, кузнеца…
Утро выдалось дождливым, пасмурным, но Юния это почему-то радовало. Низкие темно-серые тучи, обложившие небо, истекали дождем - то настойчиво-крупным, то мелким, нудным. Римляне хмурились - уж им-то скакать куда-то в этакую непогодь явно не очень хотелось, тем более что под открытым небом предстояло провести почти целый день, а может быть, еще и ночь.
Молодой Марк Эмилий и еще один десятник, постарше, что возглавлял новоприбывших, завидев Рысь, сдержанно кивнули и, переглянувшись, скомандовали воинам выступление. Заржали, захрапели кони, зачавкала под копытами коричневая жирная грязь, а дождь, казалось, только и дожидавшийся этого, припустил с новой силой.
Эрнульф поплотнее завернулся в плащ, оглядываясь на своих: Юния, Арминия, Флакса. И зачем патрон взял с собой этого старика? Что толку от него, ежели вдруг приключится какая-нибудь заварушка? Совершенно никакого. Впрочем, и насчет себя с Арминием парень не очень-то обольщался. Если они и умели владеть оружием, то только в тех пределах, в каких их успел обучить Юний. В открытом бою они не смогли бы соперничать ни с легионерами, ни уж тем более с разбойниками-алеманами. Правда, у Эрнульфа был кое-какой городской опыт… касавшийся действий кинжалом, исподтишка - для схватки это совсем не годилось. Слава богам - Вотану, Юпитеру, Тюру, - алеманы давно уже убрались за реку, а римские легионеры сейчас являли собой лишь дружеское охранение. Так бы и всегда.
Едущий позади хозяина Флакс уныло опустил плечи. Попона на лошади почти сразу вымокла и теперь неприятно холодила ноги. Слишком короткий плащ - уж что дали - был неудобен: если им накрыть плечи, то будет дуть в поясницу, а если чуть приспустить, то тут же начнет капать за шиворот. Широкополая дорожная шляпа тоже не спасала от непогоды: от сырости она вся изогнулась и напоминала теперь плотно охватывающий голову капюшон, закрывающий вид. Время от времени старый вольноотпущенник приподнимал поля шляпы, стараясь рассмотреть - а что там виднеется впереди? Он знал, конечно, что где-то там должен быть постоялый двор, но сколько до него ехать, не представлял. Можно было бы справиться о том у хозяина, да Флакс опасался сердить его своими дурацкими вопросами. По всему видно было, что молодой юрист ехал полностью погруженный в какие-то свои, наверняка очень важные, думы.
Думы и в самом деле были важными. Пользуясь моментом, Рысь что-то прикидывал, думал, представлял, иногда оглядываясь на приунывшего Флакса. Старого слугу, несомненно, надо было взять с собой, не оставлять же…
– Кажется, подъезжаем!
– Марк Эмилий придержал коня и совсем по-мальчишески выпятил грудь, завидев у мокрых стен, окружающих постоялый двор, стройные ряды центурий. Сколько там их всего? Наверное, около когорты, может, чуть
Прищурив глаза, Юний тоже пристально рассматривал легионеров. Это были новички, молодые безусые парни - основная поддержка узурпатора Максимина Фракийца. Да-а, вот уж не думал, не гадал убитый принцепс Александр, что поручил Фракийцу набрать в легионы молодежь на свою голову. Чем уж их привлек Максимин, дело десятое, вообще же император, желающий править долго и счастливо, никогда не должен доверять своим полководцам. Слишком уж велик у тех соблазн, командуя реальной силой, самим занять место цезаря. Злобная и развращенная молодежь - опасная сила, к тому же весьма глупая - ее может легко использовать любой честолюбивый авантюрист, как и поступил Максимин Фракиец, ныне Гай Юлий Вер Максимин Цезарь Август.
– Аве, Марк!
– завидев подъезжающих всадников, крикнул кто-то из воинов, как видно, старый знакомец Эмилия.
– Что-то ты долго. Нам уж надоело мокнуть.
– Сами видите - дороги раскисли, - спешиваясь, улыбнулся юнец.
– Где старшие?
– В доме. Сейчас сбегаю позову.
– Нет, я доложу сам.
Оттеснив приятеля плечом, Марк Эмилий обернулся, что-то приказал своим воинам и скрылся за распахнутыми воротами.
Юний тоже спешился и вместе со своими спутниками направился было туда же - однако легионеры вдруг преградили ему путь, преградили по-настоящему - стеной щитов и тонкими остриями пилумов, злобными, как змеиное жало.
– Велено ждать!
– петушиным задиристым голоском прокричал какой-то парень. Тоже еще, командир выискался.
Впрочем, ссориться зря не хотелось, да и не прорвать эту щитоносную стену втроем-вчетвером - себе дороже получится.
– Ждать так ждать, - Рысь усмехнулся.
– Подождем.
Юнию очень не нравилось поведение легионеров, быстро перекрывших ему все пути к отступлению. Четко действовали, ничего не скажешь. Хотя, наверное, так и нужно. В их глазах Юний и его люди кто? Так, какие-то подозрительные незнакомцы, полуварвары, от которых еще неизвестно чего ждать. Так что все правильно, правильно…
Дождь чуть приутих, и сквозь разрывы туч даже проглянуло солнце, показался и лазурный кусочек неба, вокруг которого золотились облака. Легионеры явно обрадовались сему обстоятельству - можно себе представить, как им надоел дождь. Кто-то поблагодарил богов, кое-кто выкрикнул какую-то шутку, тревожное ожидание вмиг сменилось весельем. Прикрывая глаза от солнца, Рысь посмотрел в небо и понял, что все эти воины радовались преждевременно - с востока, из-за реки, медленно и неудержимо наползала огромная синевато-черная туча. Словно ненасытное злобное чудище, она поглощала неосторожно приблизившие облака и, такое впечатление, собиралась проглотить солнце.
– Да, будет еще дождить, - мрачно кивнул Эрнульф.
– Ну и выдался же денек!
Обернувшись к нему, Юний весело подмигнул и улыбнулся.
И чего веселится? Эрнульф недоуменно передернул плечами и вдруг увидел, как из ворот постоялого двора вышли Марк Эмилий и какие-то воины - судя по серебристым доспехам с эмблемой в виде виноградной лозы - центурионы.
Это были уже не юнцы, а опытные, закаленные в боях воины, завидев которых расслабившиеся было солдаты враз подтянулись, лающим хором приветствуя своих командиров. Один из центурионов - в позолоченном шлеме с пышным султаном из красных перьев - вальяжно подошел к Юнию: