Ошибка ведьмака
Шрифт:
— Она останется на дне в течение часа или больше. Но это я разбудил ее, не так ли? — сказал он с жестокой улыбкой.
Мне не нравилось, что он причиняет боль ведьме просто так. Это было не нужно — учитель бы такого не сделал.
— Имей в виду, что она не всегда такая вялая. До того, как я ушел, я кинул туда соль. Положи слишком много, она бы умерла, так что надо все старательно рассчитывать. Вот так мы будем держать ее послушной. Вот поэтому у меня есть ров в саду. Если ведьма выберется отсюда, то ей не пересечь ров с другой водой, и она бы умерла в считанные секунды.
Во
Он повел меня к другой яме, которая превосходила по размерам первую в два раза. Они были так же закрыты металлическими прутьями, но их было гораздо больше, и они располагались почти вплотную друг к другу. У меня было ощущение, что здесь очень глубоко. Аркрайт посмотрел вниз и покачал головой.
— Похоже, он скрывается прямо у дна. Он становится послушным, когда я кидаю в воду немного соли. Пусть лучше лежит там. У тебя будет много возможностей увидеть его за полгода. А сейчас мы прогуляемся по саду.
— У нее есть имя? — спросил я, кивая на яму с ведьмой.
Аркрайт остановился и покачал головой. На его лице можно было различить несколько чувство, но ни одно не было хорошим. Очевидно, он думал, что я сказал какую-то глупость.
— Это просто обычная ведьма, — сказал он, его голос был резким. — Как бы она себя ни называла, я об этом не знаю, и мне все равно! Не задавай больше глупых вопросов!
Я вдруг рассердился и почувствовал, что краснею.
— Это может быть полезно! Мистер Грегори ведет учет всех ведьм, с которыми он сталкивался или слышал.
Аркрайт приблизил свое лицо к моему так, что я мог чувствовать кислый запах, который шел из его рта.
— Ты сейчас не в Чипендене, мальчик. Сейчас я твой хозяин, и ты будешь делать то, что скажу я. И если ты будешь еще когда-нибудь говорить со мной в таком тоне, я буду тебя избивать до тех пор, пока ты не окажешься на грани смерти. Ты меня понял?
Я закусил губу, чтобы не ляпнуть еще что-нибудь. Затем кивнул и посмотрел на свои сапоги. Почему я сказал ему это? Ну, может, потому что думал, что он неправ. Но я не должен позволять своему гневу выходить наружу. В конце концов, мой учитель предупредил меня, что Аркрайт делает все по-другому, и что я должен к этому привыкнуть.
— Следуйте за мной, мистер Уорд, — сказал Аркрайт, и его голос стал мягче, — и я покажу вам сад.
Вместо того, чтобы идти к первой комнате, Аркрайт вернулся к водяному колесу. Сначала я думал, что он собирается просто его обойти, но потом я заметил узкою дверь слева, которую он открыл. Мы вошли в сад, и я заметил, что здесь туман рессеялся, но все же остался за деревьями. Мы сделали молный обход рва; время от времени Аркрайт останавливался, чтобы показать мне некоторые вещи.
— Это монастырь Марш, — сказал он, указывая пальцем на юго-запад. — А за ней Монкс Хилл. Никогда не пытайся пересечь болото в одиночку, пока не изучишь карту
Он положил два пальца в рот и засвистел долго и пронзительно. Он повторил, и почти сразу же со стороны болото что-то начало к нам приближаться. Я увидел двух больших волкодавов, которые с легкостью перепрыгнули через ров. Я привык к собакам, но эти животные выглядели дикими и, казалось, бежали прямо на меня. Один из них был грязноватого цвета с серыми глазами с прожилками, а его «напарник» был черным как уголь, но кончик его хвоста был серым. Они раскрыли пасть, зубы готовы были в меня вцепиться.
Но по команде Аркрайта: «Сидеть!» они сразу же остановились и сели, наблюдая за своим хозяином и вывалив языки.
— Черная из них сука, — сказал Аркрайт. — Ее зовут Коготь. Лучше не поворачивайся к ней спиной — она опасна. А это Зуб, — добавил он, указывая на серого. — Хороший характер, но они не домашние животные. Они подчиняются мне, потому что я их кормлю, и они это знают. Они проиграют только если будут далеки друг от друга. Они пара. Неразлучные.
— Я жил на ферме. У нас были собаки, — сказал я ему.
— Да? Ну, тогда ты меня поймешь. У рабочей собаки нет времени на сентименты. Относись к ним справедливо, корми их хорошо, но еду они должны заработать. Боюсь, общего у фермерской собаки с этими двумя мало. Ночью они обычно прикованы рядом с дому и лаят, если кто-то приближается. Днем они охотятся на кроликов и зайцев на краю болота и следят за всем, что может угрожать дому.
Но когда я выхожу на работу, они идут со мной. Как только они возьмут след, их не остановить. Они могут выследить все, что я захочу. И, если это будет необходимо, убивают по моей команде. Как я уже сказал, они хорошо трудятся, и я их хорошо кормлю. Когда я убиваю ведьму, они получают что-то еще. Я вырезаю ее сердце и бросаю им. Это, как уже говорил тебе твой учитель, предотвращает ее возвращение в мир в другом теле. Вот почему я не держу ведьм. Это экономит время и место.
Когда мы свернули обратно к дому, собаки шли за нами по пятам. Я случайно взглянул вверх и увидел нечто, что меня удивило. Два столба дыма поднимались вверх от крыши мельницы. Один был от печи, но второй? Я подумал, что он выходил из запертой комнаты, куда мне было велено не входить. Мне стало любопытно.
— Мистер Аркрайт, — начал вежливо я. — могу я задать вопрос?
— Конечно. Это то, зачем ты здесь находишься, Том Уорд.
— Почему вы позволяете мертвым ходить по вашему дому?
Опять злость промелькнула на его лице.
— Мертвые моя семья. Моя семья, мистер Уорд. И это не то, что я хотел бы обсуждать с тобой или с кем-то другим, так что попридержи свое любопытство. Когда вернешься к мистер Грегори, можешь спросить его об этом. Он точно все об этом знает, я уверен. ты понял? Это то, о чем я просто не хочу говорить.
Я кивнул и последовал за ним в дом. Я мог бы задавать вопросы, но получать на них ответы — другое дело!