Оператор

Искатель Максим

— Люди не хотят выбора, Артём. Люди хотят, чтобы кто-то сказал им: всё под контролем. Я это делаю много лет. И очень успешно.

Голос внутри тихо сказал:

Фиксирую внешние группы в коридоре.

До контакта — менее двух минут.

Рекомендуется завершить задачу.

Правильно. Разговор красивый. Времени на него нет.

— Отойди от пульта, — сказал я.

Романов

посмотрел на меня с лёгким сожалением. Как на человека, который всё ещё не понимает очевидного.

— Нет.

— Я не спрашивал.

— А я не соглашался.

Он слегка шевельнул пальцами у планшета. И вот тут я понял, что слишком увлёкся.

Пульт под моей рукой мигнул красным.

Голос внутри резко сказал:

Аварийный сценарий активирован.

Возможен полный сброс вещательного узла и архивного крыла.

До старта — три минуты тридцать секунд.

— Сука, — выдохнул я.

— Что? — сразу спросил Борисыч.

— Он запускает сброс. Хочет сжечь башню вместе с архивом.

Гера аж вскинулся.

— Подожди. В каком смысле “сжечь”? В обычном или в очень обычном?

— В плохом.

— А. Ну тогда всё понятно.

Романов спокойно убрал планшет.

— Я же говорил. Если выбор стоит между частью башни и управляемостью города, башня мне не слишком дорога.

— Тут архивы, — сказала Анна. — Подтверждения, приказы, следы.

— Да, — ответил он. — И именно поэтому они сейчас станут пеплом, если вы продолжите вести себя как дети с ломом в старой сети.

Он говорил это без крика. Вот что бесило сильнее всего.

Я шагнул к пульту. Романов шагнул в сторону, перекрывая половину панели. Не полез драться. Просто встал так, чтобы задержать меня на секунду.

Секунда — это уже много.

Я схватил его за китель и отшвырнул от микрофона.

Он устоял. Даже не упал. Врезался боком в стойку, поморщился и тут же коротко ударил меня в шею основанием ладони. Чётко. Без лишней героики.

Воздух перехватило. Я ответил локтем в челюсть. Он ушёл полкорпусом и врезал под рёбра. Старик, а бьёт как человек, который очень не любит проигрывать лицом к лицу.

— Ого, — сказал Гера. — А дедушка-то с сюрпризом.

— Заткнись и следи за оператором! — рявкнула Вера.

Романов поймал моё запястье, когда я потянулся к панели.

— Ты думаешь, если сейчас воткнёшь туда свои пальцы, всё станет честно?

— Нет. Но хотя бы перестанет быть твоим.

Он посмотрел на меня вдруг очень жёстко. Без чинов. Без спокойной мразоты. Просто усталый, злой старик, который слишком долго держал всё на себе и решил, что имеет право на всё.

— Ты не понимаешь, что после меня сюда придут хуже.

— Значит, с ними тоже поговорим.

—

Самоуверенный мальчик.

— А ты зажравшийся труп.

Вот тут он всё-таки ударил по-настоящему. Не в систему. В меня.

Коротко коленом в старое ребро.

Мир мигнул. Хорошо вошло, гад.

Я согнулся ровно настолько, чтобы он решил, что выиграл полсекунды. Потом врезал ему головой в переносицу.

Кровь пошла сразу.

Он отшатнулся, не удержал равновесие и врезался в стойку эфира.

— Отлично, — сказал я сквозь зубы. — Теперь мы разговариваем нормально.

Но пульт уже мигал красным чаще.

Голос внутри выдал:

До необратимого сброса — две минуты сорок секунд.

Для остановки требуется прямой доступ к нижней линии подтверждения.

— Где нижняя линия? — спросил я вслух.

Лена бы сейчас пригодилась.

Голос внутри ответил:

Под пультом.

Сервисный лючок.

Два замка.

Слева старый, справа новый.

Я рухнул на колено у панели и сорвал нижний лючок.

Старый замок щёлкнул сразу. Новый не хотел.

Анна уже была рядом.

— Уйди, — сказала она.

— Что?

— Уйди, я его знаю.

Она села у панели, вслепую нащупала наборный фиксатор и быстро пробежала пальцами по точкам.

— Тут не код, тут привычка, — прошептала она. — Сволочи никогда не меняются…

Щёлк.

Лючок открылся.

— Готово.

— Ты просто клад, — сказал Гера.

— Я знаю. Потом восхитишься.

Из коридора снаружи уже грохнули в дверь.

Раз.

Потом второй.

— Они здесь! — крикнул Борисыч.

— Держи! — ответила Вера.

Там за дверью заорали:

— Открыть! Служба безопасности! Всем на пол!

— Сейчас прям, — буркнул Гера и щёлкнул предохранителем.

Под пультом шла пачка кабелей и тонкая пластина ручного подтверждения. Вся в новых мостах. Свежая работа. Сверху — чёрная закладка, родня тем, что мы уже вытаскивали.

— Он и тут насрал, — сказал я.

Голос внутри подтвердил:

Паразитный контур.

Удаление возможно.

Риск скачка сигнала — высокий.

— А если не удалять?

Сброс вещательного узла неизбежен.

— Тогда удаляем.

— Стой, — сказала Анна. — Если дёрнешь резко, он кинет башню в аварийную изоляцию. Мы потеряем эфир.

— А если мягко?

— Тогда мне нужна минута и тишина.