Охотник
Шрифт:
Голая, едва прикрытая травой долина, слегка разбавленная скалами и курганами. Кое-где виднеется чистейший золотой песок, где-то растут сросшиеся стволами пальмы, где-то обыкновенная берёзка. Пару раз прошли мимо действующих гейзеров. Пытаюсь по известным признакам определить тип местности и климата, через пять минут запутываюсь совершенно.
Украдкой смотрю на остальных. Бодр и уверен в себе лишь профессор, остальные, включая его ассистента, так же, как и я, ошалело крутят головами.
– Иван Терентьевич,
Тут недалеко есть местечко - с трёх сторон скалы. С четвёртой костёр разожжём.
– Помогает?
– Когда как.
Стемнело быстро. К счастью, к этому времени мы уже разводили огонь на облюбованном профессором месте. Повесили вместительный казан, почистили картошки - на удивление круглой и твёрдой.
– Не помешаю?
Высокий, атлетичный вампир стоял между нами и костром.
– Я не кусаюсь, так что, пожалуйста, спрячьте серебро.
Серебряный крестик был уже в ладони - и когда успел?
– Вепря. В другой руке блестела остро наточенным лезвием малая сапёрная лопатка. Мне показалось, или вампир с большим опасением поглядывает на неё, чем на символ веры?
– Серебро невысокой пробы - объяснил, в ответ на мою невысказанную мысль ночной гость. Да и неосвящённый крест.
Вепрь досадливо матюкнулся.
– Господа, уверяю Вас, Вы можете меня совершенно не опасаться. Я вполне сыт, и, даже если бы сильно захотел…
– Покажи глаз.
Без всяких возражений, житель ночи представил к осмотру требуемое.
– Да, похоже он сыт. Как ты прошёл мимо огня?
– Да никак. Просто мне не повезло, и я выбрал для отдыха тот же самый уютный хорошо защищённый уголок здешней пустыни. Я, кстати, здесь уже вторую ночь провожу.
– Вампиры, вроде бы, спят днём?
– Вы знаете, здесь по ночам такие монстры бродят, что я по сравнению с ними - так, зайчик с клыками.
– Ты был невидим?
– Ну да. А потом подумал - ненароком задену кого - паника поднимется, претензии. Глядишь, и зарежете ни за что ни про что.
– Так тебя сюда недавно выбросило?
– Что? Прошу прощения, господа, Вы меня неправильно поняли. Я не Мигрант.
Посмотрел на наши отпавшие челюсти, и, спокойно добавил:
– Я родился и вырос на Земле. Как и вся наша община с многотысячелетней историей. Вампиры, господа, живут здесь очень давно. Откуда пришли, как появились - история этого, к сожалению, не сохранила. Может, было нечто подобное теперешним Переливам, а может, что-то совершенно иное - как знать! Все эти басни и рассказы о нас - не на пустом же месте появились.
– И как же Вы скрывались?
В голосе Ивана Терентьевича отчётливо сквозит скепсис.
– Да Вы знаете - особо и не прятались. В нас никто не верит - вот наше лучшее оружие. Разумеется, свою численность мы старались держать в разумных пределах. Если не получалось - сами же и отлавливали
– А фотографии?
– Вот с ними уже сложнее. Хотя, с развитием технологий их подделок, и это перестало быть неразрешимой задачей. То же и с кино/видео. Чем совершеннее технология, тем больше возможностей для подделки!
– И сколько Вас?
– О, Вы знаете, в лучшие годы нас было не более трёхсот. На всю Землю.
– Боялись бесконтрольного размножения?
– А Вы сообразительны, юноша. Пока нас мало - мы можем жить неограниченно долго. Если много - возникает конкуренция, борьба за место, хм, под Луной… Тут уже и головы лишиться недолго.
– Скажите, а Вам не приходило в голову взять власть на Земле в свои руки? Ведь обладая Вашим колоссальным опытом…
– Конечно, приходило. Пару раз даже пытались.
– Не получалось?
– Получалось. Но власть, знаете ли, такая шутка… В первую очередь - это работа. Колоссальный каторжный труд. Уж на что мы выносливые - и то - болезни, преждевременное старение. Зачем? Ведь, практически, всё то же самое можно иметь особо не напрягаясь. Да, мы разработали технику захвата власти в предельно короткий срок. На всякий случай. Но, Вы сейчас будете смеяться, так ни разу ей и не воспользовались.
– Почему?
– А Вы подумайте! У нас же тоже есть чувства, совесть. Убивать для пропитания одно, но обрекать на бессмысленные страдания миллионы - это надо совсем бесчувственным чудовищем быть.
– У Вас и нервные болезни есть?
– Конечно, и гораздо больше, чем у Вас. Мы ведь живём дольше, и в памяти храним всё - и хорошее, и плохое. Так что нам совесть весьма желательно держать в чистоте.
– Да уж, трудно вам.
НедоПереБитый смотрит сквозь пламя костра.
– Спасибо, мальчик. Ты один из немногих, кто понял.
– А как здесь очутились?
– Да, понимаешь, захотелось понять, что на планете творится. А Поле Артефактов - одно из самых странных мест.
– Удалось?
– Почти. Завтра еще прогуляюсь в одно очень подозрительное местечко. Только для этого желательно бы крепко выспаться. Я с Вашего позволения, именно этим и займусь. Вы, конечно же, вправе выставить усиленный караул, я не в обиде.
– Можно ещё вопрос - почему Вы нам всё это рассказываете?
– Ну, мы сейчас с Вами, в некотором роде, союзники. Вы ведь - тоже хотите в этой напасти разобраться? И - нарочито равнодушный взгляд - на меня. Он что, читает мысли?